20:50 

Сперто)) Заинтересовало)

~Osamu
Хм.
По тесту Цветовой тест Люшера на сайте Психологические тесты у меня следующие результаты:



Заключение Люшера


Желаемые цели и поведение, продиктованное этими целями

Первая выборка

Хочет сметать все, что стоит у него на пути, следовать своим импульсам и участвовать во всяких необыкновенных или возбуждающих событиях. Таким образом, он рассчитывает притупить остроту конфликтов, однако его импульсивное поведение заставляет его идти на риск.


Вторая выборка

Жаждет интересных и волнующих событий. Может очень нравиться окружающим - подкупая их своим явным к ним интересом и самой искренностью своего обаяния. Слишком развито воображение, любит фантазировать и мечтать.


Существующее положение вещей и уместное при этом поведение

Первая выборка

Испытывает потребность в сердечной связи и в эстетической обстановке покоя и нежности.


Вторая выборка

Считает, что на пути к желанным целям ему ставят преграды, и это мешает ему получить то, что он считает для себя существенно важным (предшествующая группа цветов характеризует попытку компенсации этого или других конфликтов).


Сдерживаемые свойства и неуместное при этом поведение

Первая выборка

В выборе партнера пользуется очень строгими критериями, в сексуальной сфере ишет весьма нереального совершенства.


Вторая выборка

Полагает, что он получает меньше того, что заслуживает - что его и понимают недостаточно хорошо, и ценят недостаточно высоко. Чувствует, что ему приходится приноравливаться к другим и близкие взаимоотношения не вызывают у него никакого чувства эмоциональной "отвлеченности".


Отрицаемые, подавляемые или же несущие тревогу свойства

Первая выборка

Физиологическая интерпретация

Фрустрация, вызванная неприемлемыми для него ограничениями свободы действий, ведущая к стрессу (особенно в 7/8 поз., значительно меньше в 6/7).


Психологическая интерпретация

Ищет независимости и свободы от каких-либо ограничений, поэтому избегает всяких обязанностей и, вообще всего, что могло бы оказаться помехой. Испытывает значительное давление и хочет избавиться от него, чтобы иметь возможность получить то, что ему нужно, однако, как правило, для того, чтобы преуспеть в этом, ему не хватает целеустремленности.


Коротко

Hесбывшееся желание независимости и свободы действия (первая группа цветов нужна как компенсация).


Вторая выборка

Физиологическая интерпретация

Стресс, вызванный подавлением физических или сексуальных желаний и недостатком внимания к потребностям организма (только в 7/8 поз., и особенно, когда есть пометка "тревога".


Психологическая интерпретация

Существующая ситуация неприятна. Имеет неудовлетворенную потребность объединения с людьми, чьи стандарты так же высоки, как и его. Хочет выделяться из толпы. Контроль над сексуальными инстинктами ограничивает его способность отдавать себя, но изоляция, к которой это приводит, вызывает у него желание сдатся и позволить себе слиться с другими. Это его беспокоит, т.к. подобные инстинкты он рассматривает как слабость, которую нужно преодолеть, считает, что только сохраняя умение владеть собой, он может надеяться сохранить свое превосходство как личности. Хочет, чтобы его любили и восхищались им бескорыстно, ради него самого; нуждается во внимании и уважении.


Коротко

Требует уважения к себе как исключительной личности.


Актуальная проблема или поведение, вызванное стрессом

Первая выборка

Борется с ограничениями и запретами и требует, чтобы ему дали возможность развиваться свободно.


Вторая выборка

Опасается, что ему могут помешать достичь того, что он хочет. Это заставляет его, когда он имеет дело с другими, пускать в ход сильное личное обаяние, надеясь, что ему так будет легче достичь своих целей.



Пройдите и Вы тесты и головоломки

@темы: Попытки методичного устранения, Находки

URL
Комментарии
2009-12-26 в 23:04 

I get lonely easy. Damn it!!
ГЛАВА 7: Разговор с животными
Ратдаунский парк
"Бентли" Фаулов был защищен сканером отпечатков пальцев и вспомогательной клавиатурой, которая требовала пароль из восьми цифр. Пароль изменялся каждый месяц, и таким образом Артемису потребовалось несколько секунд, чтобы мысленно перемотать почти восемь лет и вспомнить правильный набор чисел.
Он заскользил поперек коричневой кожаной обивки переднего места и нажал большим пальцем на второй сканер, спрятанный за рулем. Дверца бардачка легко отпружинила от панели. Бардачок был небольшой, но места в нем было достаточно, чтобы вместить пачку денег, платиновых кредитных карточек и запасной мобильный телефон.
- Оружия нет? - спросила Элфи, когда Артемис появился из автомобиля, хотя один из пистолетов Дворецки неуклюже смотрелся бы в ее руке.
- Оружия нет, - подтвердил Артемис.
- Я была бы не в состоянии выстрелить в слона одним из пистолетов Дворецки, даже если бы он у меня был.
- Слоны отсутствуют в нашем списке сегодня вечером, - сказал Артемис, он говорил на английском языке, так как они уже были не в машине. - А лемуры есть. Во всяком случае, поскольку мы вряд ли смогли бы застрелить нашего противника в этом специфическом приключении, возможно, это даже лучше, что мы невооружены.
- Не совсем так,- сказала Элфи. - Возможно, я не в состоянии стрелять в лемура, но я держу пари, что противников станет больше. У тебя талант в наживании врагов.
Артемис пожал плечами.
- Гений порождает негодование. Печальная правда жизни.
- Гений и грабитель, - пробубнил Мульч со своего места на крыше машины. - Послушайте знатока: никто не любит умных воров.
Артемис барабанил пальцами по бамперу.
- Мы имеем определенные преимущества. Эльфийская магия. Талант рытья. Я имею почти восьмилетний опыт в создании неприятностей, и ни один другой Артемис так не может.
- Создание неприятностей? - усмехнулась Элфи. - Я думаю, что ты слишком добр к себе. Кражи в особо крупных размерах ближе к правде.
Артемис прекратил барабанить.
- Одна из твоих волшебных возможностей - говорить на разных языках, правильно?
-А я с тобой сейчас говорю, не так ли? - ответила она.
- Просто скажи, на скольких языках ты можешь говорить?
Элфи улыбнулась. Она знала Артемисов неординарный мозг в достаточной степени, чтобы понять куда он клонит.
- На стольких, скольких захочешь.
- Хорошо - сказал Артемис. - Мы должны разойтись. Ты идешь в Ратдаунский парк, Мульч и я пойдем под землей. Если нам понадобится отвлекающий маневр, мы используем твой талант.
- С удовольствием, - сказала Элфи, и немедленно стал невидимой, как если бы она была существом из чистой воды. Последней вещью, которая пропала, была ее улыбка.
"Прямо как Чеширский Кот."
Он вспомнил несколько событий из «Приключений Алисы в Стране чудес».
- Но я не хочу быть среди безумных людей, - сказала Алиса.
- О, ты не можешь помочь этому, - сказал кот. - Мы все здесь безумны.
Артемис посмотрел на вонючего гнома, ищущего в его живой бороде запутавшихся насекомых.
«Мы тоже все здесь безумны», - думал он.


Малой приблизилась к главной двери Ратдаунского парка озабоченная, даже притом, что она была защищена экраном. Однажды офицеры ЛеППРКОНа подумали, что они невидимы для Дворецки и заплатили травмами и ушибами. У нее не было иллюзий насчет способностей телохранителя, и тот факт что, что он снова был ее врагом, вызывал в ее животе бурление.
Человеческая одежда подскакивала и царапала ее кожу. Она не была создана для использования защитного экрана, и в течение нескольких минут она чуть не развалилась на куски.
"Сейчас бы сюда мой Нейтрино" - думала она, смотря на укрепленную стальную дверь и неизведанной темнотой за ней. "И я скучаю по Жеребкинсу и его спутниковому наблюдению."
Но в глубине души эльфийка была авантюристом, поэтому идея уйти даже не пришла ей в голову.
Было трудно управлять механизмами, в то время как она под экраном, так как Элфи включала в течение нескольких секунд функции, необходимые для открытия двери, в ее Омнитуле. Это была старая модель, но мать Элфи заплатила несколько дополнительных слитков за модернизации. Стандартный Омнитул открыл бы любую дверь, работающую на простой механической системе. А этот мог открыть также легкие электронные замки, и даже дезактивировать простую сигнализацию.
«Но в этом нет необходимости», думала она. «Как сказал Артемис, «он из прошлого» выключил всю охранную систему».
Эта мысль не придавала ей уверенности. Однажды Артемис уже оказался неправ в этом путешествии.
Меньше, чем через пять секунд Омнитул сделал свою работу и завибрировал мягко как кот, мурлыкающий в собственном уме. Дверь тихо открылась от легкого касания, и Элфи снова включила защитный экран.
Входя в Ратдаунский парк, Элфи испытала больше беспокойства за эту миссию, чем она имела за всю жизнь.
"Я - снова новобранец. Ребенок прямо из Академии, - поняла она. – Умственно я опытна, но мое тело опровергает это."
И потом: "лучше я быстро заберу эту обезьяну, прежде чем младший сделает свой ход."

Младший Артемис выключил системы безопасности на пути в институт. Это было легко - обойти все охранные проверки с ключом-картой директора. Днем ранее, когда ему дали туристическую поездку, он пришел к директору с несколько усложненными вопросами по теории эволюции. Директор, преданный эволюционист, позволил отвлекать его своими аргументами достаточно долго, чтобы Дворецки успел обшарить его карманы. Как только карточка была в руках телохранителя, он просто вставил ее в считыватель карт в его нагрудном кармане, и просвистел несколько мотивов Моцарта, чтобы скрыть треск машинки.
Две минуты спустя вся информация, в которой они нуждались, была сохранена в памяти считывателя, карта директора вернулась в его карман, и Артемис внезапно решил, что возможно теория эволюционного развития, в конце концов, неплоха.
- Несмотря на то, что в ней больше отверстий, чем в голландской дамбе, сделанной из швейцарского сыра, - убеждал он Дворецки по пути от Ратдаунского парка. Дворецки был поощрен этим утверждением. Это была почти прямая шутка. Позже, тем же вечером младший Артемис сунул камеру-кнопку в дырочку для воздуха на задней стороне «Бентли».
"Это для того, чтобы лучше видеть наших гостей".
Женщина-гость была интересна. Очаровательна. Часы протекут быстро, и это будет интригующе, наблюдать ее реакцию намного более чем от волосатого подростка, даже притом, что его широкий лоб и общие особенности внешности имели много общего с чертами внешности семьи Фаулов. Он напомнил Артемису старую фотографию, на которой он когда-то видел своего отца еще мальчиком, на археологических раскопках в Южной Америке. Возможно, пленник-мужчина был дальним родственником, надеющимся требовать некоторого неотъемлемого права.
Камера передавала радиосигнал на его мобильный телефон, экран которого иногда проверял десятилетний Артемис, когда Дворецки вел его через Ратдаунский парк к клетке лемура.
- Сконцентрируйся, Артемис, - упрекнул телохранитель. – Один подлый план за один раз.
Артемис смотрел на свой телефон.
- Подлый, Дворецки? Подлый? Честно, мы не персонажи мультфильма. У меня нет злодейского смеха и повязки на глазу.
- Еще нет. Хотя, у тебя обязательно появится повязка, если ты не будешь концентрироваться на текущей работе.
Они были под аквариумом Ратдаунского парка, в туннеле, который позволял ученым и случайным посетителям видеть все разновидности, размещенные в резервуаре объемом в миллионы галлонов. Резервуар подражал естественной окружающей среде жителей в максимально возможной степени. В каждом разделе - различные температуры и различная растительность. Некоторые отделы были морскими, некоторые - пресными, но все размещенные здесь - вымирающие или редкие существа.
Крошечные пузырьки моделировали на потолке точки, создавая иллюзию звезд, а единственный другой свет шел от акулы-фонарника, которая бросила тень на Артемиса и Дворецки, пока не ударилась головой об стенку туннеля.
Артемис больше интересовался его мобильным телефоном, чем акулой, с устрашающе светящимися фотопорами (какие-то элементы кожи вышеуказанной акулы, накапливающие свет и испускающие сияние - не очень яркое).
События, которые разворачивались на его экране, были близки к невероятным. Артемис остановился, чтобы полностью поглотить то, что он видел.
Непрошенные гости поместья Фаулов сбежали из багажника Бентли, с помощью сообщника. Еще один не человек.

2009-12-26 в 23:05 

I get lonely easy. Damn it!!
"Я здесь открыл новый мир. Эти существа являются потенциально более прибыльными, чем лемур. Я должен оставить это предприятие и сконцентрироваться на нелюдях?"
Артемис увеличил громкость его телефона, но крошечный микрофон, приложенный к камере, мог передать только кусочки беседы.
Она проходила на каком-то иностранном языке, но часть разговора была на английском языке, и он услышал слово лемур не раз.
"Возможно, этот лемур более ценен, чем я думал. Животное - приманка, которая соблазняет эти существа."
Прошла только минута с небольшим, как в экране появилось что-то похожее на гнома, он взгромоздился его непропорционально большой задницей на задний бампер машины, затем появилась женщина, и сразу быстро исчезла – на том месте, где она была, остались только знаменитые пилоны (имеются в виду гигантские столбы линий электропередач в этой долине) Парка.
Артемис сжал телефон в руке.
"Невидимость? Энергия, задействованная в создании поля рефлексов, или произведение высокоскоростной вибрации, должна быть невероятной."
Он быстро зашел в меню телефона и активизировал цифровой тепловой сканер, решительно нестандартный выбор, и был освобожден, когда увидел цветной расцвет на экране в форме женщины.
"Хорошо. Она видима, но ее трудно различить."
Держа один глаз на его телефоне, Артемис позвал телохранителя.
- Подойди, старый друг. Небольшое изменение плана.
Телохранитель знал, что лучше надеяться поймать лемура ... прочь.
- Мы все еще на хвосте у маленького существа, могу поспорить.
- Существа, - сказал десятилетний Артемис. - Множество.


Пятнадцатилетний Артемис не наслаждался представлением. Чтобы отвлечь себя, он составил хокку (жанр традиционной японской лирической поэзии), описывающий вид перед ним.
Бледные, дрожащие шары
Взбалтывают ядовитое содержимое
Лысые головы в сумке
Мульч Рытвинг не чувствовал себя настроенным на поэзию. Он прекратил рыть и повторно поправил челюсть.
- Не мог бы ты прекратить светить фонариком на мою задницу? Я легко покрываюсь пузырями. Мы, гномы, чрезвычайно светочувствительны, даже к искусственному свету.
Артемис взял фонарик из аварийного комплекта Бентли, и последовал за Мульчем через новый туннель к клетке лемура. Гном уверил его, что туннель был достаточно короток для него, чтобы держаться в грязи и воздухе, и пока они не достигли другого конца, Артемису будет безопаснее держаться после Мульча.
Артемис отвел фонарик в сторону в течение нескольких секунд, думая, что пузырь на заднице был бы последней вещью, которую он хотел видеть, но через некоторое время луч света отклонился назад к бледной шатающейся плоти еще раз.
- Только один вопрос. Если ты можешь сдерживать отходы от рытья, то почему твой задний клапан должен быть открытый?
Мульч выплюнул большой комок гномьей слюны на стенку, чтобы укрепить туннель.
- На случай непредвиденных обстоятельств,- объяснил он, - я мог проглотить закопанные куски металла, или полоски старой шины. И мне пришлось бы прочистить кишки, раздражен ты видом моего зада или нет. В уничтожении моих брюк нет никакого смысла, ясно, дурачина?
- Я предполагаю, что нет, - сказал Артемис, думая, что с таким широким отверстием заряженного оружия, направленного на него, он мог перенести быть названным дурачиной.
- Так или иначе, - продолжал гном, размазывая другой комок слюны по стене, - ты должен счесть счастливчиком. Не много людей видели, как гном работает со слюной. Это - то, что ты мог бы назвать древним искусством. Сначала ты...
- Я знаю, я знаю, - прервал Артемис нетерпеливо. - Сначала ты производишь земляные работы, потом ты укрепляешь стены своей слюной, которая затвердевает при контакте с воздухом, если она вне твоего рта, конечно. А еще она светится – удивительный материал.
Зад Мульча закачался в удивлении.
- Откуда ты знаешь эти тайны?
- Ты сказал мне, или скорее, ты скажешь мне. Путешествие во времени, помнишь?
Гном оглянулся через плечо, глаза покраснели в свечении его плевка.
- Подожди-ка, насколько близкими мы станем?
- Очень близкими. Мы делаем квартиру, а потом я завожу ухаживание, ты женишься на моей сестре и проводишь с ней медовый месяц в Лас-Вегасе.
- Я люблю Вегас, - сказал Мульч задумчиво. – Ты такой подлый это, что я не могу понять, как мы могли бы быть друзьями. Все равно, держи комментарии при себе, или нам, или тебе придется видеть себя покрытым моими туннельными отходами.
Артемис сглотнул и отодвинул луч фонарика от зада Мульча.
План был простым. Они прокладывают туннель ниже оловянного фундамента и ждут под клеткой лемура контакта с Элфи которая свяжется с ними по малодистанционному коммуникатору ЛеПРРКОНа, который приклеили на щеку Артемиса – часть награбленного Мульчем. С этого момента план пускался на самотек. Либо они и захватывают лемура, в то время как Элфи вызывает испуг среди животных, или, если молодой Артемис уже схватит лемура, Мульч, выроет яму под Дворецки, чтобы Элфи могла легко отнять у мальчика его добычу.
"МИ прямо впереди," - подумал Артемис. - "Это необычно для меня."
- Хорошо, вершок, - сказал Мульч, выкапывая имеющую форму луковицы ямку своими плоскими пальцами. - Мы - здесь. X - это обезьяна.
- Лемур, - исправил Артемис автоматически. - Ты можешь отличить аромат этого специфического животного от других?
Мульч положил руку на сердце в ложном оскорблении.
- Я? Уверен? Я - гном, человек. Гномий нос может найти различие между травой и клевером. Между черными волосами и коричневыми. Между пуком собаки и пуком волка.
Артемис застонал.
- Я должен понимать это как положительный ответ?
-Да, ты должен. Продолжи, и я не захочу не жениться на твоей сестре.
- Если бы у меня была сестра, то я уверен, что она была бы безутешна.
Они остались в пустоте в течение нескольких минут, слушая ночные звуки парка - храпы и вскрики, просачивающиеся вниз через глину. Любопытная аномалия происходила, когда-то звуки проникали через слюнное покрытие туннеля, они были пойманы в ловушку внутри и отскакивали от стен противофазными волнами. Артемис чувствовал себя так, как если бы он был в логове льва.
Не только это мешало, он заметил, что щеки Мульча запылали ярким цветом гвоздики. Полностью.
- Проблемы? - спросил он, не в силах маскировать возбужденное сотрясение.
- Я долго держал в себе этот газ, - ответил гном через сжатые зубы. – Он скоро выйдет. У тебя есть какие-нибудь проблемы с носом?
Артемис встряхнул голову.
- Жаль, - сказала Мульча. – Это бы их отчистило.
Если бы Артемису не нужно было спасать мать, он бы убежал прямо сейчас.
К счастью для носа Артемиса, Элфи подала звуковой сигнал его на перстень. Волшебный телефон был основной моделью вибрации, которая послала сигналы непосредственно Артемису, и никто другой не мог его услышать. Артемис слышал слова Элфи, но ее голос не был похож. Перстень не был так устроен, чтоб автоматически переводить тон в таком положении.
Артемис надел перстень на палец, повернул его, и начал разговор.
- Получилось. Мы – прямо под целью. Ты видишь, где мы?
- Нет. Визуально нет. Но я вижу лемура. Он, кажется, спит на низкой ветви. Я легко могу достать его.
- Нет, Элфи. Ничего не делай. Мы обеспечим цель. А ты наблюдай за мной младшим.
- Понятно. Не броди вокруг да около, Арти. Встань и спускайся, и возвращайся назад к автомобилю.
"Арти?"
Артемис был удивлен, что Элфи так его назвала. Так его обычно называла мать. Она сделала это. Вверх, вниз и назад.
"Арти?"
Мульч нетерпеливо ударил его по плечу.
- Как только ты будешь готов, вершок. Сейчас было бы отлично.
- Очень хорошо. Продолжай. Постарайся быть тихим.
Мульч изменил положение, указывая корону на его голове. Упершись в туннельную крышу, сел на корточки низко на его бедрах.
- Слишком поздно, чтоб быть тихим, - хрюкнул он. - Натяни пиджак на лицо.
У Артемиса было время только на то, чтобы сделать то, что его просили, когда Мульч выпустил громоподобный цилиндр газа и земли, обрызгав мальчика комами непереваренной почвы. Гномья слюна раскололась в тысяче мест, и Мульча взбросило вверх крутящимся столбом, легко ударяющей кулаком через к поверхности.
Как только пыль осела, Артемис забрался в клетку. Мульч отпрыгивал от низкого потолка и был уже без сознания, его запутанные волосы были в крови, задний клапан болтался как носок на ветру, в то время как остаток от туннельных отходов исчез.
"В клетке низкий потолок?"
Лемур в следующей клетке казался высоко удивленным всем волнением и прыгал вверх и вниз на обрезанной ветви, втиснутой между брусками.
"Следующая клетка, - понял Артемис. - Мы не в клетке лемура. А в чьей мы клетке?"
Прежде, чем у него появилось время для исследования этого, его перстень подал звуковой сигнал, и бесчувственный автоматизированный голос прогудел в его ухе:
- Вытащи Мульча оттуда, Арти. Сейчас же возвращайся вниз.
"Что это? - задавался вопросом Артемис. - Что в этой клетке?"
Затем двухсоткилограммовая угандийская горная горилла врезалась в него, оставляя его мысль так и не высказанной.

Младший Артемис и Дворецки наблюдали на все это через щели прорезанные окна в их укрытие, которое находилось перед клетками. Укрытие было построено в саду камней и в водном отделении, и позволяло близко исследовать различных животных, не нарушая естественные ритмы их дня. Директор был достаточно любезен, чтобы позволить себе сидеть в стуле наблюдателя ранее в тот день.
- Однажды вы смогли управлять тепловым отображением укрытия и всем этим оборудованием с того стула, - сказал он.
- Возможно даже раньше, - ответил Артемис.
- О мой бог, - сказал Дворецки, фраза, выражающая максимум чувств его грубоватым голосом - Это, должно быть действительно больно, - он потянулся в карман за дротиками. - Я помогу ему, или хоть дротик стрельну.
Дворецки был занят с дротиками. Два вора, без сознания, без сознания, на полу в клетках. Через окно щели они имели отличный обзор на злоумышленника, потрясаемого как тряпичная кукла огромной гориллой. Третий находящийся в клетке рухнул, и казалось, был добит энергично вырывающимися газами.
"Невероятно," - думал Артемис."Этот день полон неожиданностей."
Он ввел несколько паролей, чтоб включить компьютерную клавиатуру, переадресовывая камеру теплового изображения.
- Я не думаю, что дротик будет необходим, - он сказал. - Помощь уже в пути.

2009-12-26 в 23:05 

I get lonely easy. Damn it!!
Уверенный достаточно, красно-сердечный жар подпрыгнул поперек мощеного прохода, паря перед клеткой гориллы.
Теперь это должно быть интересным, - размышлял десятилетний Артемис.

Элфи немедленно начала действовать. Она осторожно спряталась позади широкого ствола привезенного баобаба, без щита, чтоб сохранять магию, не спуская глаз с младшего Артемиса, когда Мульч сделал отверстие в земле в не той клетке. Его подбросило в минициклоне из кусков почвы, он отпрыгнул от пола и потолка как в пинболе, и рухнул на пол клетки.
Житель клетки, черно-серая бычья горилла, как расстрелянная, проснулась от глубокого сна. Ее глаза были широко раскрытыми, но стертыми, ее зубы - желтые и обнаженные.
- Останься внизу, Артемис, - подумала она. – Оставайся в туннеле.
Как неудачно. Артемис вскарабкался на поверхность, с трудом проводя простой подъем. Туннель времени не дал ему никакого проворства. Артемис часто говорил, что физическая работа – не для него.
Элфи взяла телефон-коммуникатор.
- Вытащи Мульча оттуда, Арти, - крикнула она. – Сейчас же возвращайся вниз.
Но было слишком поздно. Горилла решила, что эти вновь прибывшие были угрозой. Скатилась с ее гнезда из листьев и коры, приземлившись на восьми суставах пальцев, от столкновения по волосам на ее руке пошла резкая волна.
Элфи возвела экран, так как она бежала, за ней оставались серебристые следы, поскольку ее парик развалился.
Горилла схватила удивленного Артемиса за плечи, и заревела ему в лицо, ее зубы были как капкан для медведя.
Элфи была в воротах, она выхватила Омнитул из кармана, засунув дуло в замок. Она рассмотрела сцену в клетке, в то время как она ждала, когда инструмент сработает.
Мульч теперь был на локтях, встряхивая любящую выпить голову. Прошел момент или два прежде чем он соизволил помочь человеческому незнакомцу.
Так или иначе, это было несущественным: еще минута или две, и будет поздно спасать Артемиса.
Омнитул подал звуковой сигнал, и дверь клетки распахнулась.
Узкий проход простирался от пешеходной дорожки, пересекаясь со вторым и прорезая канавки в углублениях на полу среды обитания.
Элфи заряжала поперек без колебания, махая ее оружием, крича, подставляя себя под удар.
Горилла раздражалась и фыркала, прижимая Артемиса к своей груди - предупреждение для Элфи отойти назад. Голова Артемиса болталась на его плечах, а его глаза были наполовину закрыты.
Элфи остановилась в трех метрах от животного, опуская оружие и пристально вглядываясь. Дружественная позиция.
Горилла сделала несколько поддельных нападений, ударяя к в пределах половины метра от эльфийки, затем презрительно поворачиваясь назад, все время хрюкая и воя, давя Артемису на грудь. Волосы Артемиса были заглажены назад с кровью, и темно-красная струйка просочилась из угла его левого глаза. Одна рука была сломана и кровь испачкала рукав его тренировочного костюма.
Элфи была потрясена. Потрясена. Она испытывала желание закричать и убежать. Ее друг был ранен, возможно даже мертв.
"Возьми власть!" - сказала она себе. "Ты старше, чем выглядишь."
Одно из волшебных полномочий было даром языков, и это охватило элементарное схватывание некоторых из более сложных языков животных. Она никогда не обсуждала бы глобальное потепление с дельфином, но она знала достаточно для основных разговоров. С гориллами это было так на языке тела, так что фактически они разговаривали. Элфи села низко на корточки, согнула локти, суставы на земле, а спинной хребет изогнула вперед. Дружественная поза, затем она направила ее губы и прокричала несколько раз.
- Опасность!- сказали эти крики. - Опасность - рядом!
Горилла сделала смешную добычу двойника, пораженная словами на языке горилл, произнесенными этим существом. Она ощущала уловку, но не была уверена, где эта уловка. И в сомнении начала бить себя по груди.
Горилла опустила Артемиса, стояла высоко на двух ногах, толкая передовой подбородок, и начала бить по груди ладонями.
- Я здесь король! Не шутите со мной, было ясное сообщение.
Мудрое чувство было очевидно, но Элфи не имела никакого выбора.
Она бросилась вперед, крича все время, выбрасывая неровный испуганный визг, и затем, против совета каждого эксперта дикой природы, который когда-либо держал сжатый кулак, она изучала непосредственно глаза животного.
- Леопард! - кричала она, иерархическое представление ее голоса с волшебным гипнозом. - Леопард!
Ярость гориллы была заменена унылым беспорядком, который в свою очередь был свергнут террором.
- Леопард!- кричала эльфйика. – Поднимайся!
Двигаясь с меньше чем ее общепринятым изяществом, горилла двинулась к заду клетки, двигаясь как если бы под водой, очарованная гипнозом. Деревья и листва были словно избиты палкой, оставляя след коронованных соком стволов, на середине выровненной травы. В моментах, животное исчезло глубоко в тень его искусственной среды обитания, напуганный ужасными невнятными словами, плавающими от верхнего навеса.
Элфи плохо себя чувствовала бы позже, но сейчас нельзя было терять ни мгновения, на вину. Артемис был тяжело ранен, возможно, даже смертельно.
Горилла опустила Артемиса как каркас, который был начисто подметен. Он лежит там, все еще как мертвый.
"Нет, не думай так."
Элфи помчалась к другу, и на последних метрах заскользила на коленях.
Затем она издала неприятный звук от всего увиденного.
"Слишком далеко уходит. Он слишком далеко уходит."
Лицо Артемиса было бледно как кость. Его длинные темные волосы были спутаны с кровью, и белки его глаз были близнецами через закрытые веки.
- Мама, - чуть слышно проговорил он.
Элфи протянула руки, искорки магии уже прыгали на кончиках ее пальцев, стреляющих прочь в дуги как крошечные сигнальные ракеты солнца.
Она мерзла прежде, чем волшебство могло сделать скачок к телу Артемиса.
Если я излечу Артемиса, то я также прокляну его? Мое волшебство испорчено Спеллотропией?
Артемис слабо двигался, и Элфи могла услышать трение костей в его рукаве. На его губах теперь тоже была кровь.
"Он умрет, потому что я не помогаю. По крайней мере, если я излечу его, есть шанс."
Элфи встряхнула руки, и смахнула слезы с глаз.
"Соберись. Ты - профессионал."
Она не чувствовала себя очень профессиональной. Она чувствовала себя подобно девочке из глубины ее души.
"Твое тело играет уловки с твоими мыслями. Игнорируй это."
Элфи нежно придала лицу Артемиса чашевидную форму в обеих руках.
- Исцеляй, - прошептала она, почти рыдая.
Волшебные искры прыгали как развязанные собаки, углубляясь в поры Артемиса, связывая кости, излечивая кожу, останавливая внутреннее кровотечение.
Внезапный переход от двери смерти к здоровью и бодрости был груб для Артемиса. Он дрожал и взбрыкивал, его зубы дрожали, волосы завивались в электрическом ореоле.
- Ну давай, Артемис, - сказала Элфи, склоняясь над ним как на похоронах. - Проснись.
В течение нескольких секунд не было никакой реакции. Артемис был похож на здоровый труп, но он обычно так и выглядел. Затем его разные глаза открылись, веки трепетали как крылья колибри, его система перезагружалась. Он кашлял и дрожал, сгибая пальцы рук и ног.
- Элфи, - сказал он, когда его взгляд отчистился. Его улыбка была искренней и благодарной. - Ты спасла меня снова.
Элфи смеялась и плакала одновременно, проливая слезы на грудь Артемиса.
- Конечно, я спасла тебя, - сказала она. - Я не могла обойтись без тебя. - И потому что она была счастливой и почувствовала прилив волшебства, Элфи склонилась и поцеловала Артемиса, волшебное искрение вокруг этого контакта было похоже на маленький фейерверк.

2009-12-26 в 23:05 

I get lonely easy. Damn it!!
Десятилетний Артемис Фаул одним глазом присматривал за действиями, происходящими в обезьяньей клетке.
- Троглодитовая горилла, - прокомментировал он Дворецки. - Подарена М. И. Мику доктором Томасом С. Диким, американским исследователем западной Африки, который первым написал труды о гориллах в 1847 году.
- Лучше и не говори, - тихо сказал Дворецки, которого больше интересовал радиус досягаемости существа, чем история его открытия и наименования.
Они использовали волнение животных, чтобы пробраться мимо гориллы и искусно прячась, перебежать двор, чтобы добраться до клетки с лемуром, которая была за клеткой с гориллой.
Странные вновь прибывшие существа были слишком заняты, чтобы привлекать их внимание. Дворецки сбил замок для ключ-карты и открыл двери клетки.
- Ты только посмотри на тех двоих. Тратят время. Меня за этим никогда не застанешь.
Дворецки фыркнул, как он обычно делал, прежде чем его лицо приобретало бесстрастное выражение.
- Большинство людей не могут застать тебя вообще за чем-либо, Артемис.
Артемис позволил себе хихикнуть. Это был интересный день, и Артемис наслаждался испытаниями, которые этот день ему преподносил.
- А вот и мы, - тихо сказал он. - последний шелковый лемур сифака в мире. Примат за сто тысяч евро.
Лемур висел высоко на мадагаскарской пальме, хватаясь за ветки длинными, цепкими пальцами на ногах и широко расставленными большими пальцами рук. Его шкура была белоснежной, с коричневым воротником на груди.
Артемис указал на животное:
- Эти цветные полосы на его груди является меткой месторасположения его грудных желез.
- Ага, - сказал Дворецки, которого эта информация волновала даже меньше, чем происхождение научных наименований горилл. - Давай просто побыстрее заберем тварь с собой, пока наши друзья не успели перегруппироваться.
- Я думаю у нас есть секунда или две, - сказал Артемис.
Дворецки изучал незнакомцев в соседней клетке. Удивительно, что мужчина еще не был порван в клочья, но каким-то образом девчонка появилась из ниоткуда и отогнала гориллу. Впечатляюще. У нее в арсенале еще есть какие-то трюки. За ей стояли серьезные технологии. Возможно какое-то камуфляжное снаряжение, которое могло бы объяснить эти искры. Он знал, что американцы создали какой-то новый вселандшафтный камуфляжный костюм. Один из его знакомых военных дал ему ссылку на просочившееся в интернет видео.
В клетке было еще одно существо, волосатый индивид, который вытащил первых двоих из "Бентли", попутно взломав то, что считалось невзламываемым замком. Существо не было ни человеком, ни зверем, это был приземистый крепкий персонаж, который каким-то образом пробирался сквозь землю, а сейчас пытался справиться с распиравшими его газами. Каким-то образом, эта штука умудрилась прорыть тридцатиметровый тоннель в считанные минуты. Если бы клетки не были разделены разграничительными стенами, существо было бы в той же клетке что и лемур. Оно и было, когда внезапно появилось прямо под лемуром, в соседней клетке.
Дворецки знал, что у Артемиса просто руки чешутся изучить этих странных существ, но времени не было. Они были в абсолютном неведении, что происходит, а люди часто умирали в таком положении, даже не успев ничего понять.
Телохранитель достал дротиковый пистолет, но Артемис, узнав звук доставаемого оружия, покачал указательным пальцем.
- Это наш крайний вариант. Я не хочу, чтобы наш дружок сломал себе шею, когда полезет вниз. Для начала, попробуем мягкий подход.
Из своего кармана он вынул маленькую сумку на молнии, в котороой лежал янтарного цвета гель, с прожилками черного и зеленого.
- Мой собственный состав, - объяснил он. - Сифаки принадлежат к семейству приматов дай индридай, что означает, как ты понимаешь, что они исключительно вегетарианцы.
- Кто ж этого не знает? - осведомился Дворецки, который все еще не убрал пистолет.
Артемис открыл сумку, выпуская густой, сладкий аромат, прокладывавший дорогу к лемуру.
- Концентрат сока растений с ароматической смесью Африканской растительности. Ни один лемур не устоит. Но если у этого конкретного примата мозг сильнее желудка, тогда стреляй. Один выстрел, пожалуйста, и избегай попадания в голову. Один дротик вероятно пробьет его тонкую черепушку.
Дворецки фыркнул, но лемур двигался. Он полз по ветке, водя остроконечным носом, чтобы поймать аромат. Пробовал запах на вкус своим мелькающим розовым язычком.
- Хмм, - сказал телохранитель. - Эта уловка, я полагаю, с человеком не сработает.
- Спроси меня снова через шесть месяцев, - сказал Артемис. - Я провожу кое-какие эксперименты с феромонами.
Лемур перепрыгивал вперед, зачарованный прекрасным ароматом. Когда ветки закончились, он спрыгнул на землю и поскакал вперед на двух лапах, протянув пальцы к сумке.
Артемис усмехнулся.
- Эта игра закончена.
- Возможно нет, - сказал Дворецки. В клетке рядом с ними, длинноволосый мальчик вновь был на ногах, а женщина издавала очень странные звуки.


Круг магии вокруг старшего Артемиса и Элфи исчез, и с ним ушел умопомрачительный транс сковавший разум Артемиса.
Он был напряжен. Элфи поцеловала его. Артемис откинулся назад, вспрыгивая на ноги, раскидывая руки, чтобы избавиться от внезапного головокружения.
- Эээ... Спасибо, - неловко сказал он. - Это было... Неожиданно.
Элфи слегка смущенно улыбнулась.
- Артемис, ты в порядке. Еще несколько исцелений, и ты будешь полотном из шрамов, склеенным с помощью магии.
Артемис подумал, что было бы приятно постоять здесь и поболтать, но в ближайшей клетке его будущее убегало вместе с его прошлым.
Он сразу понял, что произошло. Нос Мульча привел их в нужное место, но клетки были отгорожены перемычками, лемур был прямо над ними, но в то же время в другой клетке. Артемис не помнил посещения этого помещения. Но он начинал осознавать, что директор переместил лемура в специальную комнату для просмотров. Это привело его в замешательство.
- Очень хорошо. Вот мы где...
Он пытался очистить мысли, готовя свой мозг, пытаясь забыть поцелуй хотя бы сейчас. Об этом можно подумать позже.
Артемис потер глаза, чтобы красные искорки пропали из глаз, а затем повернулся так быстро, как позволял пост-лечебный синдром. Вот он где, он сам молодой, привлекающий лемура сифаку сумкой с янтарной пастой.
"Готов поспорить, что это концентрат сока растений, может пара листьев и веточек. Ну разве я не был умным мальчиком?"
Требовалось немедленное решение. Быстрый как пламя план. Артемис помассировал свои виски, как будто это могло помочь ему лучше думать.
- Мульч, можешь прорыть тоннель?
Гном открыл было рот для ответа, но вместо этого подскочил.
- Я не знаю, - сказал он наконец. - у меня голова слегка кружится. И желудок. Удар меня встряс, - его живот издал звук как от моторной лодки. - Простите меня. Я думаю мне надо....
Он сделал именно то что "надо". Он забрался в папоротники и дал желудку опорожниться. Некоторые растения от этого завяли.
"Бесполезно," - думал Артемис. "Мне нужно чудо или этот лемур умрет."
Он схватил Элфи за плечи.
- У тебя осталась магия?
- Немного, Артемис. Пара искорок, может быть.
- Ты можешь говорить с животными?
Элфи согнула шею до хруста, проверяя остатки магии.
- Я могу говорить с кем хочешь, кроме троллей, с ними этот трюк не удается.
Артемис кивнул, бормоча что-то про себя. Думая.
- Хорошо. Хорошо. Я хочу, чтобы ты отпугнула лемура от меня. От меня молодого. Все что мне нужно - замешательство. Сможешь это устроить?
- Могу попробовать.
Элфи закрыла глаза, глубоко вдохнула через нос, затем откинула голову назад и взвыла. Это был фантастический звук. Львы, обезьяны, волки, орлы - все их звуки были в нем. Вой был наполнен прерывистой болтовней обезьян и шипением тысячи змей.
Артемис старший отступил назад, инстинктивно напуганный. Какая-то первобытная часть его разума восприняла это послание как страх и боль. Мурашки поползли по его телу, ему пришлось напрячь все силы чтобы не убежать и не спрятаться.

2009-12-26 в 23:06 

I get lonely easy. Damn it!!
Артемис, Элфи и Мульч пробкой вылетели из тоннеля, катясь и кувыркаясь по яме клубком тел и конечностей. Звезды над ними сияли, а луна желтым пятном плыла по небу.
Древняя стена бедняков остановила их качение, раскрошившись под ударом трех тел.
- Более чем сто пятьдесят лет стояла эта стена, - вздохнул Артемис. - И вот пришли мы.
Он лег на спину, чувствуя себя абсолютно побежденным. Его мать умрет, и Элфи скоро будет его ненавидеть, когда узнает правду.
"Все потеряно. Я понятия не имею что делать."
Затем один из печально известных ратдаунских электропилонов привлек его внимание, а если быть точным - фигуры, взбирающиеся на нее по служебной лестнице.
"Лемур сбежал," - думал Артемис. "И он взбирается так высоко, как может."
Отсрочка. Все еще есть шанс.
"Что мне нужно чтобы спасти ситуацию, так это полный набор следящих и боевых устройств ЛеППРКОНа. Возможно стоит попросить Номера Первого послать мне один."
Артемис оторвался от остальных и решил, что за основанием колонны будет пока безопасно. Он убрал оставшиеся камни, которые валялись на основании, сжал пальцы на последнем из них и бросил. Он полетел с легкостью, но ничего не обнаружил, лишь грязь да червей. Не было посылки из будущего; по какой-то причине этот конкретный трюк сработал всего один раз.
"Итак. Помощи нет. Я должен сделать что возможно."
Артемис вернулся к месту, где лежали Мульч и Элфи. Они оба стонали.
- Я думаю у меня кишки порвались, когда я избавлялся от этого воздуха, - сказал Мульч. - В этой мешанине я натерпелся страху.
Артемис наморщил нос.
- Ты будешь в порядке?
- Дай мне минутку, и у меня будет достаточно сил, чтобы унсти с собой все то золото которое ты мне обещал.
Элфи подергивалась. Ее веки трепетали, она пыталась выйти из обмарака. Ее руки бились как рыбы выброшенные из воды. Артемис наскоро проверил пульс и температуру. Легкий жар, но сердцебиение в норме. Элфи приходила в себя, но пройдет несколько минут, прежжде чем она сможет контролировать свое тело.
"Мне придется сделать это самому," - понял Артемис. "Без помощи Элфи и Дворецки."
Только Артемис против Артемиса.
"И, возможно, Омнитул," - думал Артемис, залезая к Элфи в карман.




Ратдаунские элекропилоны, с момента их возведения, несколько раз мелькали в заголовках ирландских газет. Защитники природы протестовали против их возведения, утверждая, что огромные структуры испортят вид прекрасной долины, не говоря уже о том, что неизолированные силовые линии могут сказаться на здоровье всех, кто живет под ними. Национальное управление электросетей проигнорировало эти протесты, заявив, что линии слишком высоки, чтобы повредить кому-либо, а построение обычных линий в обход долины займет гораздо больше земли и испортит вид в десятки раз сильнее.
Так что полдюжины стальных гигантов пересекли Ратдаунскую долину, достигая ста метров в высоту. Частые звонки от протестующих в службу тех-поддержки, заставили электрических магнатов выделить вертолет для обслуживания линий.
Этой ночью, Артемис бежал по залитому лунным светом лугу, сбивая капельки росы по пути. Никакие протестующие не обзванивали пилоны, и они отбрасывали тени, как огромные лунные знаки. Артемис петлял между ними, постоянно поднимая голову, чтобы видеть фигуры наверху.
Лемур сейчас был на проводах, его силуэт виднелся в лунном свете. Он с легкостью пробирался по металлическим кабелям, а Артемис младший и Дворецки стояли на платформе техобслуживания, неспособные продвинуться дальше.
"Наконец-то," - подумал Артемис. "Пара приливов удачи."
Первая удача заключалась в том, что лемура сейчас нельзя было взять. А вторая заключалась в том, что его юное альтер эго вместе с Дворецки решил следовать за шелковым сифакой прямо по пилону, где тот только что пробежал. А сам он, мог выбрать и другой путь: стоящий невдалеке столб, который был сервисным пилоном.
Артемис добрался до основания пилона, защищенного решетчатой дверью с электронным замком. Тяжелый электрозамок был легко взломан Омнитулом, как и стальной замок от ящика со снаряжением. Внутри были различные инструменты, рации и электронепроницаемый костюм. Артемис схватил тяжелое снаряжение, просовывая руки в прилагающиеся к нему перчатки, убирая волосы под шлем. Огнеупорный, сшитый из стальных нитей костюм должен был действовать как защитная сеть Фарадея(7). В противном случае, он не сможет пролезть по проводам без того, чтобы превратиться из гениального преступника в обуглившуюся головешку.
Еще удача. Подъемная платфрма была сбоку пилона. Она была заперта за дверью и под защитой ключ-карты. Но замки не устояли перед Омнитулом, а ключевой код продержался немногим дольше, только до того как открылась панель. Оттуда можно было активировать подъемник вручную.
Артемис крепко ухватился за поручень безопасности, а маленький подьемник,
скрипя, прокладывал путь к ночному небу. Долина раскидывалась перед ним, по мере того как он поднимался выше, западный ветер дул гулял по холмам, вырывая непослушные волосы из-под шлема. Артемис смотрел на север, и на какой-то безумный миг, ему показалось, что он видит огни особняка Фаулов.
"Мама там,"- думал он."Ей плохо сейчас, будет плохо и в будущем. Может, мне стоит поговорить с собой молодым. Объяснить, что происходит."
Эта мысль была даже более сумасшедшей, чем предыдущая. Артемис не питал иллюзий на счет того, каким он был в десять лет. Он не доверял до конца никому, кроме себя. Ни родителям, ни даже Дворецки. При первом упоминании о временном потоке, его юное альтер-эго сначала скажет Дворецки выстрелить в него дротиком, а потом уже будет задавать вопросы. Много вопросов, очень долгое время. Не было времени для объяснений и споров. Этот бой можно выиграть только остроумием и хитростью.
Лифт встал на месте на верхушке пилона. Знак, изображающий череп над скрещенными костями, был приклепан к высоким воротам безопасности. Даже если бы Артемис не был гением, был другой вариант обозначения опасности, на случай, если полному идиоту удасться взобраться сюда - картинка изображающая человека, которого поражает молния вылетающая из пилона. Скелет человека на рисунке был отлично виден, в лучших традициях рентгена.
"Очевидно, электричество опасно," - сказал бы Артемис, будь рядом Дворецки.
На воротах безопасности тоже был замок, задержавший его почти столько же, сколько и первые два. Снаружи обнаружилась маленькая платформа, покрытая переплетениями проводов, а внизу гудели двойные силовые кабеля.
"Полмиллиона вольт бежит по этим проводам," - думал Артемис. "Я надеюсь, что в этом костюме нет дыр."
Артемис пригнулся пониже, внимательно осматривая линии. Лемур остановился на полпути между пилонами и стрекотал себе под нос, как будто взвешивал свое решение. Мальцу повезло, что он касался только одного провода, и заряд не тек через его тело. Но стоит ему хотя бы пальцем коснуться второго провода, и заряд подбросит его метров на тридцать вверх, и он будет мертв как камень, прежде чем упадет на землю.
На дальнем пилоне, Артемис младший сердито смотрел на животное, одновременно пытаясь привлечь его сумкой с пастой.
"Делать нечего, придется лезть на провода и самому забрать лемура."
Жаркий костюм был оборудован для перемещения по проводам. Вокруг его талии был обвязан предохранительный канат, а в длинном кармане, на бедре, лежал громоотвод. Внизу были маленькие сани на изолированных бегунках, которые инженеры использовали для перемещения вручную между пилонами.
"Мозги сейчас ничего не стоят," - осознал он. "Все что мне сейчас нужно - это баланс."
Артемис застонал. Баланс не был его сильной стороной.
Глубоко вдохнув, он пригнулся пониже и достал громоотвод из кармана. Почти сразу же, как только материал очистился, потоки ослепительно-белых искр сорвались с силовых линий, соединенные кончиком громоотвода. Поток гудел и шипел, как неоновая змея.
"Ты просто уравниваешь вольтаж. Электричество не сделает тебе больно."
Возможно что и так, но Артемис чувствовал как у него на шее волоски дыбом встают. Было ли это сомнение, или несколько вольт протекло в его тело?
"Не будь идиотом. Будь в этом костюме дыра, тебя бы уже ударило в полную силу, а не только частичками."
Артемис имел весьма туманное представление о технике ходьбы по электролиниям - только из выпусков новостей, которые в спецрепортажах сообщали о верхолазах-сорвиголовах, рисковавших своей жизнью ради поддержания электричества в Дублине. Собственно, это была не ходьба по проводам, а ползание по проводам. Кабели были черезвычайно туго натянуты, и инженеры техподдержки пристегивали свои тросы безопасности, ложились на сани-ползунки, а затем крутили лебедку, пока не достигали места сбоя.
Просто. Теоретически. Для профессионала в спокойный денек.
Но не так просто для любителя, в темной ночи, которому светят только звезды да тусклые огни лежащего неподалеку Дублина.
Артемис убрал громоотвод в карман, и осторожно прицепил свой спасательный трос к одному из кабелей.
Он задержал дыхание, как будто бы это что-то изменило, и положил свои руки в перчатках на металлические сани-ползунки.

2009-12-26 в 23:07 

I get lonely easy. Damn it!!
"Пока еще жив. Неплохо для начала."
Артемис медленно ступил вперед. Металл, под его неуклюжими руками в рукавицах, был теплым. Он лег на ползунки лицом вверх и обхватил обеими руками лебедку, которая была прямо перед его лицом. Это был очень тонкий маневр, его невозможно совершить если кабели натянуты неравномерно. Он начал крутить и сразу почувствовал с каким напряжением ему это дается, еще бы -ведь он тянул свой собственный вес.
"Физкультура. Дворецки, ты был прав. Я займусь зарядкой и чем угодно, только снимите меня с этих кабелей с лемуром в руке."
Артемис скользнул вперед, чувствуя, как ползунки скребут по грубому металлу кабелей, их интенсивный гул заставлял его зубы выбивать дробь, а их дрожь била по изогнутой спине. Ветры дули низко, но по прежнему угрожали выкинуть его из его высокого гнездышка. Земля отсюда, казалась другой планетой. Далекой и неживой.
Еще через десять метров, когда его руки болели от напряжения, его заметили с другой стороны.
Голос доносился с другого пилона.
- Я советую вам стоять на месте, молодой человек. Если в костюме есть хоть одна щель, то одна ошибка - и эти кабели расплавят ваш мозг и кости.
Артемис нахмурился. "Молодой человек"? Неужели он был настолько противен и покровительственен?
- Ты умрешь менее чем за секунду, - закончил десятилетний Артемис. - Но этого достаточно, чтобы почувствовать смертельную агонию, не так ли? И все впустую, ведь лемур, вероятно, вернется за угощением.
Да, мало того что он был мерзок и покровительственен, так еще и самодоволен.
Артемис решил не отвечать, сконцентрировавшись на выживании и привлечении лемура к себе. Из своего огромного запаса знаний почти обо всем, Артемис выудил тот факт, что приматов успокаивал мурлыкающий звук. Спасибо тебе, Джейн Гудолл.
И он начал мурлыкать, а его юное альтер-эго рассмеялось.
- Послушай, Дворецки. Там кот на проводах. Очень голодный, я бы сказал. Возможно тебе стоит бросить ему рыбки.
Но в насмешливом тоне чувствовалось беспокойство. Юный Артемис знал точно, что происходит.
Еще немного мурлыканья, которое похоже срабатывало: Призрачный силуэт сифаки сделал несколько осторожных шагов в сторону Артемиса старшего, его черные глаза-бусинки светились звездным светом и, возможно, любопытством.
"Элфи мною гордилась бы. Я разговариваю с животным."
Даже мурча, Артемис почти смеялся от того, какой сложилась ситуация. Типичная Фаулская мелодрама. Две группы охотятся на лемура на высочайших в Ирландии силовых электролиниях.
Артемис смотрел, вдоль изгиба линий, на другой пилон, где стоял Дворецки, хвосты его пиджака облепили его бедра. Телохранитель склонился на ветру, всматриваясь взглядом в темноту, буравя Артемиса старшего взглядом, как лазером.
"Я скучаю по своему телохранителю," - думал Артемис.
Лемур подобрался ближе, успокоенный мурлыканием и, возможно, одураченный серо-стальным цветом костюма.
"Правильно. Я просто другой лемур."
Руки Артемиса тряслись от поворачивания ручек под таким углом. Каждый мускул его тела был напряжен до предела, включая некоторые, которые он никогда до сих пор не использовал. У него голова кружилась от удержания баланса.
"Все это, да еще и изображать из себя животное."
Один метр. Таково было теперь расстояние между Артемисом и лемуром. Насмешек с другой стороны больше не было. Артемис взглянул на пилон и обнаружил, что его альтер эго закрыл глаза и глубоко дышал. Пытался разработать план.
Лемур прыгнул на ползунки и осторожно коснулся Артемисовой руки в перчатке. Контакт. Артемис лежал смирно, лишь с губ его срывалось успокаивающее мурлыкание.
"Вот так, дружок. Прыгай мне на руку."
Артемис посмотрел в глаза лемура и, возможно впервые, осознал, что у него есть чувства. В его глазах был страх, но также и озорство, доверие.
"Как я мог продать тебя тем безумцам?" - размышлял он.
Лемур внезапно что-то решил для себя, и вскарабкался Артемису на плечо. Он устраивался поудобнее, в то время как Артемис тянул их обратно к пилону обслуживания.
Отступая, Артемис следил за своим юным альтер эго. Он никогда бы не принял поражение так легко. Ни один из них не принял бы. Внезапно, глаза младшего Артемиса распахнулись, он встретил взгляд своего альтер эго.
- Пристрели животное, - холодно сказал он.
Дворецки был удивлен.
- Пристрелить обезьяну, - уточнил он.
- Это... А, неважно. Просто пристрели ее. Мужчина защищен костюмом, но лемур - легкая мишень.
- Но падение...
- Если он умрет, пускай так. Никто не смеет мне перечить, Дворецки. Если я не получу лемура, его никто не получит.
Дворецки нахмурился. Убийство животных отсутствовало в списке его обязанностей, но из личного опыта он знал, что с его патроном лучше не спорить. В любом случае, поздновато спорить здесь, на верхушке пилона. Ему следовало поговорить с патроном сильно раньше.
- Стреляй, как будешь готов, Дворецки. Цель не становится ближе.
Там, на кабелях, Артемис с трудом верил страшным словам, долетавшим до него. Дворецки вытащил пистолет и взбирался по балкам пилона, чтобы выстрелить получше.
Артемис не собирался говорить, так как контакт с его альтер эго мог иметь серьезные последствия в будущем, но слова слетели с языка прежде, чем он мог их остановить.
- Отступись. Ты не знаешь, с чем имеешь дело.
"Ох, ирония..."
- Ах, он говорит, - бросил Артемис младший через пропасть. - Как удачно, что мы можем понять друг друга. Тогда пойми это, незнакомец. Этот шелковый сифака будет моим или он умрет. Не заблуждайся.
- Ты не должен этого делать. Слишком высоки ставки.
- Я должен сделать это. У меня нет выбора. Теперь, пошли животное ко мне, или Дворецки выстрелит.
В это время лемур устроился на голове Артемиса старшего, скребя и барабаня по его шлему.
Итак, два мальчика, бывшие одним мальчиком, скрестили взгляды на длинный, напряженный момент.
"Я бы сделал это," - думал Артемис старший, пораженный жестоким выражением его собственных голубых глаз.
И тогда он осторожно поднял одну руку, снимая шелкового сифаку с головы.
- Придется тебе вернуться, - мягко сказал он. - Возвращайся к вкусному угощению. И будь я на твоем месте, я бы держелся поближе к большому человеку. Маленький не очень добр.
Лемур выбрался из руки Артемиса, ущипнул его за нос - прямо как Беккет, затем развернулся и побежал по кабелю к Дворецки, водя носом по воздуху, ноздри раздувались, определяя местонахождение сумки с вкусностями.
В считанные секунды он уже скрючился под локтем Артемиса младшего, с силой погружая пальцы в сок. Лицо мальчишки светилось радостью победы.
- А теперь, - сказал он, - самое лучшее для тебя - остаться на месте, пока мы не уйдем. Я думаю, пятнадцати минут хватит. После, я советую тебе идти своей дорогой, и считай, что тебе повезло, что я не приказал Дворецки усыпить тебя. Запомни боль, которую ты сейчас чувствуешь. Боль полного разгрома и беспомощности. И, надеюсь, что освежив в памяти эту боль, ты дважды подумаешь, прежде чем вновь встать у меня на пути.
Артемису старшему пришлось смотреть, как Дворецки упаковывает лемура в байковую сумку, а затем, вместе с Артемисом младшим спускается вниз по служебной лестнице. Через несколько минут фары "Бентли" разрезали темноту, и машина уезжала от парка на шоссе. Без сомнений, прямо к аэропорту.
Артемис поднялся и взялся за ручки лебедки. Он еще не был сражен, нет, он был далек от этого. Он собирался встать на пути десятилетнего себя снова так скоро, как сможет. Если у него и были какие сомнения, то насмешливая речь его альтер эго укрепила его решимость.
"Помнишь боль?" - думал Артемис. "Я себя ненавижу. Действительно ненавижу."

2009-12-26 в 23:07 

I get lonely easy. Damn it!!
Глава 8: Мокрая сделка

К тому времени, когда Артемис спустился вниз, Элфи странным образом исчезла. Он бы оставил ее в туннеле, но на этом месте ничего не было, кроме грязи и следов.
Следы, - подумал он, - Мне только нужно идти по ним и я найду Элфи . Надо будет прочитать “Последний из Могикан”.
- Не суетись, следуя за этими следами, - сообщил голос из ямы, - Это ложный след. Я проложил его, чтобы большой человек не принял нашего друга из ЛеППРКОНа за закуску.
- Что ж, это ты хорошо придумал, - сказал Артемис, вглядываясь через листву. Большая лохматая тень двигалась от холмика к нему, пока не превратилась в Мульча Рытвинга, - Но зачем ты это сделал? Я думал ЛеППРКОН ваш враг.
Мульч показал на него короткий грязный палец.
- Ты мой враг, человек. Ты враг планеты.
- И всё же ты готов помогать мне за золото.
- За огромное количество золото, - поправил Мульч, - И может быть ещё за жаренного цыплёнка. Под соусом барбекю. И большую Пепси. Но цыплёнка побольше.
- Ты голодный?
- Всегда. Гномы могут съесть еды так же много, как грязи.
Артемис не знал смеяться или стонать. Мульч видимо до самой могилы будет веселиться, даже при серьезных ситуациях, или, может быть он только делал подобное впечатление.
- Где Элфи?
Мульч кивком указал на небольшой земляной холмик.
- Я её надёжно спрятал. Правда, она очень громко кричала.
- Спрятал?? У неё же клаустрофобия.
Артемис опустился на колени и принялся сгребать землю голыми руками. Мульч дал ему покопать около минуты, затем тяжело вздохнул.
- С твоего позволения вершок, давай я сам всё сделаю. Ты будешь там копаться всю ночь.
Он подошёл к холмику, и засунул внутрь руку. Несколько секунд, он копошился там, покусывая свои губы, как-будто ища определённое место.
- Оба-на, - промолвил гном, дёргая за короткую веточку.
Холмик завибрировал, а затем разрушился на комки глины и гальку. Элфи лежала в яме, целая и невредимая.
- Эта сложная структура называется Ха-Ха, - сказал Мульч, размахиваясь палкой(прутом).
- Это… Как?
- Это как Ха-Ха-Ха-Ха-Ха, фиг увидишь ты меня, - сказал гном, затем согнулся, и хлопая ладошкой по колену, взорвался приступом смеха. Артемис бросил сердитый взгляд на него, затем повернулся к Элфи.
- Элфи, ты меня слышишь? - произнёс он, осторожно тряся её за плечи.
Эльфийка открыла затуманенные глаза, пытаясь сфокусироваться.
- Артемис, я… О, господи.
- Всё хорошо. У меня нету лемура…. Но с другой стороны, как ни странно, он у меня. Он у другого меня, но не беспокойся, я знаю куда он направляется.
Элфи провела по его щеке своими тонкими пальцами.
- Я хотела сказать, о, господи мне кажется, что я тебя поцеловала.
Артемис наклонил голову, и разноцветные глаза Элфи, казалось загипнотизировали его. У неё всё ещё был его синий глаз, несмотря на то что её тело стало моложе после перемещения. Снова парадокс? Но всё же Артемис чувствовал себя загипнотизированным, даже ошеломленным, ведь он знал, что не был под гипнозом. Никакой магии народца здесь не было. Артемис посмотрел в эти глаза эльфийки, и он знал, что эта более молодая, каким-то образом более слабая Элфи чувствовала тоже самое, во время путешествия во времени и пространстве, что и он.
В конце концов мы вместе это прошли. Или может быть всё из-за него.
Из памяти вырвался один щекотливый момент, словно огромный каменный валун, прорвался сквозь паучью паутину.
Я солгал ей.
Артемис мысленно вернулся назад.
Элфи верит, что заразила мою мать. Я провёл её.
Он знал, что в данный момент, не имелось никакой реабилитации от такого ужасного факта. Если он признается, то она будет ненавидеть его. Если не признается, то он будет ненавидеть самого себя.
Должно быть что-то, что я смогу сделать.
Никакие путные мысли не приходили в голову.
Мне нужно хорошенько всё обдумать.
Артемис взял руки Элфи, и поддерживая её за локоть помог ей встать и выйти из ямы, больше напоминающую могилу.
- Возрождение, - насмешливо произнесла она, затем ударила кулаком по плечу Мульча.
- Эй, мисс. Почему ты дергаешь меня?
- Не цитируй Герда Флаумбоу при мне Мульч Рытвинг. Не было необходимости «хоронить» меня. Неужели нельзя было просто накрыть широкими листьями.
Мульч потёр своё плечо.
- Листьями нельзя создать хорошую маскировку. Так или иначе, разве я похож на парня-папоротника? Я - гном, и мы имеем дело с землей.
Артемис был не против этой болтовни. Она дала ему минутку, для того чтобы собраться. Забыть своё юношеское смущение из-за Элфи. Вспомнить мать, умирающую в своей кровати. Самая малость ей осталось три дня.
- Очень хорошо, войска, - сказал он с притворной весёлостью, - Давайте поскорее покинем это место, как сказал бы один мой старый друг. Нам ещё нужно забрать лемура.
- А что насчёт моего золота? – спросил Мульч.
- Объясняю просто. Нету лемура - нету золота.
Мульч сжал свои губы и все восемь пальцев, а его волосы завибрировали, подобно щупальцам актинии.
- И насколько же громадным будет количество горшочков с золотом?
-Это зависти от того, сколько горшочков у тебя имеется?
Мульч решил, что это серьезный вопрос.
- У меня много горшочков. Большинство из них заполнены чем-либо, но я думаю, что смогу их освободить.
Артемис заскрежетал зубами.
- Это был риторический вопрос. Будет тебе много горшочков. Столько, сколько захочешь.
- Если вы хотите, чтобы я и дальше шёл дорогой обезьянки, я должен получить своего рода аванс. Доверительный взнос.
Артемис шлёпнул руками по пустым карманам. У него ничего не было.
Элфи поправила свой серебристый парик.
- У меня есть что-то для тебя Мульч Рытвинг. Кое-что получше, чем громадное количества золота. Шесть цифер, которые я скажу тебе, когда мы доберёмся туда.
- Доберёмся до куда, - спросил Мульч, который подозревал, что Элфи врала, чтобы он остался.
- Склад оборудования ЛеППРКОНа в Таре.
Глаза Мульча засветились грёзами о летательных лыжах, подводных пузырях, лазере с уголковым отражателем и воздушном вакууме. Он пытался взломать склад ЛеППРКОНа на протяжении многих лет.
- И я смогу взять всё, что захочу?
- Всё, что сможет влезть в тележку. Одну тележку.
Мульч плюнул в свою ладонь крапчатой слюной.
- Пожмём друг другу руки.
Артемис и Элфи посмотрели друг на друга.
- Это твой склад, - сказал Артемис, засунув руки в карманы.
- Это в твоих интересах, - возразила Элфи, - Мы тут ради твоей матери.
Артемис уныло улыбнулся.
- Вы Элфи Малой становитесь такой же вредной, как я, - сказал он и скрепил сделку мокрым рукопожатием.




CHAPTER 9: Король лягушек. (Возможно, название идёт от одноименной сказки братьев Гримм. Принцесса уронила золотой мячик в колодец, лягушка достала мяч, за обещание принцессы, но принцесса обманула её. Могу лишь сказать, что сказка окончилась хэппи-эндом. В конце принцесса поцеловала лягушку, и та превратилась в принца, и жили они долго и счастливо. Правда тут по-другому немного. И вообще главу можно назвать по-другому.)

Extinctionists – Люди, считающие, что все животные, которые не приносят пользу людям, должны вымереть.

РЕАКТИВНЫЙ САМОЛЁТ ФАУЛОВ, ГДЕ-ТО НАД БЕЛЬГИЕЙ
Молодой Артемис Фаул сделал видеозвонок со своего ноутбука в древний Марокканский город Фес и ожидал ответа. Внешне, Артемис оставался, как впрочем и всегда, спокойным, но внутри он просто кипел от злости, больше всего от того, что надо было вообще совершить эту межконтинентальную поездку. Касабланка была бы намного ближе, а в Марокко было достаточно жарко, чтобы без особой необходимости добираться через всю страну в Фес.
Раздался щелчок и на экране открылось окошко, в котором была видна только огромная голова доктора Дэймона Кронски, одного из самых ненавидимых людей в мире, но почитаемого в определённых кругах. Дэймон Кронски был действующим президентом организации Extinctionists. Или, как сказал Кронски в его самом печально известном интервью “Extinctionists – это не просто организация. Мы – религия.” Заявление не внушило к нему любовь всех миролюбивых церквей мира. Это интервью уже около месяца крутилось на новостных сайтах Интернета, а Extinctionists часто были в заголовках статей. Артемис посмотрел интервью сегодня утром, и ему стал неприятен человек, с которым он собирался вести дело.
Я плаваю с акулами, - с сожалением понимал он, - И я уже самостоятельно готовлюсь стать одной из них.
Дэймон Кронски был человеком большого телосложения, чья линия плеч начиналась чуть ниже уровня ушей. Его кожа была полупрозрачной, лицо покрыто веснушками, а волосы имели рыжий цвет с едва пробивающей сединой. Глаза скрывали массивные фиолетовые солнечные очки одетые на пол-лица, от бровей до щёк,. Улыбка Кронски была широкая, ослепительно белая и неискренняя.
- Младший Артемис Фаул, - произнёс он с Новоорлеанским акцентом, - Вы ещё не нашли своего отца?
Артемис сжал подлокотник кресла, так что под его пальцами на обивке кресла появились вмятины, но его улыбка осталась такая же блестящая и фальшивая, как и у Кронски.
- Нет. Пока ещё нет.
- Очень печально. Соболезную. Если есть что-то, чем я могу помочь, непременно позвольте дяде Дэймону знать об этом.
Артемис удивился , если бы так дружелюбно настроенный Кронски будет играть дурака.
- Благодарю вас за предложение. Через несколько часов мы возможно сможем друг другу помочь.
Кронски хлопнул в ладоши в восхищении.
- Неужели у тебя есть мой шелковистый лемур.
- Есть. Прекрасный экземпляр. Самец. Три года. Длина тела, от головы до хвоста, более метра. Я рассчитываю на предложенную вами цену в сто тысяч.
Кронски притворился удивлённым.
- Сто. Мы действительно это сказали? Сто тысяч евро?
Взгляд Артемиса оставался стальным.

2009-12-26 в 23:08 

I get lonely easy. Damn it!!
- Вы знаете что нам пришлось сделать. Плюс расходы. Реактивное топливо недешёвое, как вы знаете. Мне хотелось бы услышать, подтверждаете ли вы сделку, или мне придётся повернуть на пару десятков градусов правее.
Кронски низко склонился к камере, его лицо увеличилось на экране.
- Я хороший психолог, Артемис, - сказал он, - Я знаю на что, какие люди способны. Но ты… У меня нету однозначного мнения на что ты способен. Я думаю, это потому что ты не достиг своего предела. - Кронски отклонился назад, и кресло заскрипело под его весом, - Так… Хорошо. Мы согласны на сто тысяч. Но предупреждаю…
- Даа? – спросил Артемис растягивая слово, как стало новомодно в Новом Орлеане, чтобы продемонстрировать своё отсутствие страха..
- Если ты потеряешь моего лемура, моего маленького сифаку, тогда лучше будь готов покрыть все мои расходы. Для тебя это будет тяжёлым испытанием. Запомн,и мои люди не любят разочаровываться.
Слово расходы звучало куда более зловеще, когда его произносил Кронски.
- Не беспокойтесь, - сказал Артемис ледяным тоном, - Вы получите своего лемура, только удостоверьтесь, что мои деньги готовы.
Кронски широко раскинул руки.
- У меня здесь имеются реки золота. У меня здесь имеются горы алмазов. Единственная вещь, которой у меня нету, это шелковистый лемур сифака. Так что поспеши сюда, мальчик, и сделай мою жизнь счастливой.
И он отключился, на наносекунды раньше, чем Артемис смог бы сам завершить вызов, нажав на кнопку.
Психологически, Кронски нанёс сильный удар, - размышлял Артемис, - Надо будет научится быстрей пользоваться мышкой.
Он закрыл крышку ноутбука, и откинулся назад в кресло. Снаружи, солнечный свет проходил насквозь пасмурные облака, которые в свою очередь в соприкосновении с реактивными следами от самолёта рисовали в небе различные фигуры.
Все еще занято воздушное пространство. Надеюсь не долго. Как только мы прибудем в Африку потоки самолётов должны сократиться. Мне нужно несколько часов поспать. Завтра будет длинный и неприятный день, - он нахмурился, -Неприятный, но необходимый.
Артемис положил голову на спинку кресла и закрыл глаза. Большинство мальчиков его возраста гоняют в футбол, или же истирают свои большие пальцы на игровых приставках , а он сидел в самолёте, на высоте шесть тысяч метров, и планировал уничтожить целый вид с помощью сумасшедших Extinctionist.
Возможно, я слишком молод для всего этого.
Возраст не играл никакой роли. Без усилий Артемиса младшего , Артемис Фаул Старший был бы потерян навсегда в России, чего он хотел предотвратить.
Голос Дворецки послышался из приёмника.
- Впереди всё тихо Артемис. Как только мы выйдем на Средиземноморье, я поставлю самолёт на автопилот на час и попробую отдохнуть. . .
Артемис пристально посмотрел на динамик. Он мог почувствовать, когда Дворецки есть ещё что сказать. Ничего не происходило, кроме тишины, которую нарушали гудки, а затем…
- Сегодня, Артемис когда вы попросили меня выстрелить в лемура, вы блефовали?
- Это не было блефом, - ответил Артемис жестким голосом, - Я сделаю всё, что потребуется.

ВЕРХНИЙ ТЕРМИНАЛ, ТАРА, ИРЛАНДИЯ

Доступ к верхнему терминалу, в Таре, был осложнён несколькими стальными дверьми с разными устройствами сканирования и кодами, а также сетью видеонаблюдения с шестьюдесятью различными фильтрами, в которую не так уж легко вломаться, как сказать. Всё это пройти не просто, если конечно не знаешь тайного хода.
- С чего вы решили, что я знаю тайный ход? – обиделся Мульч.
Вместо ответа, Элфи и Артемис посмотрели на него как на идиота, который ожидает, что ему бросят монетку.
- Глупое путешествие во времени, - пробормотал Мульч, - Я так полагаю, что сам рассказывал вам об этом.
- Ты расскажешь, - подтвердила Элфи, - И я не видела, чтобы ты сильно расстроился. Я ведь не смогла сообщить об этом кому-нибудь.
- Правда, -поразмыслил гном, - Значит это будет прекрасное ограбление.
Троица сидела в украденном Мини Купере, около границы ограждения фермы Макгрейни, под которой находился верхний терминал Тары. Десять тысяч кубических метров пространства, скрытых молочной фермой. Первый луч рассвета просочился через темноту, и вырисовал шероховатые силуэты коров, гулявших по лугу. Через год или два, Тара станет шумным туристическим центром волшебного народца, но в настоящий момент весь туризм был приостановлен из-за вспышки Спеллтропии. Мульч искоса подглядывал через заднее окно на ближайшее животное.
- Вы знаете, что я немного голодный? Я не смогу съесть целую корову, но я бы с удовольствием оторвал огромный кусок в одной из них.
- Мульч Рытвинг голодный. Какое неожиданное известие, - сухо прокомментировал Артемис, - Он открыл дверь со стороны водителя, и ступил на мягкую траву .
Легкий туман окутал лицо Артемиса и чистый запах воздуха пробежал через его организм, как стимулятор.
- Нам необходимо двигаться дальше. У меня нет никаких сомнений, что лемур уже находится в 6000 метрах от земли.
-А этот лемур невесомый, - хихикнул гном.
Далее Мульч перебрался на переднее сиденье через его спинку, а затем вывалился из машины.
- Прекрасная глина, - сказал он, пробуя землю языком, - Вкус прибыли.
Элфи спрыгнула с пассажирского кресла, и подошла к Мульчу. Она легонько толкнула ногой его зад и прижала к земле.
- Тебе не будет никакой прибыли, если мы пройдём в терминал незамеченными.
Гном поднялся.
- Я думал мы предположительно станем друзьями. Легко пинать и бить кулаками. Ты всегда такая агрессивная?
- Ты можешь сделать это, или нет?
- Конечно я могу. Я ведь сказал это, не так ли? Я пробегал вокруг этого терминала в течении многих лет. Однажды моего кузена…
Артемис перебил его.
- Однажды твоего кузена, Норда, если я не ошибаюсь. Однажды твоего кузена Норда арестовали по обвинению в загрязнении окружающей среды отходами и ты помог ему сбежать. Мы знаем. Мы знаем об этом. А сейчас давай придумаем план.
Мульч повернулся задом к Артемису, расстёгивая клапаны своих штанов. Это было одно из наивысших оскорблений в арсенале гнома. Выброс газов мог случиться в любую секунду.
- Хорошо, шеф. Давайте перейдем к тому, зачем мы здесь собрались. Ждите тут пятнадцать минут, затем идите к главному входу. Я взял бы вас с собой, но этот туннель слишком длинный, чтобы удержать груз, если вы конечно поймаете мой поток, - он остановился, чтобы подмигнуть, - А если вы будете грузом, то это именно то, что вы будете ловить.
Артемис улыбнулся, стиснув зубы.
- Очень хорошо. Занятно. Пятнадцать минут, мистер Рытвинг, часы тикают.
- Тикают? – спросил Мульч, - Часы волшебного народца не тикают веками.
Он раскрыл свои челюсти и прыгнул в землю с изумительной грацией, как у дельфина прыгающему из волны в волну, но без солнечного настроения и симпатичной улыбки, которая присуща последнему. Хотя Артемис видел это уже много раз, это его поразило.
- Какой вид, (имеется в виду биологический вид ) - прокомментировал Артемис, - Если бы их умы не были так заняты своими желудками, они могли бы править миром.
Элфи забралась на капот и села, опираясь на ветровое стекло, ощущая солнечное тепло на щеках.
- Может они не хотят править миром. Может это хочешь только ты Арти.
Вновь Арти.
Он пристально поглядел на знакомые черты Элфи и понял, что больше не может продолжать ей лгать.
- Жаль, что нам пришлось угнать этот автомобиль, - продолжила Элфи, закрыв глаза. – Но в записке, которую мы оставили вроде было всё ясно. Надеюсь владелец найдёт её без проблем.
Артемис не чувствовал себя также плохо из-за автомобиля. У него были “свои тараканы в уме (He had bigger nails in his coffin – Длинные гвозди в гробу).
- Да, автомобиль, - сказал он растерянно.
Я должен сказать ей. Я должен сказать ей.
Артемис поставил ногу на переднею шину и забрался на капот, сев рядом с Элфи. Он сидел там несколько минут, пытаясь сконцентрироваться на ситуации, пытаясь забыть тот эпизод своей жизни. Элфи посмотрела на него.
- Извини о произошедшем ранее. Ты понимаешь о чём я?
- Поцелуй?
Элфи закрыла глаза.
- Да. Я не знаю, что произошло со мной. Мы даже не одного вида. И когда мы вернёмся мы будем снова прежними, - Элфи закрыла лицо свободной рукой. - Послушай меня, хоть всё это и детский лепет первого капитана ЛеППРКОНа женского пола. Тот поток времени повернул меня снова в то, что вы бы назвали подростком.
Это было верно. Элфи была другой. Поток времени приблизил их
- Что если я останусь такой? Это было бы плохо, или нет?
Этот вопрос висел между ними. Сложный вопрос с ненадежным ответом и надеждой.
Если ты ответишь на этот вопрос, то это будет худшая вещь, которую ты когда-либо сделаешь.
- Это не ты, Элфи, - выпалил Артемис, его лоб пылал жаром, а стена спокойствия рушилась.
- Что не я? – Элфи улыбнулась в недоумении.
- Не ты заразила мою мать. Я сделал это. Это был я. У меня оставалось несколько искр магии в запасе после прошлого путешествия в туннеле, и я заставил своих родителей забыть, что я отсутствовал в течение трех лет.
Улыбка сполза с лица Элфи.
- Это сделала не я… Но ты сказал мне…, - она остановилась на середине предложения.
Правда болезненно отразилась на её лице. Артемис внутренне надавил на себя, чтобы дальше продолжить разговор.
- Я должен был сделать это, Элфи. Моя мать умирает... умрет. Я должен был быть уверен в Вашей помощи... Пожалуйста пойми...
Он замолчал, понимая, что нету никакого объяснению его действиям. Артемис дал несколько минут Элфи прийти в себя, а затем снова заговорил.
- Если бы можно было сделать иначе, поверь, я бы сделал.
Никакой реакции. Лицо Элфи было каменным.
- Элфи скажи хоть что-нибудь
Элфи соскользнула с капота, и встала ногами на землю.

2009-12-26 в 23:09 

I get lonely easy. Damn it!!
- Пятнадцать минут прошло, - сказала она, - Нам надо идти.
Она перешагнула границу фермы Макгрейни не посмотрев назад. Её ноги запутывались в тёмно-зелёной траве. Лучи Солнца отражались от травинок и проход Элфи через эту зыбь был легче.
Странно, - подумал Артемис, - Что я потерял?
Ему ничего не оставалось делать, как пойти за Элфи.

Мульч Рытвинг ждал их спрятавшись в голографическом кустарнике около входа в верхний терминал. Несмотря на то, что он(Мульч) был покрыт толстым слоем грязи, его самодовольное выражение на лице было легко прочесть.
- Тебе не понадобится Omintool, Элфи, - сказал он, - Я смог открыть дверь, пока скучал тут без вас.
Элфи была более чем удивлена. Чтобы открыть главный вход в терминал, надо ввести двадцатизначный код, плюс просканировать отпечаток ладони, и эльфийка знала, что Мульч был силён в технологиях так же, как червь-вонючка. Не то, чтобы Элфи была облегчена задача, поскольку она ожидала тридцатиминутную задержку, при перезагрузке регистрации, если бы она открывала дверь непосредственно сама.
- Так… Объясни, как ты это сделал.
Мульч указал вниз по коридору, ведущему к подземному эскалатору. Маленькая фигура распласталась на полу, а его голова лежала в какой-то луже.
- Командир Крут и его армия смотались отсюда. Оставили только одного охранника.
Элфи кивнула. Она знала, куда уехал Джилиус Крут. Вернулся в Гавань, чтобы ждать сообщения из Гамбурга.
- Этот был здесь, когда я вылез из туннеля, я обвалял его в грязи и обмакнул в своей слюне. Все по-разному реагируют на гномью слюну. Этот маленький пикси попытался убежать. Он пошатался немного, перед тем, как до него полностью дошло успокаивающее действие слюны.
Артемис подошёл к открытому входу.
- Возможно удача наконец-то поворачивается к нам лицом, - сказал он, чувствую на себе острый, как кинжал, взгляд Элфи.
- Жалко, что я не смог открыть сам склад, - вздохнул Мульч, - Тогда я бы возможно надул вас и удрал прочь от вас на шаттле.
Артемис замер.
- Шаттл?
Он выдержал враждебный пристальный взгляд Элфи, чтобы спросить.
- Шаттл. Элфи как ты думаешь, мы смогли бы быстрее меня более молодого прибыть в Марокко?
Глаза Элфи оставались были спокойными, тон был нейтральный.
- Это возможно. Это зависит от того, сколько времени у нас займёт всё остальное.

Шаттл был таким, что пилоты ЛеППРКОНа назвали бы его snowgood, он и был как и snowgood, но с утилизацией отходов. Дворецки, Артемис знал, будет более прямым в оценке транспортного средства. Он мог услышать голос большого телохранителя в своей голове.
Я управлял многими машинами в своём времени. Но эта болванка…
- Едва даже каменного века, - пробормотал Артемис, уныло хихикнув.
- Ещё одна шутка, Вершок, - спросил Элфи, - Ты находишься действительно в прекрасной форме сегодня. Что на этот раз? Вы рассказали какому-нибудь бедному доверчивому дураку, что он вызвал чуму?
Артемис с утомительным видом повернул голову. Это может продолжаться в течение многих лет.
Мульч наткнулась на этот шаттл, когда прокладывал ход к стене терминала и оторвал лист металлической облицовки от стены туннеля обслуживания. Он знал, что панель будет свободна, поскольку он использовал её, как вход при предыдущих посещениях. Шаттл стоял на блоках, около предмета, покрытого тентом, таким образом Мульча не мог не взглянуть что там. А там оказался туннельный скрепер, для того, чтобы переоборудовать шаттлы. Основная вещь для того, чтобы перепрыгивать по сети подземных туннелей волшебного народца. Это был простой вещью для Элфи, полностью изменить неуклюжий шаттл, чтобы вывести его по монорельсовой дороге к шлюзу. Тем временем, Артемис заметал следы, удаляя все что осталось от их посещения верхнего терминала - стирал память видеокристаллов, заменяя стёртое временными петлями. Нельзя было ничего сделать со спрайтом, валявшемся в бессознательном состоянии или погрузчиком стоимостью всех аппаратных средств ЛеППРКОНа, к которым они помогли себе открывая склад, но Мульч не считал это проблемой.
- Эй, я уже – государственный враг, номер один, - сказал он, - Как будто я смогу подняться ещё на более высокое место в списке.
Теперь они сидели в туннельном скрепере, который находился в начальном месте спуска, в нескольких минутах от состыковки, прежде чем они улететь в пропасть. Элфи в это время писала фальсифицированное сообщение для туннельной охраны, в котором излагала то, что это судно было модернизировано согласно заказу властей, и то что требовался северный африканский порт для очистки одного туннеля от мусора. Как будто бы проходит полёт беспилотного шаттла, так как им не нужен был постоянный ток.
Артемис был полон решимости закончить эту миссию успешно. Возможен успех, несмотря на то, что “мосты были сожжены”. Он чувствовал, что надо было задать вопрос.
- Это сработает?
Элфи пожала плечами.
- Я сомневаюсь. Наверное с другой стороны двери нас ждёт самонаводящаяся ракета.
- Серьёзно?
-Нет, я вру. Не хорошо, правда?
Артемис с несчастным видом покачал головой. Он должен был снова быть в доверии у Элфи, по крайней мере частично.
- Конечно, это сработает. На данный момент, по крайней мере. К тому времени, как в Полис-Плазе всё проверять, мы должны уже возвратиться в будущее.
- И мы сможем поехать без ковша?
Элфи и Мульч разразились хохотом, и перекинулись парой фраз на каком-то языке( на mommish), слишком быстром, чтобы Артемис разобрал. Ему показалось, что он услышал слово cowpog, который переводиться, как идиот.
- Да, вершок. Мы можем полететь без ковша, если ты конечно не планируешь очищать стены туннелей. Я обычно оставляю эту работу роботам.
Артемис забыл, как резка Элфи может быть с людьми, которых ненавидит.
Мульч стал напеть одну старую песню людей “Ты забыла, что значит чувствовать”. Он напевал её около Элфи, держа в руке воображаемый микрофон. Элфи совсем не улыбалась.
- Ты точно сейчас окажешься без чувств, если не заткнешься.
Мульч заметил выражение лица Элфи, и понял, что сейчас не время, чтобы подкалывать её. Элфи решила, что пора уже отправляться. Она дистанционно открыла люк и забралась в шаттл.
- Пристёгивайте ремни, мальчики, - сказала она, и сбросила маленькое судно в огромное отверстие, как арахис в рот голодного гиппопотама.




CHAPTER 10: A FOWL TRIPOD

ФЕС, МОРОККО

За все десять лет, что Дворецки был телохранителем Артемиса, он не видел более печального выражения лица у своего хозяина, ну может за исключением вечера одной научной премии, когда эта самая премия досталась какому-то австралийскому аспиранту. Дворецки взглянул в зеркало арендованного Лэнд Ровера на своего молодого патрона, по которому буквально ручьём стекал пот. Его дорогостоящий костюм практически весь промок, облегая худощавое тело. Рядом с Артемисом лежал ящик с небольшими круглыми отверстиями. Чёрные когтистые пальцы высовывались то из одного, то из другого отверстия - так захваченный лемур изучал свою тюрьму.
Артемис даже не глядел на существо. Может потому что пытался объективно взглянуть на положение вещей. Никакой мотив не должен являться причиной вымирания целого вида, даже спасение отца. Артемис, тем временем, перечислял причины его страданий. Пропавший без вести отец и мать на грани нервного срыва были номерами один и два. Затем группа Арктических исследователей, ожидавшие в Московской гостинице, которые, вне всяких сомнений, не отказывали себе от таких благ, как икра. Дэймон Кронски также занимал высокое место в списке. Омерзительный человек с омерзительными идеалами.

2009-12-26 в 23:09 

I get lonely easy. Damn it!!
Местный аэропорт, Фес Саис был закрыт, поэтому Дворецки был вынужден посадить самолёт в Международном аэропорту Мухаммеда V в Касабланке, и арендовать Лэнд Ровер там. И не современный Лэнд Ровер. Эта рухлядь принадлежала ещё прошлому тысячелетию и имела больше отверстий, чем головка швейцарского сыра. Кондиционер, последние сто миль издавал звук, похожий на работу тупой дрели, а обивка сидений была настолько изношенна, что Артемису казалось, будто он сидит на отбойном молотке. Тут даже не ясно от чего умереть страшнее, от жары, или тряски. Однако, несмотря на все эти неудобства, мысль пришла в голову Артемиса, вызывая уголок его рта подняться в полуулыбке.
Тот человек и его компаньон, неизвестное существо, являются весьма интересными.
Они столь отчаянно пытались достать этого лемура, что не сдались бы так просто. Он был уверен в этом.
Артемис обратил внимание на появившиеся окраины города за окном. С приближением к центру города , движение по пустынной дороге стало плотнее. Гигантские грузовики, диаметр колёс которых был выше человеческого роста, с грохотом проезжали рядом. Измождённые ослики, на спинах которых высились огромные тюки с водой, бельём, и даже мебелью, цоколи по тротуару, представлявшему из себя щебень, залитый гудроном. Тысячи пыльных повозок плелись по извилистой дороге, часто в проржавевших кузовах ехали целые семьи. Придорожные здания мерцали в лучами полуденного солнца, подобно миражам. В это время город замедлял свой ритм. В воздухе витали Призрак пробуждения и Фантомом чаепития. Ближе к центру города застройка была более плотной, некоторые здания примыкали друг к другу. Жилые дома стояли вперемешку с гаражами, видеомагазинами, чайными магазинами и закусочными. Почти все здания имели песочно-оранжевый цвет, выделялись только окна, двери и наружные вывески.
Посещая развивающиеся страны, Артемис всегда удивлялся сосуществованию старых и современных технологий. К примеру, за последние столетия в этих странах, метод работы пастуха не изменился, а вот сами пастухи теперь носят iPod’ы на блестящих цепочках и футболки с надписью “Манчестер Юнайтед”. Технология строительства хижин также особо не изменились, но к их рифленым крышам теперь привинчены спутниковые тарелки.
До недавнего времени Фес был весьма важным местом, будучи складом для южных и восточных караванов. Он был известен, как центр арабской мудрости, сердцевиной Святой лилии, а также местом паломничества, когда путь к Мекке, был закрыт по погодным условиям или перекрыт грабителями. А теперь этот город станет местом заключением незаконной сделки между Extinctionists и доведенным до отчаяния Ирландским преступным магнатом.
Сейчас мир меняется быстрее, чем когда-либо раньше, - подумал Артемис. - И я способствую тому, что меняется он в худшую сторону.
Не особо утешающая мысль, но утешение не было роскошью, которой он собирался наслаждаться в ближайшем будущем.
Мобильный телефон Артемиса пикнул, возвещая о входящем текстовом сообщении. Он посмотрел на экран и лукавая улыбка разочарования отобразилась на его лице.
Базар кожевников, в два часа, – значилось в сообщении.
Кронски хочет совершить обмен в общественном месте. Очевидно, доктор доверяет мне настолько же, насколько я ему. Хитроумный человек.

Элфи вела шаттл так, как будто была рассерженна на него, а не на Артемиса. Шаттл кидало из стороны в сторону, пару раз он даже чуть не ударился об стенку туннеля, пока не включилась тормозная система, и стрелки приборов стали понижаться. На голове Элфи был надет специальный шлем для полётов, связанный напрямую через компьютерную систему с обзорными видеокамерами шаттла, предоставлявшими обзор на триста шестьдесят градусов вокруг него; она даже могла увидеть, как выглядит шаттл из камер, установленных на стенках туннеля.
Движение на этом участке туннеля было малоинтенсивным, поэтому в нем были установлены сенсорные лампы, включающиеся при обнаружении движения, так что перед шаттлом постоянно было освещено пять миль туннеля.
Элфи пыталась изо всех сил наслаждаться полетом и позабыть про все остальное. Стать пилотом ЛеППРЕКОНа было мечтой её детства. По мере того, как она срезала очередной угол на миллиметр, чтобы сэкономить время, она чувствовала, что шаттл в ее руках работает на пределе своих возможностей, напряжение уходило из ее тела, как будто впитываемое кораблем.

Артемис солгал мне, шантажировал меня, но ведь он сделал это ради своей матери. Серьезная причина. Если у меня была бы возможность спасти свою мать, я бы сделала все, что потребовалось, даже манипулировала своими друзьями.
Так что Элфи понимала, почему Артемис поступил именно так, хотя ей казалось ненужным, что он поступил именно так, а не рассказал сразу всю правду. Но это не означало, что она могла его просто простить. Да и как она может забыть подобное? Казалось, она переоценила их дружбу.
Этого не повторится.
Элфи была уверенна в том, что после того, как путешествие закончится, их отношения вряд ли будут прежними, исчезнет взаимное уважение, оставляя место неприязни.
Эльфийка взглянула на изображение, передававшееся скрытой камерой, закрепленной над пассажирским сиденьем и осталась довольной, увидев Артемиса, судорожно сжимавшего ручки своего кресла. Либо камера барахлила, либо его лицо на самом деле было зеленого оттенка.

В Марокканской пустыне, чуть южнее Агадира, находилась природная расщелина, где выбрасывался туннельный газ, прорывавшийся через слой песка, толщиной в милю. Подтверждением этого было, было различие цветов песка рядом с расщелиной, который развевался ветром вскоре после того, как газ вырывался наружу. Тысячелетний процесс оставил на дюнах необычные красные полосы, которые, как верили местные жители, были кровью жертв Райсули, знаменитого бандита двадцатого века. Маловероятно, чтобы кто-нибудь еще, кроме самих жителей, верил в такое объяснение, однако подобного рода запись хорошо смотрелась в путеводителе и притягивала туристов.

Элфи нужно было провести шаттл через эту расщелину. Для этого пришлось закрыть воздушные фильтры шаттла, предотвращая попадание в них песка. Она вела корабль практически вслепую, используя для навигации только трехмерную модель расщелины. К счастью, эта часть пути была недолгой и всего через несколько секунд шаттл вырвался навстречу к африканскому небу. Несмотря на теплоизоляционную обшивку шаттла, его пассажиры вскоре начали ощущать жару. Больше всех ее чувствовал Мульч Рытвинг. В отличие от других видов волшебного народца, гномы не были существами, мечтавшими вернуться на поверхность и о тёплых лучах солнца, согревавших их лица. Любая поверхность выше уровня моря вызывала у них головокружение.
Мульч громко рыгнул.
- Слишком высоко. Мне это не нравится. Жарко, чертовски жарко. Мне нужно в ванную. Не уверен, чем я там буду заниматься, так что не стоит идти за мной. Что бы вы ни услышали, не смейте входить туда!
Если гном дает совет подобного рода, с вашей стороны было бы разумно не игнорировать его.
Элфи подала электрический импульс и электростатический эффект очистил лобовое стекло, затем она повернула нос шаттла на северо-восток, в сторону Феса. Если им повезёт, они еще смогут выбить победу из рук младшего Артемиса, добравшись до места встречи раньше него.
Она включила автопилот и развернула кресло к Артемису, лицо которого возвращалось к его привычной бледности.
- Ты уверен насчет места встречи? – спросила она.
Артемис уже не был уверен вообще ни в чем, но он попытался привести мысли в порядок.
– Я не уверен, Элфи. Но я отчетливо помню, что обмен совершил на базаре кожевников в Фесе. По крайней мере это первое место, которое я бы проверил. Если Кронски и мое альтер-эго передумали, мы направимся в штаб-квартиру Extinctionists.

2009-12-26 в 23:09 

I get lonely easy. Damn it!!
Элфи нахмурилась: «Хм. Есть ли у нас время, что б успеть. Время работает против нас.
Да, - согласился Aртемис, - время – наш главный враг.
Элфи взяла пульт от крошечного холодильника и вернулась к управлению.
Aртемис изучал ее спину с точки зрения языка жестов. Сутулые, округленные плечи и скрещенные на груди руки. Было очевидно, что она этим отрицает любое общение с ним. Он должен был сделать что-то воистину гениальное, чтоб оправдать себя в ее глазах.
Артемис прижал нос к иллюминатору, наблюдая вспышки светлых полос Марокканской пустыни.
Должно быть кое-что, что исправит положение. Что-то, что сможет облегчить ее страдания.
После некоторых раздумий он придумал.
Был человек, с которым Элфи не смогла попрощаться. Правда он вряд ли обрадовался, если бы его назвали человеком.
Гавань. Нижние уровни.
Главнокомандующий майор Джулиус Крут был завален документами, с ног до кончика его грибной сигары.
Разумеется в буквальном смысле. Это было все сохранено на специальном кристалле. Были попытки добиться того, чтоб информацию можно было хранить на любом предмете. Начиная от всемозможных растений и заканчивая… Да хотя бы кончиком той сигары, что свисала изо рта у Джулиуса.
Он ничего не понимал из того, что стало его работой. Он бы с радостью занялся настоящими проблемами Легиона, а не этой чепухой. А проблем было много.
Во-первых, его старинный враг Мульч Рытвинг. Карлик будто бы насмехался над ним. Его последними развлечениями были похищения шаттлов, а потом перепродажа их, а также различного снаряжения эльфам, живущим на поверхности.
Помимо этого еще эти жабы кровь портят. Несколько умников-выпускников заколдовали вздутую туннельную жабу, и предоставили ей способность разговаривать. Естественно, специалисты из них были никудышние, поэтому они только предоставили жабам умение сквернословить. Теперь, из-за побочного эффекта, все жабы в округе ежедневно поливали граждан грязью.
Гоблинские группировки ежедневно набирались сил.
Только на прошлой неделе их патрульная машина была атакована во время патрулирования гоблинского города .
Джулиус откинулся назад, сидя во вращающемся стуле, позволяя дыму от его сигары сформировать облако вокруг его головы.
Были дни, когда он четко знал что ему надо делать. К сожалению, этот день к таким не относился.
Кольцо голограммы на потолке зазвенело. Входящий звонок. Крут проверил удостоверение личности звонившего.
Капитан Элфи Малой.
Крут усмехнулся.
Его главным заданием всегда было следить за порядком и обеспечивать безопасность мирных жителей. И помогают ему в этом Труба Келп, Жеребкинс, и капитан Элфи Малой.
Первая в истории женщина в Легионе. Пока ее карьера была успешной. Кто знает, возможно она когда-нибудь сможет стать главнокомандующей.
Крут убрал улыбку с лица. Капитан Малой не должна его воспринимать его как доброго дедушку. Дисциплина прежде всего, и подчиненные должны в первую очередь бояться своего командира.
В кольце голограммы появилась Элфи. Крут мог отчетливо видеть ее, а вот она его нет, пока он не войдет в свой голографический круг.
- Капитан Малой, я надеюсь, что в Гамбурге ситуация под контролем?
Элфи молчала, ее руки непроизвольно потянулись к своему командиру.
В ее времени он был мертв, убит Опал Kобой, но здесь он был таким, каким она его помнила.
Крут откашлялся.
- Все под контролем, Капитан?
- Да. Конечно, Командир. В настоящее время все в порядке, однако можно было бы послать мне подмогу…
Крут отвергнул, выпустив кольцо дыма.
- Ерунда. Ваш послужной список говорит сам за себя. Вы еще ни разу не проваливались
Элфи улыбнулась. «Еще ни разу». Крут присмотрелся, он заметил что-то.
- Вы сейчас где находитесь? Почему я вижу африканскую пустыню?
Элфи повернула приборную панель от иллюминатора.
- Нет, я нахожусь в Гамбурге, под прикрытием. Наверно неисправности. Снаряжение оставляет желать лучшего. Я собираюсь задушить Жеребкинса когда вернусь.
Джулиус не мог не улыбнуться на это, но кое-что его насторожило.
- Почему вы вышли со мной нас вязь через голограмму? Что с вашим коммуникатором, ведь гораздо проще было выйти со мной на связь через него? Вы знаете, что общение с помощью голограммы, а учитывая, что изображение доставляется в центр Земли – это не дешевое удовольствие.
Изображение Элфи опустило голову.
- Я только хотела поблагодарить вас, Командир.
Крут был удивлен. Поблагодарить его? За что? За месяцы удвоенных нагрузок и невозможных задач?
- Вы благодарите меня, Капитан? Это настораживает. В таком случае я не уверен, что я делаю свою работу правильно, если эльфийки благодарят меня за это.
- Вы правильно выполняете свою работу. Пусть я раньше не понимала этого и держала на вас злобу, но теперь я осознала, что Вы для меня сделали, и чего от меня хотите. Я вам обещаю, что не позволю опозорить оказанную мне честь.
Крут был крайне удивлен, он был фактически тронут.
Не каждый день, он сталкивался с такими истинными чувствами.
- Я... Я принимаю вашу благодарность, и я верю что она искренна. Но я надеюсь, что вы впредь не будете использовать дорогую голограмму во время каждой миссии.
- Понятно, Командир.
- И будьте осторожны в Гамбурге. Удостоверьтесь, что ваше оборудование в порядке.
- Все будет в порядке, Командир. – сказала Элфи, и Крут мог поклясться, что в этот момент у нее были красные глаза.
- Что-нибудь еще, капитан?
Элфи протянула руку. Крут сначала не понял чего она хочет. Этикет голограммы был очень прост: объятия и рукопожатия не поощрялись. В конце концов, кто захочет обнимать галлюцинацию?
Но тем не менее рука была протянута.
- Пожелайте мне удачу, Командир.
Крут проворчал. Исходящее от любого другого подчиненного такая просьба была б подозрительной, но капитан Малой всегда была искренна.
Он протянул свою руку и почуствовал небольшое покалывание там, где он прикоснулся к руке Элфи.
- Удачи, капитан, - сказал он грубо. 'И попытайтесь со всем справиться самой. Однажды я не буду рядом, чтоб помочь вам.
- Я все сделаю, Командир. До свидания, - сказала Элфи, и затем
она ушла, но сдержаться она не смогла, Джулиус Крут мог поклястся, что он видел как слезы стекают по ее щеках.
- Глупая машина ,- проворчал он. – пусть Жеребкинс проверит всю партию.
Элфи вышла из голо-кабины, которая напоминала душ с резиновой занавеской. После нажатия кнопки она сама сложилась в рюкзак Элфи.
Ее глаза были полны слез, поэтому она переключила шаттл на автопилот.
Aртемис скрючился в кресле второго пилота.
- Так я прощен?
Элфи кивнула.
- Да. Но не надейся, твой период поцелуев с эльфами закончился.
- Я вижу, - сказал Aртемис.
- Это не шутка. Конец так конец.
- Я знаю, - безжизненно произнес Артемис.
Они просидели в тишине какое-то время, наблюдая за невысокими горами за окном, а потом Элфи наклонилась и негромко сказала:
- Спасибо, Арти.
- Не за что. Это была просто одна из моих идей.
Мульч шумно вышел из ванны, потягиваясь и хрюкая.
- О-о-о, это лучше. Радуйтесь, что стены звукоизолированы.
Элфи вздрогнула.
- Закрой дверь и дай освежителю воздуха делать свою работу.
Мульч захлопнул дверь пинком
- Пока я был там, у меня был шанс подумать, сами понимаете, ситуация распологает.
- Я не думаю, что я хочу слышать об этом.
Но Мульча ничто не могло остановить.
- Тот лемур за которым мы гонялись. Знаете кого он мне напоминает?
- Майор Крут, - сказала Элфи, улыбаясь.
- Да. Миниатюрный Джулиус Крут.
Они перелетели предгорья Атласа и увидели Фес.
- Вот мы и прибыли.
Элфи включила щит шаттла и начала их спуск в Фес.




ГЛАВА 11
ГОЛУБИННЫЙ ПОМЕТ
Красильный соук (рыночная площадь), Фес Медина.

2009-12-26 в 23:10 

I get lonely easy. Damn it!!
Элфи надула шарик-хамелеон и бросила его в тень под каменным балконом, быстрым взглядом окидывая кожаный рынок Фес. Когда побережье опустело, они с Артемисом протиснулись через узкий проход и запрыгнули на аварийные сидения. Артемис ударился подбородком о коленки, зубы клацнули.
- Я же говорила, что ты становишься выше, - проговорила Элфи.
Артемис скривился: – И волосатее.
- Малыш Арти не узнал себя только из-за волос, поэтому радуйся. – Элфи вытащила вещмешок с шариком-хамелеоном из закрытого шкафчика в Таре вместе с пистолетом Нейтрино и подходящим камуфляжем. На Артемисе была одета коричневая рубашка до колен и сандалии из ремешков, а волшебные признаки Элфи скрывали под головной платок и абайя.
Шарик-хамелеон был старой портативной моделью и, в сущности, представлял собой шар с прозрачным внешним слоем, который надувался хромо-газом, обладающим функцией смены цвета для имитации окружающей среды. Это был хай-тек. Никаких датчиков направленного действия, никакого оружия на борту, только односторонний сенсорный экран и два скрепленных между собой кресла. – А воздухоочистители есть? – поинтересовался Артемис. – Нет, к сожалению, - ответила Элфи, натягивая на нос косынку. – Что за запах?
- Сжиженный голубиный помет, - проинформировал Артемис. – Высококислотный и, конечно же, ценный. Используется на сыромятне, чтобы смягчить шкуры до окрашивания.
Красильный соук растянулся перед ними в феерическом зрелище. Огромные каменные чаны располагались поперек внутреннего дворика в порядке медовых сот, каждый из которых был наполнен либо кислотными смягчителями, либо растительными красителями, такими как шафран и хна. Кожевники стояли в чанах с красителями, тщательно промачивая каждую шкуру, включая собственную, и, когда шкура приобретала желаемый оттенок, ее растягивали на близлежащей плоской крыше для просушки.
- Говорят, что Генри Форд изобрел производственный конвейер, - сказал Артемис. – Здесь же этим методом работали шестьсот лет.
Рынок был обнесен высокими стенами, окрашенными в белый цвет, но забрызганными краской и грязью. Коричневато-желтые пятна раскинулись по старинным кирпичам как поблекшая карта какого-то экзотического архипелага.
- Почему Кронски выбрал рынок? – поинтересовалась Элфи. – Воняет здесь невыносимо, и я говорю это как друг Мульча Рытвинга.
- Кронски с рождения страдает потерей обоняния, - объяснил Артемис. – Он запахи не чувствует. Его забавляет проворачивать здесь свои делишки, ведь любой человек, с которым у него здесь назначена встреча, будет буквально атакован вонью из кислотных чанов. Внимание отвлечено, и он нейтрализован.
- Умно.
- Дьявольски умно. Это туристская достопримечательность, здесь проходит много людей, но никто в этих местах из них долго не околачивается.
- Много зрителей, но мало свидетелей.
- Помимо местных, у Кронски, несомненно, есть около дюжины людей в платежной ведомости, которые увидят то, что он захочет. – Артемис подался вперед, легко коснувшись носом о пластиковую перегородку.
- А вот наш дьявольский Выжигающий. Как по сигналу.
Снизу рынок был наводнен кожевниками и купцами, давно уже приученными к острому запаху чанов, группки несгибаемых туристов мелькали тут и там с твердым намерением запечатлеть все на свои фотоаппараты, но не желая страдать от жары и запаха дольше, чем необходимо, чтобы сделать несколько щелчков фотоаппаратом. И среди их всех, безмятежно и улыбаясь, широкими шагами шел Доктор Дэймон Кронски, нелепо выглядевший в сшитом на заказ камуфляже, дополненном высокой генеральской шапкой. Элфи почувствовала отвращение к этому человеку от того, что он явно испытывал удовольствие от окружающей его обстановки.
- Посмотри на него. Как ему все это нравится. – Артемис промолчал. Он продал лемура, и считал, что ужаснее этого преступления Кронски совершить не мог. Вместо ответа он поискал в торговых рядах рынка свою младшую копию.
- Вон он я. В западном углу.
Элфи перевела взгляд на место, где стоял юный Артемис. Он стоял, практически закрытый огромной покрытой черепицей урной с мятно-зеленой краской. На поверхности урны отражался серебряный диск заходящего солнца.
Артемис улыбнулся. Я помню, как стоял именно на том месте, чтобы закат отвлек Кронски. Это был единственный чан, на который в тот момент падало солнце. Маленькая месть за вонь. По-детски, наверное, но тогда я был ребенком.
- Кажется, что про этот момент ты помнишь все до мелочей, - заметила Элфи. Артемис не мог успокоиться. До этого момента его воспоминание было неточным. Вдруг он выпрямился. Неточным. Как он раньше этого не замечал? Эти провалы в памяти могли значить только одно. Времени обдумывать эту мысль нет. Обмен на носу. Артемис провел указательным пальцем по сенсорному экрану, расширяя границы участка. Приблизился к цокольной стене в центре рынка. Низкая каменная площадка была испещрена канавами и покосилась от столетиями нагромождаемых на нее шкур. На ее поверхности поблескивала сырая хна, подтекая по краям, как кровь при черепно-мозговой травме.

- Вот, - сказал Артемис. – На этом месте мы договорились провести обмен. Кронски кладет свой чемодан на валун. Я ее передаю.
- Его. Он мужского рода, его зовут Джей-джей, - сказала Элфи, возвращая его к реальности.
- Я передаю Джей-джея. Затем мы расходимся в разные стороны, все просто. Никаких затруднений не возникло.
- Может, стоит подождать, пока произойдет обмен?
- Нет. Что произойдет позже, никто не в силах предсказать. По крайней мере сейчас у нас есть некоторый прогноз на будущее.
Элфи изучила сцену умудренным опытом взглядом. – Где Дворецки?
Артемис дотронулся еще до одной точки на экране. Он слегка запульсировал, изогнулся и увеличил выбранную область.
- В том окне. Наблюдает за всем.
Окно представляло собой высокий прямоугольник с поблекшей белой стене, окрашенный в черный тенью и глубиной.
- Ты считаешь себя невидимым, да, дружище? – прошептала Элфи, затем выделила окно большим пальцем и активировала фильтр ночного видения. В неожиданном свете тепла тела в проеме появилась неуклюжая фигура, неподвижная, как камень, кроме бьющегося сердца.
- Я помню, что обмен хотел совершить Дворецки, но я его отговорил. Сейчас он именно там, взбешен.
- Я не горю желанием вблизи смотреть на взбешенного Дворецки.
Артемис положил руку ей на плечо. – Тогда не подходи слишком близко. Все что нам надо – отвлечь внимание. Жаль, что в том шкафчике нет комбинезона ЛеППРЕКона. Если бы ты была невидима и для людей и для приборов, мне было бы спокойнее.
Элфи резко сдвинула подбородок, вызывая волшебство, и ее очертания растворились до легкой дымки.
- Артемис, не переживай, - из-за проходящей сквозь тело вибрации ее голос походил на голос робота. – Я и раньше выполняла миссии. Ты на рынке не один такой умный.
Артемиса это нисколько не ободрило. – Тем больше причин быть поосторожнее. Жаль, что в терминале нет комплекта крыльев. В таких шкафчиках нет крыльев?
- Это шанс, - проговорила Элфи голосом, уплывающим через расширяющийся затвор портала. – Мы получили то, что мы получили.

– Мы получили то, что мы получили, - повторил Артемис, следя за продвижением Элфи вниз по ступенькам и через внутренний дворик с помощью инфракрасного фильтра. – Ужасная грамматика.
10-летний Артемис чувствовал себя так, словно его окунули в кувшин с медом и оставили запекаться на солнце. Его одежда прилипла к коже, и ураган мух кружил над головой. Горло было сухой наждачной бумагой, и он чувствовал свое дыхание и пульс, словно на нем был одет шлем.
И зловоние. Зловонием был горячий ветер, порывами дующий в нос и глаза.
- Я должен выдержать, - подумал он, фокусируясь на целостности будущего. - Я нужен папе. Я также не хочу, чтобы этот мерзкий тип меня запугивал.
Рынок был запутанным калейдоскопом качающих конечностей, разбрызгивающих краску и вечерних теней. И, с точки зрения Артемиса, все вокруг было даже более запутанным. Мелькали локти, урны звонили как колокола, а в воздухе над головой резко звучали громкие выкрики на арабском и

2009-12-26 в 23:10 

I get lonely easy. Damn it!!
французском. Артемис разрешил себе помедитировать с минутку. Он закрыл глаза, делая неглубокие вдохи ртом. Очень хорошо, подумал он. К делу, Доктор Кронски. К счастью, доктор был громадным, и Артемис, идя по рынку, быстро увидел Кронски на противоположном углу.
Только посмотрите на этого позера. Камуфляжный костюм! Он искренне верит, что он генерал, сражающийся с животным царством? Артемис сам привлекал изумленные взгляды от местных, к туристам здесь привыкли, но одинокие 10-летние мальчики в официальных костюмах, несущие клетки для обезьян, редко встречались в любой части мира.
Это как раз плюнуть. Пройти в центр и опустить клетку. Но даже передвигаться по рынку было непросто. Рабочие суетились на проходах между чанами, нагруженные дюжинами вымоченных шкур. Краска полосами окрашивала одежду туристов и других рабочих. Артемису пришлось шажками аккуратно прокладывать себе дорогу, несколько раз уступать, прежде чем он, в конце концов, добрался до свободного участка в центре.
Кронски сидел перед ним, взгромоздившись на крохотный складной табурет из легкого тростника, и пускал клубы дыма из тонкой сигары.
- Мне кажется, что я пропускаю половину удовольствия, - сказал он, как будто они просто продолжали разговор. – В сигаре самое лучшее – аромат, я абсолютно его не чувствую.
Артемис тихо пришел в ярость. Этот человек чувствовал себя абсолютно комфортно, без капли пота на лбу. Он выдавил из себя улыбку.
- Деньги при тебе, Дэймон? – Он, по крайней мере, мог досадить доброму доктору называя его по имени.
Кронски не проявил ни капли раздражения. – Они у меня прямо здесь, Ах-темис, - сказал он, похлопывая по нагрудному карману. – Сто тысяч – такая пустяковая сумма, мне удалось засунуть все банкноты в карман костюма.
Артемис не смог сдержать насмешку: - Такого чудесного костюма.
Фиолетовые очки Кронски блеснули в последних лучах заходящего солнца. – В отличие от твоего, мой мальчик, который, по-видимому, на такой жаре теряет форму.
Это было правдой, Артемис ощущал, что единственной вещью, которая держит его вертикально, был засохший пот на позвоночнике. Он был голодным, раздраженным и уставшим.
Сосредоточься. Победа требует жертв.
- Ну, вообще-то лемур при мне, не могли бы мы продолжить?
Пальцы Кронски дернулись, и Артемис мог предположить, о чем он подумал.
Забери у мальчика лемура. Просто забери. И не нужно расставаться с сотней тысяч.
Артемис решил такие мысли подавить в зародыше.
- Если ты собираешься предпринять необдуманные шаги, нарушающие наше соглашение, то я скажу тебе только одно слово: ‘Дворецки’.
Одного слова было достаточно. Кронски был в курсе репутации Дворецки, вне зависимости от его местонахождения. Его пальцы дернулись еще раз и застыли.
- Отлично, Ах-темис. Давай покончим с этим делом. Думаю, ты понимаешь, что мне необходимо осмотреть товар.
- Конечно. Я тоже уверен, что ты понимаешь, что и мне необходимо осмотреть образец твоей валюты.
- Почему бы и нет, посмотри. Кронски запустил руку в карман и вытащил толстый конверт, переполненный пурпурными пятисотками Евро. Он небрежно выбрал одну и передал ее Артемису.
- Понюхаешь ее, а, Ах-темис?
- Не совсем. – Артемис раскрыл мобильник и выбрал УФ и магнитный сканер валюты из его расширенного меню. Он провел банкноту перед пурпурным цветом, проверяя водяной знак и металлическую полоску. Кронски приложил руку к сердцу.
- Я удивлен, эх, оскорбляешь, неужели ты мог подумать, что я тебя обману. Подделать сто тысяч мне бы вышло дороже, чем в сто тысяч. Хороший набор столового серебра стоит в два раза дороже.
Артемис закрыл телефон. – Я человек недоверчивый, Дэймон. – Ты это усвоишь. Он поставил коробку на деревянный постамент. – Теперь твоя очередь.
В этот момент отношение Кронски полностью изменилось. Его бесцеремонность уступила место легкомыслию. Он улыбнулся и прыснул от смеха, на цыпочках подкрался к клетке, как ребенок к Новогодней елке.
Наверное, обычный ребенок, кисло подумал Артемис. Мне новогоднее утро сюрпризов не принесет, спасибо рентген-сканеру на мобильном телефоне.
Было очевидно, что Кронски очень возбуждала возможность уничтожения еще одной искры жизни. Он изящно наклонился к клетке, и, прищурившись, заглянул в вентиляционные отверстия.
- Да, да. Все, кажется, в порядке. Но мне нужно взглянуть поближе.
- Сто тысяч Евро позволят тебе осматривать объект где угодно и как угодно.
Кронски кинул Артемису конверт. – О, возьми их, утомительный мальчишка. Я так от тебя устаю, Ах-темис. У таких, как ты, много друзей не бывает.
- У меня есть один друг, - отпарировал Артемис, кладя деньги в карман. – И он побольше тебя.
Кронски открыл коробку пошире, чтобы схватить лемура за загривок. Он приподнял животное над головой, как трофей, осматривая его со всех углов.
Артемис отступил на шаг назад, бросая по сторонам подозрительные взгляды.
Наверное, ничего не произойдет, подумал он. Наверное, те существа оказались не настолько изобретательными, насколько я предполагал. Пока что я могу удовлетвориться сто тысячами.
А затем появились изобретательные существа.

У Элфи не было крыльев, но это не означало, что она не могла навести хаос. В ящичке ЛеППРЕКОНа не было оружия, кроме единственного Нейтрино, но в нем было шахтерское оборудование, включая несколько дюжин взрывающихся шариков, которые Элфи разбрасывала в оставленные без присмотра чаны с краской по всему рынку, а под окно Дворецки – в двойном размере.
Хотя Элфи была невидимкой, двигалась она с осторожностью, так как применение защитного экрана без костюма было крайне опасным волшебством. Любые резкие движения или столкновения привели бы к возникновению волшебных фейерверков от ее тела, возникновение которых на пустом месте выглядело бы по меньшей мере странно.
Поэтому она двигалась очень плавно, это был единственный способ передвигаться. Элфи опустила последние шарики, чувствуя себя очень уязвимой, несмотря на свою невидимость.
- Мне так не хватает руководства Жеребкинса, подумала она. – Как хорошо, когда у тебя есть всевидящий глаз.
Артемис как будто прочитал ее мысли, и его голос послышался в микро-наушнике. Еще один подарок из шкафчика.
- Кронски открывает клетку. Приготовься взорвать шарики.
- Все готово. Я в северо-восточном углу на случай, если Джей-джей попытается бежать.
- Я вижу тебя через фильтр. Взрывай по своему усмотрению.
Элфи вскарабкалась в пустой чан и сконцентрировала все свое внимание на Кронски. Он уже вытащил лемура, держа его на расстоянии от себя. Превосходно.
Она провела пальцем вдоль маленькой полоски у нее в руке, все крошечные огоньки позеленели. На полоске возникло краткое сообщение.
Взрывать?
Безусловно, подумала Элфи и нажала кнопку да.
Чан взорвался, выбрасывая в воздух шестиметровую колонну красной краски. Еще несколько чанов быстро последовали за ней, стреляя, как бомбометы, с силой запуская содержимое в небо Морокко.
Симфония цвета, подумал Артемис со своего насеста. Дворецки видно не было.
Ниже в торговых рядах рынка незамедлительно началось столпотворение. Кожевники зашумели и заорали, как зрители фейерверка, восхищаясь и показывая друг другу каждый новый фонтан цвета. Некоторые осознали, что на их ценные кожи попадают не те оттенки краски и начали лихорадочно собирать свои изделия и инструменты. Несколько секунд шел дождь из капель краски и пространства между чанами наполнились исступленными рабочими и перепуганными туристами.
Юный Артемис стоял неподвижно, не обращая внимания на краску в воздухе, его взгляд был прикован к Дэймону Кронски и лемуру в его руке. Следи за животным. Им нужно животное.
Кронски визжал при каждом взрыве, балансируя на одной ноге, как напуганный артист балета.
- Забавно, - подумал Артемис и заснял несколько секунд видео на телефон. Что-то еще должно произойти, он был уверен.
И он был прав. У Артемиса осталось смутное впечатление, что земля разверзлась перед ногами Кронски. Грязь взорвалась, какое-то движение в завесе земли и лемур исчез.
Доктор Кронски остался держать кусок слизи, который чуть-чуть светился в вечерних тенях.
Упали последние капли краски, и хаос медленно отступал. Кожевники удивленно потрясли головами, и стали проклинать судьбу. Заработок за день пропал.

2009-12-26 в 23:11 

I get lonely easy. Damn it!!
Кронски вопил несколько секунд, после того, как грязь осела, держа ноту как оперный певец. Артемис злобно ухмыльнулся. - Ноту может держать толстая леди, а ты, думаю, сейчас замолчишь.
Доктора остановил тон Артемиса. Он собрался, стоя на двух ногах и дыша так глубоко, что красные пятна выступили на его щеках.
Когда он захотел вытереть слизь, то понял, что лемура в его руке больше нет.
Не веря своим глазам, он уставился на свои пальцы, чувствуя, как слизь покрывает его пальцы и, застывая, превращается в мерцающую перчатку.
- Ты что сделал, Артемис?
- Ах, - подумал Артемис. - Ты вдруг смог произнести мое имя.
- Я ничего не делал, Дэймон. Я доставил лемура, ты его потерял. Теперь это твои проблемы.
Кронски побагровел. Он сорвал очки и открыл налившиеся кровью глаза.
- Ты меня обманул, Фаул. Ты здесь как-то замешан. Я не могу созвать Выжигающих на конференцию без соответствующего вступления. Принесение лемура в жертву было моим огромным приветствием, каждому!
Телефон Артемиса завибрировал, и он взглянул на экран. Короткое сообщение от Дворецки.
Миссия выполнена.
Он положил мобильный в карман и широко улыбнулся Кронски.
- Соответствующее вступление. Я могу тебе с этим помочь. За определенную сумму, естественно.
Артемис старший сидел в шаре-хамелеоне, наблюдая за событиями, разворачивающимися внизу. Все шло точно по плану, исключая чаны с краской, которые, на самом деле, превысили ожидания Артемиса.
- Дворецки вообще не видно, - подумал он. А потом внутри вдруг похолодело. - Конечно! Я не ставил Дворецки в том окне. Я поставил туда приманку, потому что это одно из пяти мест, куда логично поставить снайпера. Во все пять мест я поставил приманки, а сам Дворецки спрятался где-то в торговых рядах рынка, на земле, готовый вмешаться, если те надоедливые лемурокрады снова объявятся. А они могли объявиться, потому что, видимо, знали каждое мое движение. Я, Артемис Фаул, сам себя одурачил.
Вдруг его осенила ужасная мысль.
- Элфи, - закричал он в подушечку микрофона, приклеенную к пальцу. – Отбой! Отбой!
- Что… - послышался шипящий ответ. – Шум… Я думаю… поврежден.
Затем несколько секунд белого шума, резкий треск и тишина. Слишком поздно. Все, что оставалось Артемису – прижать палец к экрану и беспомощно смотреть, как один из кожевников скинул с плеч одеяло и выпрямился, оказываясь намного выше, чем был раньше. Конечно, это был Дворецки, а перед собой он направлял ручной инфракрасный сканнер.
- Дворецки. Не делай этого, старый друг. Я знаю, тебе мои махинации никогда не нравились.
Три быстрых широких шага и телохранитель был у чана Элфи, он накинул на эльфа одеяло. Она сопротивлялась и сражалась, но у нее не было ни единого шанса против огромной силы Дворецки. Через десять секунд Элфи была связана по рукам и ногам и лежала на плече телохранителя. Еще через пять секунд Дворецки скрылся за воротами и потерялся в толпе Медины.
Все это произошло настолько быстро, что челюсть у Артемиса отвиснуть не успела. В какой-то момент все было под контролем, и он самодовольно наслаждался осознанием, что он самый умный человек в метафорической комнате. В следующий момент он с треском упал на землю, пожертвовав королевой за ладью, осознавая, что он был лицом к лицу с кем-то таким же умным, как и он сам, только вдвойне более безжалостным. Он почувствовал, как бледность отчаяния наползает на лицо, оставляя за собой покалывающие следы.
Элфи у них. Выжигающие будут пытать ее, обвиняя в том, что она дышит человеческим воздухом.
Ему в голову пришла мысль. - У каждого подсудимого есть право на хорошего адвоката.




CHAPTER 12: Ушедшие навечно
ВЛАДЕНИЯ ЛЮДЕЙ, ТЕРРИТОРИЯ EXTINCRIONISTS, ФЕС.
Молодой Артемис согласился посетить особняк Доктора Кронски, расположенный недалеко от Медина. Автомобиль Кронски был более роскошный, чем арендованный Артемисом. Он был оснащен мощным кондиционером и водяным холодильником, сиденья его были драпированы шкурой белого тигра. Артемис пропустил мех сквозь пальцы и совсем не удивился, обнаружив, что мех настоящий.
-Неплохие сиденья – прокомментировал он сухо.
Кронски не ответил. Он не очень-то был разговорчив, с тех пор как потерял лемура, лишь бормотал в полголоса, проклиная несправедливость всего произошедшего. Также не было похоже, что он слишком переживал о том, что краска с его костюма въедалась в мех дорогой драпировки.
Хотя путь до особняка занял не больше пяти минут, Артемис использовал это время, чтобы обдумать план дальнейших действий. К тому времени, когда автомобиль миновал укрепленные ворота, он выровнял все в неточности в своей стратегии. Оставшиеся две минуты он посвятил одной из романтических новелл, которые он время от времени писал под псевдонимом Виолеты Тсирблоу.
Машина проехала под аркой четырехметровой стены. Артемис смотрел по сторонам, отмечая вооруженных охранников, патрулирующих особняк, расположение источника энергии и служебного помещения.
Информация – сила.
Особняк был построен в стиле пляжных коттеджей Калифорнии: с плоской крышей, огромным количеством стекла и искусственным пляжем с волновой установкой и спасателем. Рядом с особняком было построено огромное здание для конференций, на крыше которого возвышался шпиль. Двое мужчины заканчивали укрепление медного изображения на конце шпиля. Несмотря на то, что большая часть изображения была закрыта холстом, Артемис видел достаточно, чтобы бы понять что это. Человеческая рука, сжимающая мир в кулаке. Символ Extinctionists.
Шофер Кронски остановил машину у парадного входа, и доктор молча прошел внутрь особняка. Он жестом указал на покрытый шкурой диван и ушел в спальню. Артемис надеялся принять ванну и сменить одежду, но вероятно Кронски был так расстроен произошедшим, что забыл о вежливости, поэтому Артемис был вынужден дергать в разные стороны воротник зудящей рубашки и ждать возвращения хозяина дома.
Зал приема Кронски был жутким местом. Одна стена была заполнена сертификатами extinction. К каждому сертификату прилагалась фотография несчастного животного и дата, когда Extinctionistорам удалось убить последнего представителя вида.
Артемис бегло просмотрел фотографии на стенах. Здесь были изображения японского морского льва и озёрного дельфина, гуамской летающей лисицы и балийского тигра.
Все они ушли. Навечно.
Есть только один способ увидеть этих животных: надо как-то развить скорость перемещения быстрее, чем скорость света и вернуться в прошлое.
Мебель в комнате, наглядно указывающая на цели организации, вызывала ужас и отвращение. Диван был обит шкурой фолклендской лисицы. Абажуром торшера служил череп западного черного носорога.
Артемис из-за всех сил старался сохранить спокойствие.
Я должен покинуть это место как можно быстрее.
Но слабый голос совести напомнил ему, что его отъезд не будет означать того, что это место больше не существует, а продажа странного существа Кронскому только привлечет внимание людей к действиям этой организации.
Артемис мысленно представил себе отца.
Чего бы это не стоило. Чтобы не понадобилось сделать.
Кронский появился в комнате в чистом, ниспадающим свободными складкам кафтане. Его глаза были красными, как если бы он плакал.
- Присядь, Ах-темис,- сказал он, указывая жестом на диван.
Артемис окинул взором диван:
- Нет. Я останусь стоять.
- Ах, понимаю. Слишком большой диван. Трудно оставаться серьезным, когда твои ноги не достают до пола, - сказал Кронски, садясь в офисное кресло.
Доктор потер коренастыми пальцами глаза и надел фирменные солнцезащитные очки.
- Ты даже представить себе не можешь, каково это: быть таким, как я, Ах-темис. Переезжать преследуемым из страны в страну из-за моей веры, как какой-то уголовный преступник. И теперь, когда я наконец-то нашел место, которое могу называть домом; теперь, когда я уговорил комитет проводить собрания здесь - я потерял лемура. Этот лемур был основной целью конференции.
Голос Кронски был спокоен, и казалось, что доктор постепенно приходит в себя, после постигшей его неудачи.
- Члены комитета Extinctionistоров очень влиятельные люди, Ах-темис. Они привыкли к удобству и комфорту. Морокко едва ли можно назвать удобным. Я построил этот особняк, чтобы привлечь сюда комитет, для этого пообещал грандиозную открытую конференцию. А теперь все, что я могу показать – пустые руки.
- Еще не все потеряно, доктор, - мягко сказал Артемис, - я могу предоставить вам что-то, что разнообразит вашу организацию и сделает ее всемирно важной.
Взгляд Кронски был скептическим, но он наклонился вперед, его руки слегка напряглись.
Его лицо говорит: нет, подумал Артемис, но язык его тела говорит: да.
- Что ты продаешь, Ах-темис?
Артемис открыл галерею в телефоне и выбрал фотографии.
- Это, - сказал он, передавая телефон Кронски.
Доктор изучил фотографии, и скептицизм на его лице заметно увеличился.
- Что это? Фотографии поддельны?
- Нет. Они неподдельны. Это существо живое.
- Да ладно, Ах-темис. Всего лишь латекс и костные имплантаты. Ничего больше.
Артемис кивнул:
- Это нормальная реакция. Вы не заплатите, пока сами не убедитесь в подлинности этого существа.
- Я уже заплатил.
- Вы заплатили за лемура, - возразил Артемис, - Это неоткрытый вид. Возможно угроза человечеству. Это как раз-то, чем занимаются Extinctionists. Представьте, сколько участников организации будут требовать пожертвование для вашей церкви, когда вы раскроете эту угрозу.
Кронски согласился:
- Ты приводишь хорошие аргументы для десятилетнего мальчишки. Сколько я должен буду заплатить?
- Пять миллионов евро. Это не обсуждается.
- Наличными?
- Брильянтами.

2009-12-26 в 23:11 

I get lonely easy. Damn it!!
Кронски недовольно поджал губы:
- Ты не получишь ни одного камня, пока я не буду убежден в подлинности этого существа.
- Это будет справедливо.
- Не слишком ли ты сговорчив, Фаул. Откуда ты знаешь, что я не обману тебя? После всего, я вполне уверен, что ты приложил руку к произошедшему на базаре. Чем обернулась для меня честная игра, которую я вел?
- Ты можешь обмануть меня, Дэймон. Но ты не обманешь Дворецки. Ты же не глупый мужчина.
Кронски был впечатлен:
- Не дурно, парень. Ты все предусмотрел, - доктор посмотрел на свои руки, - ты когда-нибудь думал, Ах-темис, как такой ребенок, как ты, оказался против такого старого обманщика, как я?
- Я не понимаю, в чем ваш вопрос,- честно признался Артемис.
Кронски захлопал в ладоши и рассмеялся.
- Ты восхищаешь меня, Ах-темис, - сказал он, - Какой еще мальчик живет так, как ты?
Его смех оборвался внезапно, как будто отрезанный гильотиной.
- Теперь перейдем к делу. Когда я смогу изучить это существо?
- Немедленно, - ответил Артемис.
- Отлично. Тогда, звони своему Дворецки, чтобы он приехал, как можно скорее. Допустим, на то, чтобы добраться сюда, у него уйдет около 30 минут, еще десять, чтобы миновать охрану. Мы можем встретить его в Великой Ложе через час.
- Я сказал немедленно, - сказал Артемис, щелкнув пальцами. Дворецки сделал шаг вперед из-за занавески. В руках у него была шерстная сумкой марки Kevlar.
Кронски пронзительно вскрикнул, а затем закатил глаза.
- Нет, я не могу это контролировать…Из-за этого дела с коалой из Кливленда. Это слишком беспокоит меня …
Отложить и сохранить,- подумал Артемис, - Коала из Кливленда.
-В любом случае… - продолжил Кронски, - Как вы сюда проникли?
Дворецк пожал плечами:
- Так же как и вы.
- Вы были в машине, - догадался Кронски, - очень умно.
- В общем-то, не очень. Каждая неточность в вашем плане, выглядит продуманной деталью в нашем.
- Я запомню это. Товар находится у вас?
Дворецки сжал губы. Артемис знал, что лимит его лояльности на пределе. Продажа лемура было достаточно плохим делом, но это существо в сумке была в какой-то мере женщиной.
Не говоря ни слова, телохранитель поставил сумку на стол. Артемис собрался открыть сумку, но Двореци остановил его.
- У нее есть некоторые гипнотические способности. Я однажды встречал парня из Лаоса, который мог сглазить вас, но я никогда не видел ничего подобного этому. Она пыталась применить свои чары на мне на базаре, и я чуть не столкнулся с верблюдом. Поэтому я заклеил ей рот скотчем. Так же мы знаем, что она может становиться невидимой. Когда я открыл сумку в первый раз, то не увидел ее. Я подумал, что она сбежала. У нее могу быть и другие возможности – кто знает, что она может проделать своими ушами. Вы согласны пойти на этот риск?
- Да, - ответил Кронски, начиная злится, - абсолютно согласен. Откройте сумку.
Дворецки убрал руку и Артемис расстегнул молнию, показав фигуру внутри.
Кронски не поверил своим глазам. Он ощупал уши существа, подергал их. Осмотрев существо, он шатающейся походкой подошел к офисному бару и дрожащими руками налил себе стакан вода.
- Ты получишь пять миллионов сегодня же, - сказал он, - Ты сказал пять и я согласился. Никаких изменений в цене теперь.
Артемис улыбнулся. Доктор попался на крючок.
-Пять миллионов,- сказал он, - Плюс расходы.


Взрослый Артемис ехал на складном скутере ЛеППРКОНа. Ифранские дороги за пределом великолепного города были частью плодородного бассейна реки Феса. По краям дороги росли оливковые деревья, а дальше были площадки для гольфа.
Античность и современность. Сосуществование.
Звезды над головой казались ближе и ярче, чем дома в Ирландии; они сияли, как огни стадиона, как будто бы Африка каким-то образом была ближе к вселенной.
Я потерял ее. Потерял Элфи.
Но у него был план. В общем-то, неплохой план. Все, что ему нужно - некоторые волшебные технологии, чтобы открыть пару дверей. И тогда у них будет шанс. Потому что без Элфи все не имеет смысла. Ни у кого из них не будет будущего, если с Элфи что-то случится.


Ему потребовался почти час, чтобы найти поле для гольфа, где Элфи оставила шаттл ЛеППРЕКОНа. Не то, чтобы на поле было много отличительных признаков: Элфи остановила шаттл глубоко в сухом песке и выставила защитный щит. Артемис нашел шаттл только благодаря непосредственной помощи навигационных систем скутера.
Он бросил скутер внутрь диска размером с летающую тарелку и спустился вниз.
Мульча Рытвинг праздно вертелся вокруг себя в стуле пилота.
- Это мой скутер, Вершок, - сказал он, - Он оторвался от вагонетки, поэтому я заберу его с собой.
Артемис закрыл люк.
- Где лемур? Где Джуджу?
Мульч ответил вопросом на вопрос:
- Где Элфи? Ты ее потерял?
- Да, - Артемис признал случившееся, - Мальчишка перехитрил меня. Он знал, что мы придем за лемуром, и использовал это, чтобы поймать Элфи.
- Умный, - сказал Мульч, - Так или иначе, я ушел…До встречи…
- До встречи? До встречи? Один из твоих волшебных товарищей в беде, а ты собираешься просто так уйти?
Мульч поднял руки вверх:
-Эй, спустить на землю, Вершок. Сотрудники ЛеППРЕКОНа – мне не товарищи. У нас был договор: я помогаю вам поймать маленькую меховую зверушку, а вы отдаете мне шаттл. Работа сделана, обе стороны счастливы.
В этот момент Джуджу высунул голову из-за круглой двери уборной.
-Что он там делает?
Мульч усмехнулся:
-Угадай с двух попыток.
- Лемуры не умеют пользоваться уборной.
- Как знаешь. Чтобы он там не делал, я доверю Джуджу.
Он поманил волосатым пальцем, и лемур быстро вскарабкался по его руке на голову.
- Видишь, он признает меня главным, - Мульч сдвину брови, - Надеюсь, ты не собираешься менять его на Капитана Малой?
- Нет смысла, - сказал Артемис, открывая базу данных ЛеППРЕКОНа, - С тем же успехом можно попытаться поменять шпильку на Экскалибур.
Мульч сжал губы.
- Я немного знаком с историей Экскалибура, поэтому знаю, что ты пытаешься сказать. Шпилька –бесполезная; Экскалибур - чудесный и так далее. Но в некоторых случаях шпилька гораздо полезнее. Теперь, если бы ты сказал резиновая шпилька. Понимаешь, что я хочу сказать?
Артемис не обращал на него внимания, яростно стуча по v-образной клавиатуре. Ему нужна была вся возможная информация о Extinctionists, и Жеребкинс хранил достаточно огромное количество файлов об этой организации.
Мульч щекотал Джуджу под подбородком.
- Мне не безразлична судьба Капитана Малой, хотя это и вопреки моим правилам. Я думаю, я могу подкопать под особняк и выкрасть ее.
Это была искренняя попытка помочь и хорошее предложение, поэтому Артемис потратил драгоценное время, чтобы ответить.
- Не возможно. Кронски уже видел наше спасение через туннель, и он не допусти этой ошибки. По моим расчетам, ты не сможешь выдержать температуру в течении дня. Даже под землей, ты не будешь в безопасности. Земля настолько сухая, что трещины могу уходить в глубь на пятнадцать метров. Одно маленькое неточное движение днем и ты будешь трещать, как старая книга в домашнем камине.
Мульч вздрогнул.
- Понятно. Твое описание очень наглядно. И что же ты собираешься предпринять?
Артемис использовал волшебные технологии, чтобы распечатать карту с изображением леопарда и серебристой голограммой Extinctionists.
- Я пойду на конференцию сегодня вечером,- сказал он, легонько щелкнув по карте указательным пальцем, - Кроме этого, у мене есть приглашение. Все, что мне нужно - немного маскировки и некоторые медикаменты.
Мульч был впечатлен.
- План действительно очень хорош. Ты почти так же хитер, как и я.
Артемис развернулся обратно к v-образной клавиатуре. Ему требовалось время, чтобы укрепить свой будущий образ.
- Ты даже не представляешь как, - сказал он.


Будущая конференция Extinctionists полностью зависела от Кронски и его нервы были на пределе. Он танцевал по дому в одном банном полотенце; его мысли крутились вокруг мелодии Joseph and the Amazing Technicolor Dreamcoat. Кронски

2009-12-26 в 23:12 

I get lonely easy. Damn it!!
часто мечтал, что он будет носить пальто-Technicolor, вышитое шкурами редких животных, которых он убил. Эта мечта всегда заставляла его улыбаться.
Все должно быть идеально. Эта ночь будет лучшей в моей жизни. Спасибо, маленький Ах-темис.
Предстоящий банкет установит тон выходных, а значит и всей конференции.
Что может быть важнее, чем открытие нового вида? Extinctionists станет всемирно известной.
И как раз вовремя. По правде говоря, Extinctionists перестала быть новинкой. Пожертвования снижались, и, впервые после открытия, на конференции будут присутствовать не все члены организации. В начале все было замечательно - много увлекательных видов животных, на которых можно было охотиться, чтобы прибить к стене. Но теперь страны защищали своих редких животных, особенно больших. Больше не было полетов в Индию для охоты на тигров: жители районов, расположенных к югу от Сахары, были настроены очень агрессивно, когда встречали хорошо вооруженных людей Extinctionists, охотившихся на слонов. Эти охоты всегда обнаруживалось, особенно в странах, где правительство не брало взяток. Не брало взяток.
Была и другая проблема Extinctionists, хотя Кронски никогда не говорит о ней вслух. Организация была основана наиболее ревностными сторонниками. Но ее искренняя ненависть к животным привлекла кровожадных сумасшедших, которые не могут видеть, как пули попадают в молчаливых животных. Они никогда не поймут философию организации. Человек – король, а животные могут продолжать существовать лишь до тех пор, пока это угодно их хозяевам. Животные, которые не используются в каких-либо целых, а только расходуют драгоценных воздух, должны быть уничтожены.
Но это существо изменило всё. Все захотят увидеть ее. Камеры будут снимать весь процесс суда и казни, а потом лента попадет в СМИ, и мир падет к ногам Дэймона Кронски.
Один год пожертвований, думал Кронски, и я смогу наслаждаться моим богатством.
Пять миллионов. Эта фея, или кем бы она не была, стоит в десять раз больше. В сто раз больше.
Кронски около минуты постоял под сильным потоком воздуха кондиционера, а затем выбрал костюм из открывшегося платяного шкафа.
Пурпур, подумал он, сегодня я буду императором.
Подумав немного, он достал шляпу, украшенную кисточкой шерсти каспийского тигра.
ЛИЧНЫЙ САМОЛЕТ ФАУЛОВ, 10 000 МЕТРОВ НАД ГИБРАЛТАРОМ.
Десятилетний Артемис пытался расслабиться в одном из шикарных кожаных кресел самолета, но нервный узел в его голове не давал ему этого сделать.
Мне нужен массаж, подумал он, или отвар из трав.
Артемис отлично понимал, откуда взялось это напряжение.
Я продал существо… личность для Extinctionists.
Так как Артемис был очень умен, он без труда смог найти оправдание своим действиям.
Ее друзья освободят ее. Они практически умнее меня, и они, несомненно, умнее Кронски. Эта фея уже, возможно, отправилась с лемуром в руках обратно, откуда бы она ни появилась.
Артемис отвлек себя от этого сомнительного довода, сосредоточившись на Кронски.
Нужно что-то сделать с этим человеком.
Титановый Powerbook мягко загудел на раскладном столике. Артемис разбудил экран и открыл свой персональный Интернет-браузер, разработанный в качестве школьного проекта. Благодаря мощной, но незаконной антенне в грузовом отсеке, самолет мог принимать радио-, теле- и Интернет сигналы практически в любых частях света.
Такие организации, как Extinctionist живут и умирают в зависимости от репутации, думал Артемис, Это будет забавным упражнением - уничтожить репутацию Кронски, используя силу Интернета.
Все что для этого было нужно: поисковая система и размещение небольшого видео на некоторых наиболее популярных сайтах сети.

Двадцать минут спустя, когда Дворецки вошел в его кабину, Артемису оставалось сделать пару завершающих штрихов.
-Проголодался?- спросил телохранитель, - В холодильнике есть хумус и я собираюсь приготовить йогурт и фруктовый коктейль.
Артемис выложил видео на последний веб-сайт.
- Нет, спасибо, - пробормотал Артемис, - я не голоден.
-Чувство вины будет терзать твою душу, - сказал Дворецки, открывая холодильник, - как предателя на старых костях.
- Спасибо за сравнение, Дворецки, но, что сделано, то сделано.
- Нужно ли было оставлять оружие Кронски?
-Пожалуйста… Я установил заряд самоликвидатора на мой жесткий диск. Ты действительно думаешь, что такая прогрессивная раса оставит свои технологии незащищенными? Я не буду удивлен, если пистолет сейчас тает в руках Кронски. Я должен был оставить оружие для эффекта.
-Не думаю, что существо сейчас тает.
- Прекрати, Дворецки. Я совершил сделку, и давай больше не говорить об этом.
Дворецки сел напротив.
- Хмм. То есть теперь тобой руководит своего рода кодекс. Честь среди преступников. Интересно… Итак, что ты придумываешь на своем компьютере?
Артемис растирал напряженное место на шее.
- Пожалуйста, Дворецки. Все это - для моего отца. Ты знаешь - это должно быть сделано.
-Один вопрос, - сказал Дворецки, разрывая пластиковую упаковку от столовых приборов, - Хотел ли бы ваш отец, чтоб это было сделано таким путем?
Артемис не ответил, только сидел и растирал напряженное место на шее.
Через пять минут Дворецки сжалился над десятилетним мальчиком.
- Я подумал, что мы можем развернуть самолет обратно и оказать небольшую помощь этому странному существу. Аэропорт Феса открыт, поэтому на это уйдет всего лишь пара часов.
Артемис сдвинул брови. План Двроцки был правильными действиями в создавшейся ситуации, но это был не его профиль.
Дворецки свернул бумажную тарелку Артемиса вместе с едой.
-Артемис, я хочу повернуть самолет обратно, и я собираюсь сделать это, если только ты не скажешь мне, не делать этого. Все, что тебе нужно - сказать одно слово.
Артеми видел, как его телохранитель возвращается в кабину пилота, но не сказал ни слова.
МАРОККО
Особняк Кронски гудел от постоянно подъезжающих из аэропорта Extinctionistоров. Каждый из них нес свою ненависть к животным на руках, или на голове, или на ногах. Кронски узнал леди в высоких сапогах из кожи каменного козла. Из Пиренеи, если он не ошибался. Затем он увидел старого Джеффреи Кутнез-Меуерс, одетого в костюм из шкуры квагги, и Котессу Ирину Костович, бледная шея которой была защищена от вечернего холода мехом хондосского японского волка.
Кронски улыбался и тепло приветствовал почти каждого по имени. Каждый год было несколько новых людей, допущенных в круг влиятельных людей, но скоро все изменится, после судебного процесса. Кронски прошел к банкетному залу.
Зала был разработан Schiller-Haus в Мюнхене, и на самом деле являлся огромным сборным комплектом деталей, которые прибыли в контейнере и были установлены немецкими специалистами меньше, чем через четыре недели. Действительно невероятно. Зал был впечатляющей структурой, более формальной внешне, чем особняк, который был более красивым. Но серьезные дела должны проходить здесь. Суд над феей и казнь.
Суд над феей, подумал Кронски и хихикнул.
Главные двери охраняли двое сильных мужчин из Марокко, одетых в вечерние костюмы. Кронски сначала хотел, чтобы охранники были одеты в парашютные комбинезоны, но потом передумал, решив, что это слишком похоже на Бонда.
Я не Доктор Ноу. Я Доктор Ноу-Животных.
Кронски быстро прошел мимо охранников, спустился вниз по коридору, покрытому роскошным ковром, и вошел в банкетный зал с потолком двойной высоты. Потолок был сделан из трехкратного увеличительного стекла, поэтому звезды были так близко, что, казалось, можно протянуть руку и схватить одну из них.
Оформление зала со вкусом соединяло в себе классику и современность. За исключением сделанных их лап гориллы пепельниц на каждом столе и ряда ведерок для охлаждения бутылок шампанского, сделанных из слоновьих ног. Кронски вышел через двойные двери, прошел через кухню и вошел в морозильную камеру.
Существо сидело в окружении трех охранников. Она была привязана к детскому пластиковому стульчику, позаимствованному из детского сада персонала особняка. Лицо ее было мрачное и настороженное. Ее оружие лежало неподалеку на железной тележке.
Если бы она могла стрелять взглядом, подумал Кронски, поднимая небольшое оружие и взвешивая его на руке, я был бы похож на решето.
Он направил пистолет на один из замороженных окорока, висячих в ряд под потолком, и нажал на курок. Не было ни пих-пах, ни вспышки света, но окорок дымился и был готов к употреблению. Кронскый поднял темные очки фиолетового цвета, которые носил днем и ночью, чтобы удостовериться, что его видение было правильным.
-О, Боже, - сказал Кронски изумленно, - это в некоторой степени игрушка.

2009-12-26 в 23:13 

I get lonely easy. Damn it!!
Он посмотрел на существо.
-Никаких туннелей в это раз, - предупредил он, - ничего похожего, что ты делала на базаре. Ты говоришь по-английски, существо? Ты понимаешь, что я говорю тебе?
Существо закатило глаза.
Я бы ответила тебе, говорило ее выражение, но мой рот заклеен скотчем.
- И для оправдания, - сказал Кронски, - мы все знаем о твоих гипнотических способностях. И невидимости, - он ущипнул ее за щеку, - твоя кожа практически, как человеческая. Что ты? Фея, не так ли?
Еще одно закатывание глаз.
Если бы закатывание глаз было спортом, то это существо было бы золотым медалистом, подумал доктор. Впрочем, возможно серебряным. Золото, несомненно, выиграла бы моя бывшая жена.
Кронски обратился к охраннику.
-Она двигалась? – спросил он.
Мужчины отрицательно покачали головами. Это был глупый вопрос. Как она могла двигаться?
- Замечательно. Очень хорошо. Все идет согласно моему плану.
Теперь Кронски закатил глаза.
-Послушаете меня. Все идет согласно моему плану. Похоже на Доктора Ноу. Я должен идти и сделать себе железные руки. Что вы об этом думаете, джентельмены?
-Железные руки? – спросил новый охранник, непривычный к громким словам Кронски. Двое других хорошо знали, что большинство вопросов доктора риторические, особенно связанные с Эндрю Ллойд Уэббером и Джойсом Бондом.
Кронски проигнорировал нового парня. Он приложил на секунду палец к губам, чтобы обозначить важность момента, и заговорил глубоким шепотом.
-Ладно, джентльмены. Все слушают? Этот вечер не может быть более важным. От него зависит будущее организации. Все должно быть максимально идеальным. Не спускайте глаз с заключенного. Никуда не переносите ее и не открывайте ей рот. Никто не должен ее видеть до начала суда. Я заплатил пять миллионов в брильянтах за привилегию грандиозного обнаружения этого существа, поэтому никто не должен войти сюда, кроме меня. Понятно?
Это бы не риторический вопрос, однако, новому парню потребовалось несколько секунда, чтобы понять это.
-Да, сэр. Понятно.- выпалил он, после остальных.
- Если, что-то пойдет не так, то ваш вечер закончится похоронным обрядом, - Кронски подмигнул новому охраннику, - и вы знаете, как говорят: один ушел, другой пришел.

Атмосфера на банкете была немного вялой – до тех пор, пока не подали еду. Большинство Extinctionists были очень придирчивы к еде. Некоторые так ненавидели животных, что были вегетарианцами, что существенно ограничивало меню. Но в этом году Кронски решил пригласить повара из вегетарианского ресторана в Эдинбурге.
Первым блюдом был помидорно-перечный суп, в панцирях маленьких черепах. Затем легкая партия жареных овощей, смешанная с небольшим количеством греческого йогурта, поданных на подносе из черепов обезьян. Все было очень вкусно, к тому же вино расслабило гостей.
Из-за волнения Кронски не мог съесть ни кусочка, что было очень необычно для него. Последний раз он испытывал такое головокружение в свой первой банкета в Остине, который был очень дано.
Я на краю величия. Скоро мое имя будут упоминать так же как Bobby Jo Haggard или Jo Bobby Saggart. Я буду великим евангелистом Extinctionists. Дэймон Кронски - человек, сохранивший мир.
Только две вещи сделают этот банкет самым значимым, из всех проведенных.
Основное блюдо и казнь.
Основное блюдо восхитит всех. И людей, которые едят мясо, и вегетарианцев. Вегетарианцы могут и не есть его, но в любом случае они оценят способ приготовления.

Кронски ударил в небольшой гонг около его кресла и встал, чтобы представить блюдо, в соответствии с традицией.
-Дамы и господа, - начал он, - позвольте мне рассказать вам историю вымирания одного вида. В Июле 1889 года, профессор Д.С. Джордан посетил Озера-Близнецы в Колорадо. В 1891 профессор издал книгу Bulletin of the United States Fish Commission. В этой книге он объявил, что обнаружил новый вид – желтый плавник убийца. В своей статье Джордан описывает эту рыбу, как серебристо-оливкого цвета, с широкими лимонно-желтыми оттенком вдоль тела, нижние плавники были ярко-золотого цвета, около горло темно-красная черта – поэтому и «головорез». Примерно до 1903 «желтый плавник» продолжал жить в Озерах-Близнецах. Однако эти рыбы вымерли вскоре после того, как в Озера запустили радужную форель. Другая форель скрещивалась с радужной, но желтый плавник быстро исчез, и теперь полностью вымер.
Никто не заплакал, но многие зааплодировали.
Кронски поднял руку.
-Нет, нет. Это не повод для радости. Говорят, что желтый плавник был очень вкусной рыбой, с особенным сладким ароматом. Как жаль, что мы никогда не сможем, узнаем этот вкус, - последовала драматическая пауза,- или сможем…
В конце комнате, огромная стена отъехала, показывая красные вельветовые шторы. Кронски нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и шторы раздвинулись. За ними стояли тележки, которые были нагружены миниатюрыми ледниками.
Гост выглядели заинтересованными.
- Что, если сто лет назад, на Озерах-Близнецах была неожиданная вспышка замерзания?
Среди присутствующих послышались шептание. Нет.
Конечно, нет. Невозможно.
-Что, если замороженный кусок озера, застрял на глубине в почти нулевом течении?
Тогда бы это значило, что…
Внутри куска…
-Что, если этот кусок всплыл около шести недель назад и был выловлен моим добрым другом Томми Киркенхазардом. Одним из наших преданных членов.
Томми встал и сделал поклон, махнув ковбойской шляпой из шкуры серого техасского волка. Хотя он и улыбался, его глаза стреляли в Кронски огнем. Всем в комнате было известно, что эти двое ненавидят друг друга.
- Тогда было бы возможно, неоправданно дорого и сложно, но возможно, доставить кусок льда в эту комнату. Кусок, сохранивший «желтого плавника убийцу», - Кронски шумно вздохнул, чтобы обозначит невероятность происходящего, - Тогда мы, дорогие друзья, могли бы быть первыми людьми за последние сто лет, кто попробует эту рыбу на вкус.
Эта перспектива понравилось даже вегетарианцам.
- Смотрите, Extinctionists. Смотрите и восхищайтесь.
Кронски щелкнул пальцами, и дюжина специально приготовленных мужчин развернули тяжелые тележки в цент банкетного зала, где уже был установлен железный гриль. Рабочие сняли форму, под которой оказались костюмы обезьяны.
Не переборщил ли я с костюмами обезьян? засомневался Кронски, Может это слишком похоже на Бродвей?
Но, взглянув на своих гостей, понял, что они в восторге.
Рабочие на самом деле были обученными цирковыми акробатами одного из Cirque du Soleil, имитирующих путешествие по северу Африки. Они были только рады выделить несколько дней программы, чтобы дать личное шоу для Extinctionists.
Рабочие обступили ледяные блоки, вооруженные цепными пилами, пламенным мечами и огнеметами, казалось, появившимися из ниоткуда.
Это было поистине захватывающее зрелище. Лед разлетался в разные стороны, попадая на гостей; гул машин был оглушителен.
Вскоре косяк «желтого плавника убийцы» был высвобожден из голубого мрака льда. Рыбы были заморожены в пол-оборота, застывшие с широко раскрытыми глазами.
Что за потрясающий способ умереть, подумал Кронски, абсолютно ни о чем не подозревая. Восхитительно.
Рабочие начали вырезать рыбу в блоках льда, и передавать ее поварам. Затем рабочие увезли блок льда, а умелые повара поджарили филе рыбы в оливковом масле с мелко нарезанными овощами и размельченным чесноком.
Для вегетарианцев была приготовлена Champagne mushroom risotto, хотя Кронски не думал, что оно будет нужно. Вегетарианцы ели рыбу только, чтобы нанести ущерб природе.
Ужин был большим успехом, и уровень восхищенных отзывов переполнял зал.
Кронски смог съесть только часть филе, потому что слишком переживал.
Восхитительно. Изысканно.
Они думают, что это основная часть программы, думал Кронски, на самом деле они еще ничего не видели.
После кофе, когда Extinctionists расслабили пояса и достали сигары, Кронски проинструктировал рабочих установить зал суда.
Они отреагировали быстро, не хуже команды Формула Один. Это было не удивительно после трех месяцев тренировок. Буквально. Рабочие убирали тележки, некоторые убирали остатки «желтого плавника». Закрыв эту часть комнаты, рабочие открыли вторую часть.
Два подиума и скамья подсудимых въехали в центр зала. Оба подиума были оснащены компьютерами, а деревянная скамья подсудимых находилась внутри клетки. Клетка была закрыта леопардовой шкурой.
Разговор гостей смолк: все выжидающе смотрели на клетку. Этого момента все давно ждали, эти миллионеры и миллиардеры, платящие огромные деньги, чтобы почувствовать неограниченную власть: будущее вида зависело от их решения. Показать всей планете, кто здесь хозяин. Гости не знали, что зал, в целях безопасности, окружен вооруженными людьми, на тот случай, если существо проявит новые магические способности. Была небольшая возможность подземного подкопа, потому что зал был установлен на фундаменте из железа и бетона.
Кронски растягивал момент, вставая со своего места и медленной походкой направляясь к подиуму прокурора.
Он сложил пальцы крестиком, понимая важность момента.
-Каждый год мы судим редкое животное.
Сред зрителей послышались свист, но Кронски проигнорировал его.
-Настоящий суд: с прокурором и один из вас будет защищающим. Идея проста. Если вы сможете убедить жюри…

2009-12-26 в 23:13 

I get lonely easy. Damn it!!
Еще свист
… что это существо в клетке способно приносить пользу человечеству, то мы освободим это существо. Так, хотите верьте, хотите нет, произошло однажды в 1983. Немного до моего времени, но я уверен, что это действительно произошло. Если же защита не сможет доказать пользу этого животного, то я нажму на эту кнопку.
Кронски повертел в руках дистанционный пульт с большой красной кнопкой.
- И животное будет брошено из клетки в яму, где лазерный луч активирует огненную струю. Вуаля: мгновенная кремация. Позвольте мне продемонстрировать. Это доставляет мне удовольствии, яма совершенно новая. Я тестировали ее всю неделю.
Он кивнул одному из сотрудников, который потянул рычаг железной решетки. Кронски выбрал дыню со стола и кинул ее яму. Все услышали звуковой сигнал, сопровождаемый сине-белым пламенем. Дыня была сожжена, остались лишь черные угольки.
Некоторые восхищенно зааплодировали, но не все оценили этот эффект.
Джеффри Кутнез-Меуерс сложил руки рупором:
-Живей, Дэймон. Что за существо на этот раз? Только не обезьяна. Каждый год это обезьяна.
Обычно Кронски очень раздражало, когда его перебивали, но нес сегодня. Сегодня все грубияны, даже остроумные, будут отправлены на второй план.
-Нет, Джеффри, не обезьянка. Что если…
Джеффри Кутнез-Меуерс тяжело вздохнул:
-Пожалуйста, больше никаких что если. Нам было достаточно истории с рыбой. Покажи нам проклятое существо.
Кроснки изобразил поклон:
-Как вы желаете.
Он нажал на кнопку дистанционного пульта, и опустился огромный экран. Затем нажал на другую кнопку, и занавес скрывающий существо в клетке плавно отъехало к одной стороне.
Элфи была привязана к детскому стульчику. Ее взгляд был острым и взбешенным.
Первой реакцией было замешательство. Кто эта маленькая девочка? Это же ребенок.
Кронски сошел сума? Я знал, что он высокого мнения о себе, но это?
Когда же Extinctionists посмотрели на экран, то увидели изображение камеры, установленной внутри клетки.
О, боже. Ее уши. Посмотри на ее уши.
Она не человек.
Кто это? Что это?
Томми Киркенхазард встал.
-Для тебя будет лучше, если это не розыгрыш, Дэймон. Или мы повесим тебя.
- Две вещи, - мягко сказал Кронски, - во-первых, это не розыгрыш. Я обнаружил новый вид; как факт – я верю, что это фея. Во-вторых, если бы это и был бы розыгрыш, вы бы все равно никого не повесили, Киркенхазард. Мои люди убили бы вас, до того как вы бы взмахнули своей нелепой шляпой и закричали йа-ху!
Иногда есть что-то хорошо в том, чтобы заставить людей вздрогнуть. Напомнить им, где власть.
Что-то было хорошее
-Конечно, мне понятен ваш скептицизм. Для того чтобы убедится, что это не розыгрыш, мне нужен волонтер из зрителей. Как насчет тебя Томми?
Томми Киркенхазард залпом выпил пол стакана вина, чтобы успокоить нервы, и затем пошел к клетке.
Хорошее исполнение, Томми, подумал Кронски, Это практически, как если бы не договорились о этом небольшом спектакле, чтобы добавить больше вероятности.
Киркенхазард постоял около Элфи, как будто набираясь храбрости, затем протянул руку и медленно пощупал ее уши.
- О, Господи, это не поделка. Они настоящие, - он сделал шаг назад, и правда случившего заставила его улыбнуться, - вы поймали фею.
Киркенхазард бросился к Кронски и стал пожимать ему руку и хлопать по спине.
Итак, мой самый большой критик исправился. Остальные последуют его примеру, как овца. Полезные животные эти овцы.
Кронски мысленно поздравил себя.
- Я буду в качестве обвинителя, такова традиция,- сказал Кронски толпе, - Но кто будет защитником? Неудачливый участник, который вытащит черных шар. Кто будт и?
Кронски кивнул метрдотелю.
-Принесите мешок.
Как множество стариных организации, Extinctionists соблюдали традиции, и одна из этих традиций была в том, что существо на суде может защищать любой из членов организации по желанию или, если никто не выразит такого желания, то защитник будет выбран лотереей. Мешок с белыми камнями, и лишь один из них черный.
- Нет нужды в мешке, - раздался голос в толпе, - Я буду защищать существо.
Головы зрителей повернулись на голос. Это был молодой человек с козлиной бородкой и пронизывающими голубым глазами. На нем были слегка затемненные очки и легкий льняной костюм.
Кронски замечал его раньше, но не мог вспомнить его имени, что очень раздражало.
-И кто вы?- спросил Кронски, поглядывая на компьютер, установленный в подиуме.
Молодой человек улыбнулс.
- Почему бы не дать вашей компьютерной программе несколько секунд, чтобы ответить вам на ваш вопрос.
Кронски нажал enter, и через пять секунд компьютер, обработав фотографию, выдал информацию о участнике организации, из личных архивов Extinctionists.
Малачи Пастеур. Молодой французско-ирландский наследник скотобойни. Делал большие пожертвования в казну Extinctionists. Его первая конференция. Как и большинство присутствующих, прошедших обряд инициации внес большие пожертвования, чтобы получить право быть на конференциях.
Кронски был очарован.
Мистер Пастеур, мы рады приветствовать вас в Марокко. Но, скажите мне, почему вы захотели защищать это существо? Ее гибель уже практически одобрена.
Молодой человек взошел на подиум.
- Мне нравится сложные задачи. Это интеллектуальная задача.
- Защита преступника – интеллектуальная задача?
- Особенно преступников, - ответил Пастеур, поднимая крышку ноутбука, - Легко защищать рабских, полезных животных, таких, как коровы. Но это? Это будет не легким сражением.
-Будет жаль проиграть сражение таким молодым, - сказал Кронски и его губы сложились в притворной симпатии.
Пастеур постучал пальцами по подиуму.
- Я всегда любил ваш стиль, доктор Кронски. Вашу преданность идеалам Extinctionism. Годами я следил за вашей карьерой, еще с тех пор, когда я был ребенком в Дублину. В последнее время, однако, мне кажется, что организация сбилась с намеченного пути, и это не только мое мнение.
Кронски сжал зубы. Значит так. Вызов его руководству.
- Будьте осторожны в том, что вы говорите, Пастеур. На ступаете на опасную землю.
Пастеур посмотрел на пол под ним, где была разлита вода.
- Вы имеете в виду, что я могу уснуть с рыбками. Вы убьете меня, Доктор? Простого мальчика. Не думаю, что это увеличит доверие к вам.
Он прав, подумал Кронски, я не могу убить его; я должен выиграть этот суд.
Доктор натянуто улыбнулся:
-Я не убиваю людей. Только животных. Таких, как животное в этой клетке.
Некоторые участники поддержали Кронски аплодисментами, но было много и воздержавшихся.
Некоторые участники поддержали Кронски аплодисментами, но много было и тех, кто воздержался.
Было ошибкой прийти сюда, – внезапно осознал Кронски. – Слишком далеко. Негде приземлиться частному самолету. В следующем году я попробую найти местечко в Европе. Я объявлю о переезде сразу же, как только разотру в порошок этого нахала.
– Позвольте огласить правила, – продолжил Кронски, думая “Оглашение правил позволит мне выиграть несколько голосов, с психологической точки зрения”.
– В этом нет нужды, – сказал Пастеур резко. – Я прочитал несколько версий. Обвинитель излагает свою точку зрения, защитник – свою. Несколько минут живых дебатов, после чего проводится голосование. Не могли бы мы начать, доктор? Никому из здесь присутствующих не хочется попусту тратить время.
– Умно, молодой человек. Поставить себя по одну сторону с присяжными. Не имеет значения. Я знаю этих людей, а они ни за что не оправдают зверя, каким бы тот милым не казался, – подумал Кронски.
– Ну что ж. Приступим. – он взял документы со своего стола. Его вступительная речь. Кронски знал ее наизусть, но все же тот факт, что слова были перед глазами, успокаивал.
– Люди говорят, что экстинктионисты ненавидят животных, – начал Кронски – Но суть не в этом. Мы не испытываем ненависти к бедным бессловесным животным, скорее, мы любим человечество. Мы любим человечество и сделаем все, что ни потребуется, чтобы убедиться что оно, как раса, проживет настолько долго, насколько это возможно. Ресурсы этой планеты не безграничны, и я считаю, что они должны быть в нашем распоряжении. Почему люди должны голодать, в то время как животные жиреют на глазах? Почему люди должны мерзнуть, в то время как звери нежатся в тепле своих мехов и шкур?
Малачи Пастеур произвел звук, нечто среднее между кашлем и смешком. – Действительно, доктор Кронски, я прочитал несколько вариантов этой речи. Каждый год, кажется, вы повторяете одни и те же наивные аргументы. Не могли бы мы сфокусироваться на существе, представшем перед нами?

2009-12-26 в 23:14 

I get lonely easy. Damn it!!
Легкий смешок прошелся среди приглашенных на банкет гостей, и Кронски пришлось сделать усилие, чтобы сдержать себя. А ведь так недавно казалось, что исход битвы был уже в его руках. Ну что ж, посмотрим.
– Что самое удивительное, мальчик, я собирался быть с тобой поласковее, но теперь шутки кончились.
– Нам приятно это слышать.
Нам? Нам? Пастеур повернул экстинктионистов на свою сторону, а те даже и не подозревали об этом.
Кронски призвал остатки харизмы из глубин своей личности, обратившись к своей молодости, к тем летним дням, которые он проводил, наблюдая за своим папочкой-евангелистом, воодушевлявшим людей под тентовым навесом.
Он сцепил пальцы и поднял руки, вытянув их до хруста в суставах.
– Мы говорим не об этом, люди, – прогремел он. – Не думаю, что мы проделали путь до сюда, чтобы поглазеть на милую словесную перепалку. Вот в чем суть экстинктионизма, – Кронски указал неподвижным пальцем на Элфи. – Избавить нашу планету от существ, таких как она.
Кронски боковым зрением взглянул на Пастеура, который подался вперед, опустив подбородок на ладони, сотсутствующим взглядом на лице. Обыкновенное поведение несогласного человека.
– Мы обнаружили новый вид существ. Вид опасных существ. Существ, которые могут становиться невидимыми и даже гипнотизировать через речь. Это существо было вооружено!
И, чтобы вызвать возгласы толпы, Кронски достал Нейтрино Элфи из своего кармана.
– Хочет ли кто-нибудь из нас столкнуться с будущим, где эти штуки будут направлять вам в лицо? Хотим ли мы этого? Ответ, полагаю, однозначен – “нет”. Более того, я собираюсь утверждать, что это существо – не последнее из ему подобных. Я совершенно уверен, что тысячи подобных ему эльфов, или чужих, или как бы они не назывались, находятся среди нас. Но значит ли это, что мы должны унижаться перед ними и выпустить это маленькое существо? Я говорю нет. Я говорю, что мы покажем им. Казним одного, и остальные поймут, что мы не шутим. Мировые правительства презирают нас, но завтра они будут стучаться в наши двери, прося совета, – настало время последнего аргумента. – Мы экстинктионисты, и наше время пришло!
Это была хорошая речь, вызвавшая несколько волн оваций, во время которых Пастеур не снимал с лица отсутствующее выражения, таким образом пытаясь выйти из невыгодной для себя ситуации.
Кронски принял апплодисменты, делая боксерские движения, после чего обратился к трибуне оппонента.
– Зал ваш, мальчик.
Пастеур расправил плечи и прочистил горло.

…Артемис расправил плечи и прочистил горло. Накладная борода, приклеенная к его подбородку чертовски чесалась, но он противился импульсу содрать ее. В честном бою он бы уничтожил бы аргументы Кронски в пять секунд, но бой, в котором он участвовал, был далеко не честным и вряд ли его можно было назвать разумным. Эти люди были кровожадными, пресыщенными миллиардерами, использовавшими свои деньги, чтобы купить впечатления, полученные от противозаконных действий. Убийство было всего лишь еще одной вещью в списке купленного. Ему нужно было работать с этой толпой крайне осторожно. Нажать на нужные кнопки. Прежде всего, нужно было выставить себя как одного из них.
– Что ж. Когда я был молод, и моя семья проводила зиму в Южной Африке, мой дедушка рассказывал мне истории о временах, когда люди правильно относились к животным. “Мы убивали их, если нам это было нужно”, – говорил он мне. “Когда они могли удовлетворить наши потребности”. В этом вся суть экстинктионизма. Виды не были под защитой, если людям не было пользы от их существования. Мы убивали их, если это приносило нам выгоду. Если животное использовало ресурсы планеты и не давало прямой пользы нашему здоровью, мы его уничтожали. Вот так все просто. Это было идеалом, за который сражались. За это стоило убивать. Но это… – Артемис указал на яму под ним и Элфи в своей клетке. – Это цирк. Это оскорбление памяти наших предков, которые тратили свое время и деньги в целях экстинктионизма.
Артемис старался изо всех сил, пытаясь держать зрительный контакт с как можно большим количеством людей, на мгновение задерживая его на каждом.
– У нас есть удобный случай побольше узнать об этом существе. Мы должны отдать должное предкам и узнать, что она может нам дать. Если это настоящий эльф, то кто знает, что за магией она обладает. Магией, которая может стать вашей. Если мы убьем этого эльфа, мы никогда не узнаем, какое невообразимое богатство может умереть вместе с ней.
Артемис изогнул бровь. Он высказал свою точку зрения. Он знал, что произнесенное им не заставит кровожадных экстинктионистов изменить свое мнение, однако этого будет достаточно, чтобы заставить Кронски чувствовать себя менее самоуверенным.
Доктор простер свои руки прежде, чем угасло эхо голоса Артемиса.
– Сколько раз мы должны выслушивать подобные аргументы? – размышлял он. – Мистер Пастеур обвиняет меня в том, что я повторяюсь, в то время как сам повторяет слова любого адвоката, которого нам только доводилось слышать. – Кронски сложил свои губы в гримасе ужаса. – О, давайте не будем убивать существо за его потенциальные возможности, которые могут быть источником нашей власти и богатства. Помню, я сам одно время пытал счастья с безракушечным моллюском, про который говорили, что он может вылечить артрит. Всем, что я получил, была дорогая слизь. Это все всего лишь предположение.
– Но это существо обладает магией, – протестовал Артемис, ударяя по трибуне кулаком. – Мы все слышали, что она может становиться невидимой. Вы заклеили ей рот, чтобы она не смогла загипнотизировать нас. Представьте силы, которыми мы сможем обладать, если раскроем секреты этого дара. Если же она ни на что подобное не способна, она может получше подготовить нас к встрече с остальными ей подобными.
Главной проблемой Кронски было то, что он соглашался с большей частью аргументов своего противника. Было совершенно понятно, что, для того, чтобы спасти существо, ему придется выманить из нее все ее секреты, однако он не мог себе позволить отказаться от этого аргумента. Если ему ве удастся, он может перехватить лидерство.
– Мы пытались допрашивать ее. Наши лучши люди пытались, но она не сказала нам ни слова.
– Трудно говорить с заклеенным ртом, – сухо заметил Артемис.
Кронски поднялся во весь свой рост, для пущего эффекта понизив тембр голоса. – Человеческая раса столкнулась с самым своим смертельно опасным врагом и вы хотите втереться ему в доверие? Экстинктионисты так не поступают. Если есть угроза, мы ее уничтожаем. Так это было и будет всегда.
Эта реплика вызвала одобрительный рев толпы, кровожадность всегда берет верх над разумом. Несколько участников кричали стоя. По их мнению, время доводов вышло, и они хотели решительных действий.
Лицо Кронски осветила победоносная улыбка.
– Ему кажется, что все кончено, – подумал Артемис. – Бедняга. – Следующей его мыслью была – Как же чешется эта борода.
Он подождал, пока наступит тишина и угаснет произведенный фурор, после чего выступил из задней части трибуны.
– Я хотел пожалеть Вас, доктор, – сказал он. – Потому что очень Вас уважаю.
Кронски прихлопнул губами. – Пожалеть меня, мистер Пастеур?
– И Вы знаете, почему. Я думаю, что вы достаточно долго отводили всем глаза.
Кронски ни чуточки не переживал. Мальчишка проиграл и все, что ему оставалось, раздраженная болтовня. Все же, почему Пастеур еще не вырыл себе яму?
– И что же вы имеете в виду?
– Вы точно хотите, чтобы я продолжал?
Зубы Кронски обнажились в улыбке, – О, совершенно точно.
– Как пожелаете, – сказал Артемис, подоходя к делу. – Это существо не есть наше исходное подсудимое. До вчерашнего дня им должен был стать лемур. Не то что бы обезьянка, Мистер Киркенхазард, но нечто достаточно близкое. Я говорю, что у нас был лемур, но на самом деле у нас почти был лемур. Его потеряли в момент покупки. Затем, и это важно, затем мы купили это существо у того же самого мальчишки, который почти продал нам лемура, на оплату за которого пошли деньги из средств фонда экстинктионистов. Никому не кажется это подозрительным? Мне, например, так кажется. Этот мальчишка оставил себе лемура и продал предполагаемого эльфа.
Кронски больше не выглядел самоуверенным. Этот Пастеур знал многое.
– Предполагаемого эльфа?
– Совершенно верно. Предполагаемого. Единственное доказательство, которое у нас есть, это Ваше слово, и, разумеется, слово этого мистера Киркенхазарда, который, несомненно, является вашим заклятым врагом. Никто не купился на этот трюк, я Вас уверяю.
– Не хотите ли проверить существо лично? – выпалил Кронски, пытаясь отвести обвинения от Киркенхазарда. Этим простым доводом я выиграю себе победу.
– Спасибо вам, доктор, – сказал Артемис. – Я определенно был бы не против.
Артемис приблизился к клетке. Теперь наступила сложная часть плана, и ему потребуется ловкость рук и координированность, – та часть плана, которую обычно проделывал Дворецки.
Его карман слегка оттопыривался, поскольку в нем лежала парочка лейкопластырей, позаимствованная из аптечки Мульча. Охране пришлось сказать, что это никотиновый пластырь, чтобы ему позволили пронести их на банкет. Пластырь становился липким при соприкосновении с кожей и принимал форму, текстуру и цвет того, к чему его прикладывали.
Пальцы Артемиса полезли в карман, но было еще не время прикасаться к пластырю. Приклеить его к своей руке не составит труда. Вместо этого, он полез в другой карман и достал телефон, украденный из Бентли в парке Рэтдоун.
– Этот телефон для меня бесценен. – сказал он экстинктионистам. – Он слегка больше других, но это все потому, что я годами совершенствовал его. Это действительно удивительная вещица. Я могу смотреть кино, проверять котировки своих акций, помимо стандартных функций. В нем также в есть встроенная камера, работающая в рентгеновском диапазоне и экран. Погодите секунду. – Артемис нажал несколько кнопок, соединяя телефон по Bluetooth’у с лэптопами, а оттуда с большим экраном.
– Вот, смотрите, – сказал Артемис, проводя телефоном поверх своей руки. На экране возникли фаланги пальцев; пястная кость и кости запястья были темнее светлых областей плоти. – Вы отчетливо видите кости в моей руке. Хочу вас поздравить, доктор Кронски. У вас замечательный проектор.

2009-12-26 в 23:14 

I get lonely easy. Damn it!!
Улыбка Кронски была такой же фальшивой, как и обращенные к нему поздравления.
– У вас есть мысль, Пастеур, или мы должны убедиться в том, насколько вы умны?
– О, у меня есть мысль, доктор. И она состоит в том, что если бы не эти широкие надбровные дуги и заостренные уши, это существо весьма сильно напоминало бы маленьку девочку.
Кронский фыркнул. – Уши и бровная дуга. Это и есть все ваши аргументы?
– Точно, – сказал Артемис, и провел телефоном перед лицом Элфи. На экране показывался короткий видеоролик, который он сделал в шаттле. Он показывал череп Элфи с темными уплотнениями правильной формы в области висков и на ушах.
– Импланты, – возликовал Артемис. – Совершенно очевидно, результат хирургического вмешательство. Этот эльф – искусная подделка. Вы пытались одурачить нас, Кронски.
Протесты Кронски потонули в реве толпы. Экстинктионисты поднимались со своих мест, осуждая попытку столь наглого обмана.
– Ты лгал мне, Дэймон, – гремел Томми Киркенхазард, как если бы его ранили. – Лгал мне!
– В яму его, – кричала графиня Ирина Костович, ее лицо пылало яростью волка, чья шкура лежала на ее плечах.
– Пускай Кронски сам вымрет. Он заставил нас приехать сюда, и после всего этого он заслуживает такой участи.
– Кронски прибавил звук микрофона на своей трибуне. – Это нелепо. Вас обманывают, равно как и меня. Нет! Я не верю в это. Этот мальчишка, этот Пастеур, он лжет. Мой эльф настоящий. Дайте мне шанс, и я докажу это.
– Я не закончил, доктор, – кричал Артемис, тяжело ступая по фундаменту. В обеих руках он держал лейкопластырь, который успел прилепить к своим ладоням во время шумихи. Он чувствовал, как жар колет ему руки по мере того, как активировалась клейкая часть пластыря. Ему придется действовать быстро, или успешность его плана серьезно поколеблет пара кусочков ткани цвета его собственной кожи.
– Эти уши мне кажутся ненастоящими. А ваш друг мистер Киркенхазард был слишком осторожен с ними.
Артемис скрутил лейкопластырь, так что клеящая сторона больше не соприкасалась с его пальцами. Он просунул вторую руку между прутьев решетки и сделал вид, что с усилием трет кончики ушей, в то время как на самом деле приклеивал второй лейкопластырь к уху Элфи, укрывая им весь кончик уха и большую часть ушной раковины.
– Оно отдирается, – пробормотал он, убедившись, что закрыл камеру, установленную в клетке своим локтем. – Оно у меня.
Секундой позже лейкопластырь высох и одно из ушей Элфи стало полностью видно. Артемис поглядел ей в глаза и подмигнул.
– Подыграй, – говорило подмигивание. – Я вытащу тебя отсюда.
По крайней мере, надеялся Артемис, подмигивание передавало эту его мысль, и в нем не было намека на возможность еще одного поцелуя.
Пора возвращаться к делу.
– Это подделка, – крикнул Артемис, поднимая сжатый в руке мятый лейкопластырь телесного цвета. – Он отклеился и упал прямо мне в руку.
Элфи услужливо подставила свой профиль в поле зрения вебкамеры. Ухо больше не было заостренным.
Ярость – так можно было описать реакцию, последовавшую со стороны подавляющего большинства экстинктионистов.
Кронски обманул их всех, или, что еще хуже, его обманул какой-то мальчишка.
Артемис держал предполагаемое поддельное ухо, сжимая его так, как если бы это была ядовитая змея.
– И это тот человек, которому мы доверили возглавлять нас? Имеет в таком случае доктор Кронски право судить?
Артемис швырнул “ухо” на землю. – И, предположительно, это существо может всех нас загипнотизировать. Я скорее поверю, что ее рот заклеен, с той целью, чтобы она не могла говорить.
Одним быстрым движением, он сорвал изоленту со рта Элфи. Она вздрогнула и выстрелила в Артемиса суровым взглядом, но затем быстро расплакалась, безукоризненно играя роль человека-жертвы.
– Я не хотела этого делать, – всхлипывала она.
– Делать что? – спрашивал ее Артемис.
– Доктор Кронски забрал меня из сиротского приюта.
Артемис приподнял бровь. Из приюта? Элфи явно импровизировала.
– Он сказал мне, что если у меня есть импланты, то я могу жить в Америке. После операции я передумала, но доктор не позволил мне уйти.
– Приют, – сказал Артемис. – Почему, это невероятно.
Подбородок Элфи упал. – Он сказал, что убьет меня, если я проболтаюсь.
Артемис рассвирипел. – Он сказал, что убьет тебя. И этот человек правит нашей организацией?! Человек, который охотится на людей, как на животных. – Он, обвиняя, указывал пальцем на ничего не понимающего Кронски. – Вы, сэр, еще хуже, чем животные, которых мы все презираем, и я требую от вас освободить бедную девочку.
Кронски был уничтожен, и он осознавал это. Но из этой неразберихи еще можно было выбраться. У него еще были номера счетов группы, и он был единственным, кто знал комбинацию к сейфу. Через два часа он будет далеко отсюда с достаточным количеством денег, чтобы безбедно прожить несколько лет. Все, что ему нужно сделать, это как-нибудь остановить этого мальчишку Пастеура, который переиграл его.
И тут он вспомнил. Игрушка!
– А что насчет этого? – прогремел он, размахивая пистолетом Элфи. – Полагаю, это тоже подделка?
Экстинктионисты подались назад, забираясь под сидения.
– Разумеется, – рассмеялся Артемис. – Детская игрушка. Ничего больше.
– Готовы поспорить на свою жизнь?
Артемис, казалось, начал колебаться. – Н-не стоит драматизировать, доктор. Признайте, Вы проиграли. Примите это.
– Нет, – сказал Кронски резко. – Если пистолет настоящий, значит, существо тоже настоящее. А если она не настоящая, значит, как Вы настаиваете, вам нечего бояться.
Артемис призвал свою храбрость. – Очень хорошо, сделайте свою самую ужасную ошибку. – Он стоял, расставив ноги перед маленькой иголкой оружия, подставив грудь.
– Вы сейчас умрете, Пастеур, – сказал Кронски без симпатии в голосе.
– Возможно, если вы соизволите снять пистолет с предохранителя. – сказал Артемис, как будто бы подгоняя доктора к действию.
– Тогда увидимся в аду! – пролаял Кронски и нажал на кнопку.
Но ничего не произошло. Лишь выскочила искорка и раздалось небольшое жужжание изнутри оружия.
– Оно сломалось, – выдохнул доктор.
– Кто бы говорил, – сказал Артемис, который, дистанционно из шаттла уничтожил Нейтрино.
Кронски развел руки – ОК, мальчик, ОК. Дай-ка мне поразмыслить.
– Просто отпустите девчонку, доктор. Сохраните хотя бы кроху достоинства. Мы же не казним людей.
– Я здесь главный. Только мне нужна секунда, чтобы собраться с мыслями. Этого не должно было произойти. Она об этом не предупреждала…

2009-12-26 в 23:14 

I get lonely easy. Damn it!!
Доктор положил локти на кафедру, протирая глаза под темными очками.
– Она об этом не предупреждала? – думал Артемис. Кто еще замешан в происходящем?
Пока Артемис был поставлен в тупик и мир Кронски рушился вокруг его широких плечей, мобильные телефоны подняли трезвон на весь зал. Множество людей неожиданно получили сообщения. В секунды комната наполнилась неблагозвучной симфонией трелей, зуммеров и полифонических мелодий.
Кронски игнорировал странность произошедшего, но Артемис забеспокоился. У него было все под контролем и помощь не требовалась, если подразумевать под нею полную победу над Кронски.
Реакцией на входящие сообщения была смесь шока и веселья.
– Бог мой. Это правда? Это действительно так??
– Проиграй это еще раз. Прибавь звука.
– Не могу в это поверить. Кронски, Вы идиот.
– Это последняя капля. Мы посмешище. Экстинктионистам пришел конец.
Артемис осознал, что все эти сообщения на самом деле были одним и тем же сообщением. Кто-то, у кого была база данных экстинктионистов, и он слал им всем один и тот же видеоролик.
Телефон Артемиса слегка завибрировал. Еще бы он бы не завибрировал, ведь ему удалось провести поддельную личность по всем базам экстинктионистов, которые он только смог найти. И, поскольку его телефон все еще был подключен к большому экрану, пришедшее видео начало автоматически воспроизводиться на нем.
Артемис сразу же узнал место действия. Базар кожевенников. И главным действующим лицом был Кронски, стоящий на одной ноге, визжа на высокой, как у струи, выходящей из порванной шины, ноте. Слово комичность не было наиболее подходящим термином, которым можно было описать происходящее. Нелепость, фарс и патетичность – вот слова, которе лучше всего подходили к этому действу. Одно было не сомненно: любой, кто просмотрит этот видеоролик, если он в своем уме, больше не будет уважать этого человека, и, что еще менее вероятно, позволять собой руководить.
Во время воспроизведения видео под ним стала показываться бегущая строка с коротким сообщением.
“Здесь мы видим доктора Дэймона Кронски, президента экстинктионистов, показывающего удивительную ловкость для человека своих размеров. Нашему корреспонденту стало известно, что Кронски восстал против животных, когда егоу укусила коала, когда он со своим отцом находился в политическом туре, чтобы заручиться поддержкой жителей Кливленда. Свидетели того, как его укусили, сообщили, что маленький Дэймон “визжал таким тонким голосом, что от его крика могли полопаться стеклянные бокалы”. Этот талант как мы видим, доктор донес до наших дней. Визжи же детка, визжи.”
Артемис вздохнул, – Это моих рук дело, – понял он. – Это определенно мой почерк.
В другое время он бы оценил эту шутку, но сейчас для нее был крайне неподходящий момент. Не теперь, когда он был так близок к тому, чтобы освободить Элфи.
Кстати, говоря об Элфи.
– Артемис, помоги мне отсюда выбраться, – прошипела она.
– Да-да, сейчас. Время действовать.
Артемис порылся в своих карманах, изображая, и достал носовой платок. Внутри платка были три длинных, грубых волоска, которые дал ему Мульч Рытвинг. Гномьи волоски на самом деле являются антеннами, которыми пользуются гномы, чтобы определять направление в темных туннелях, а также служили изобретательной расе универсальной отмычкой. Без сомнений, Омнитул Элфи был бы намного удобнее, но Артемис не решил лишний раз не подвергать себя риску быть схваченным с ним при досмотре службой безопасности. Носовой платок сохранял волоски влажными и гибкими до тех пор, пока они не понадобятся.
Артемис взял первый волосок, стер капельку влаги с его кончика и вставил в замок, на который была заперта клетки, стараясь выглядеть неприметным. Как только он почувствовал, что волосок затвердел в его пальцах, он повернул получившийся ключ в замочной скважине, и дверца в клетку раскрылась.
– Спасибо тебе, Мульч, – прошептал он, затем вернулся к работе над наручниками, надетыми на Элфи. Третий волосок может даже не понадобиться. Через считанные секунды Элфи была свободной и потирала свои запястья.
– Сиротский приют? – сказал Артемис. – Тебе не казалось, что ты переигрываешь?
– Промашка вышла, – быстро проговорила Элфи. – Давай просто вернемся в шаттл.
Однако это было не так-то просто.
Кронси был оттеснен в угол группой экстинстионистов. Они говорили на повышенных тонах и даже толкали и пихали доктора, не обращая внимания на то, что он им отвечал, а тем временем видеоролик все снова и снова воспроизводилось на большом экране.
– Упс, – подумал Артемис, захлопывая крышку мобильника.
Падение Кронски было неизбежным. Тот раскидал своих мучителей по сторонам, подобно шару в боулиге, расчистив место вокруг себя, затем, часто дыша, схватил переговорную рацию с крепления на поясе.
– Оцепить помещение, – прохрипел он в нее. – Используйте используйте всю необходимую силу.
Даже несмотря на то, что охранники Домэйн дес Хоммес фактически работали на экстинктионистов, их лояльность принаделжала человеку, который выплачивал им заплату. А этим человеком был Дэймон Кронски. Он мог одеваться как сумасшедший и иметь привычки пустынной собаки, но он единственный знал комбинацию сейфа и всегда платил вовремя.
Снайперы на верхней террасе сделали несколько предупредительных выстрелов поверх голов собравшихся, что вызвало столпотворение.
Закройте все входы и выходы из здания. – сказал Кронски в переговорное устройство – Мне потребуется время, чтобы забрать деньги. Десять тысяч долларов наличными каждому, кто поможет мне.
Не было нужды в более убедительном стимуле. Десять тысяч долларов были для этих людей суммой, на которую можно было заработать только за два года.
Двери и ставни с грохотом захлопнулись, и в каждом проеме стояло по крепкому охраннику, размахивавшему винтовкой или сделанным на заказ марокканским мечом ниндзя с эфесом из кости носорога; эти мечи Кронски в свое время специально заказал для службы охраны.
Испуганные экстинктионисты забились в туалеты и ниши ища места, где могли бы быть окна. Они яростно нажимали кнопки на своих телефонах, отовсюду зовя на помощь хоть кого-нибудь.
Некоторые были более изобретательными. Томми Киркенхазард выхватил керамический пистолет, который он пронес в своей шляпе и сделал несколько выстрелов по террасе из-за барной стойки из мореного тика.
Ему ответил залп откуда-то сверху, и бутылки, зеркала и разбитые бокалы разлетелись на осколки подобно наконечникам стрел.
Прямым ударом в солнечное сплетение высокий азиат быстро разоружил охранников, стоявших у дверей.
– Сюда! – позвал он, широко распахивая двери. В дверном проеме моментально образовалась пробка из тел экстинктионистов.

2009-12-26 в 23:19 

I get lonely easy. Damn it!!
Артемис и Элфи укрывались за клеткой, высматривая путь наружу.
– Ты можешь стать невидимой?
Элфи резко повернула шею и одна из ее рук исчезла из виду.
– У меня мало эенергии. Хватит на минуту или две. Я специально ее экономила.
Артемис с неодобрением посмотрел не нее. – У тебя всегда мало энергии. Разве Номер Первый не наполнил тебя своей меченной магией?
– Может быть, все было бы намного лучше, если б твой телохранитель не попал в меня дротиком. Если б мне не пришлось исцелять тебя там, в Рэтдоунском Парке. И если бы мне не пришлось становиться невидимой на базаре, пытаясь найти твою обезьянку.
– Лемура, – сказал Артемис. – По крайней мере мы спасли Джей-джея.
Элфи пригнулась, когда стекло градом посыпалось ей на голову. – Вот так дела, Артемис! Ты говоришь так, как будто бы ты на самом деле беспокоишься о животном. Кстати, милая бородка.
– Спасибо. Теперь, как ты думаешь, сможешь ли ты оставаться невидимой так долго, сколько потребуется, чтобы разоружить тех охранников, перекрывающих дверь на кухню позади нас?
Элфи смерила оценивающим взгядом двух мужчин. Оба излучали свирепость и у обоих были дробовики. – Думаю, проблем с ними не будет.
– Замечательно. Сделай это как можно незаметней. Нам не нужна еще одна давка. Если мы разделимся, то встретимся где-нибудь поблизости. Например, на базаре.
– ОК, – сказала Элфи, включая невидимый экран.
Секундой позже Артемис почуствовал руку на плече, и услышал бестелесный голос в своем ухе.
– Ты вернулся за мной. – прошептала Элфи. – Спасибо.
Затем рука исчезла.
За любую магию приходится платить. Когда эльфы становятся невидимыми, они жертвуют ловкостью и ясностью мысли. А это бесконечно более трудно сделать что-нибудь аккуратно, когда твое тело вибрирует быстрее, чем крылья колибри, даже если мозг в состоянии ненадолго сфокусироваться на проблеме.
Тренер родом из Атлантиды, работавший в академии ЛеППРЕКОНа, дал Элфи один совет. Гораздо легче справиться с вибрациями, если периодически напрягать и расслаблять брюшные мышцы, укрепляя свое туловище. Это не только дает причину сфокусироваться, и к тому же укрепляет мышцы торса.
Элфи выполняла упражнение, пока осторожно шла по полу банкетного зала, направляясь к кухне. Когда разъяренный, размахивавший ножом для масла экстинктионист чуть было не задел ее им, она подумала, что иногда быть невидимым гораздо опаснее, чем находиться на линии прямого видения.
Двое охраняющих дверь буквально рычали на любого, кто осмеливался приблизиться слишком близко. Они были огромными, даже не верилось, что это были люди, и Элфи была рада, что они не обладали особой ловкостью. Два удара в нервные центры выше колена должно быть достаточно, чтобы свалить этих ребят.
– Проще простого, – думала Элфи. – Не стоит быть столь самоуверенной. Если ты понадеешься на это, что-то обязательно пойдет не так.
И, разумеется, она была чертовски права.
Кто-то открыл пальбу по охранникам Кронски.
Серебряные дротики рассекали воздух, затем прокалывали кожу с глухим звуком.
Элфи инстинктивно догадывалась, кем был стреляющий. Ее догадка подтвердилась, когда она заметила знакомый силуэт на стропильных балках под крышей.
– Дворецки!
Телохранителя укрывал балахон песчаного цвета, но элфи узнала его по форме его головы, а также по безошибочно выбранной позиции для стрельбы: левый локоть был выставлен несколько больше, чем того предпочитало большинство стрелков.
– Юный Артемис послал его нам на помощь, чтобы помочь расчистить путь, – поняла она – Или, возможно, Дворецки принял это решение самостоятельно.
Как бы там ни было, Дворецки помогал не так хорошо, как она на то надеялась. Когда охранники уходили по пожарным выходам, запирая их за собой, экстинктионисты взбирались на [was piling – ориг. текст] своих поверженных тюремщиков, окончательно потеряв надежду выбраться из этого здания.
– Пойманные в клетку экстинктионисты, – подумала Элфи. – Уверена, Артемис оценит забавность ситуации.
Не успела Элфи размахнуться для удара, как двое стражников, охранявших дверь на кухню, схватились за шеи и рухнули ничком, потеряв сознание раньше, чем их тела коснулись пола.
– Прекрасное попадание. Два выстрела в течение одной секунды с восьмидесяти метров. К тому же дротиками, которыми стрелять не проще, чем застывшим желе.
Она была не единственной, кто заметил неохраняемую дверь. Дюжина бывших экстинктионистов хлынула в дверной проем, вопя громче, чем рок-группа.
– Нам надо выбраться из здания. Сейчас же.
Элфи обернулась к Артемису, но его фигура затерялась в толпе суетящихся экстинктионистов.
– Он, должно быть, где-то рядом, – думала Элфи, за тем толпа подхватила ее и буквально втащила на кухню.
– Артемис! – звала она, совершенно забыв, что все еще невидима. – Артемис!
Но его не было нигде видно. Все закрыли локти и тела. Запах пота и шум криков. Голоса орали ей в уши и дышали ей прямо в лицо, и ко времени, когда она наконец-то смогла выбраться из центра своры, банкетный зал уже опустел. Несколько замешкавшихся, но нигде не было ни следа Артемиса.
– Базар, – подумала она. – Я найду его на базаре.
Артемис заставил себя перейти на бег. Как только Элфи вырубит охранников, ему надо бежать как можно быстрее и молиться, что он не споткнется и не упадет. Подумать только – пройти через все это и проиграть только из-за недостатка координированности. Дворецки обязательно сказал бы “Я же тебя предупреждал”, когда бы они встретились на небесах.
Внезапно шум стал громче на несколько тонов, и крики экстинктионистов напомнили Артемису о панике среди животных, воцарившейся в Рэтдоунском Парке.
– Экстинктионисты, пойманные в клетку, – подумал он. – Что за ирония.
Стражи, охранявшие дверь на кухню, рухнули на пол, хватаясь за горло.
– Отличная работа, капитан.
Артемис низко пригнулся, подобно спринтеру, ожидающему выстрела, возвещающего о старте забега, затем побежал, оттолкнувшись от стенок клетки, служившей ему укрытием.
Кронски врезался в него сбоку всем своим весом, опрокидывая с собою через порог клетки. Артемис тяжело приземлился на детский стульчик, который тут же под ним сломался, один из его подлокотников вышел из своего углубления.
– Это все твоя вина, – визжал Кронски. – Это должен был быть лучший вечер в моей жизни.
Артемис чуствовал приступ удушья. Его рот и нос были плотно укрыты пропотевшей пурпурной материей.
– Он хочет меня убить, – подумал Артемис. – Я слишком на него надавил.
Не было время на размышления, и даже если бы оно было, ситуация не была одной из тех, где полезная математическая теорема могла бы помочь Артемису выбраться из затруднительного положения, в котором он оказался. Ему оставалось лишь одно: отбиваться.
Поэтому Артемис пинался, использовал руки и пытался выкрутиться. Он ударил Кронски коленом в его большой живот и ослепил, внезапно атаковав кулаками.
Все его попытки, которые имели непродолжительный эффект, не принесли заметного результата; все, кроме одной. Правая пятка Артемиса ударила Кронски в грудь. Кронски даже не почувствовал этого. Но пятка задела кнопку пульта дистанционного управления, лежавшего в кармане доктора, открывая решетку в яму.
Секундой позже мозг Артемиса осознал, что его за спиной у него ничего нет, и тогда Артемис понял, что произошло.
– Я мертв, – дошло до него. – Прости меня, мама.
Артемис всем телом упал в яму, его локоть задел лазерный луч и секундою позже яму заполнили сине-белые всполохи пламени, оставившие следы черной сажи на стенках ямы.
Кронски отпрянул от края клетки, испарина выступила на кончике его носа, которая, падая, испарялась.
– Как я себя чуствую после того, что только что произошло? – спрашивал он себя, вспоминая, что психологи советуют встретиться с душевной травмой влоб, чтобы избежать стрессов в дальнейшей жизни.
– Нет, – понял он. – Я не чуствую себя плохо. В самом деле, я чувствую, как если бы огромный груз упал с моих плеч.
Кронски со скрипом и треском поднялся с колен.
– Так, а где еще одна? – спросил он себя. – У меня все еще есть груз, от которого надо избавиться.
Артемис видел пламя, полыхавшее вокруг него. Он видел, как по его коже растекались голубые всполохи и слышал рев, издаваемый огнем, но не смотря на это, он был невредим.
– Невозможно.
Очевидно, нет. “Очевидно”, это пламя скорее “лаяло”, чем действительно “кусало”.
– Голограмма?
Пол ямы разверзнулся под его весом со свистом пневматических двигателей, и Артемис обнаружил себя в камере, находившейся прямо под ямой, уставившимся на массивные стальные двери, закрывавшиеся над ним.
– Вид изнутри бункера со входом сверху.
Бункера, оборудованного по последнему слову техники, с выступающими хорошо смазанными петлями. Эльфийского изготовления, безо всяких сомнений.
Артемис вспомнил кое-что, о чем проболтался Кронски.
– Она… она.
Выглядит так, как будто это было спроектировано эльфами. Особо опасным видом. Какой эльф добывал мозговую жидкость лемуров раньше, чем даже началась эпидемия спеллтропии?

2009-12-26 в 23:20 

I get lonely easy. Damn it!!
Артемис побледнел. – Только не она. Не она. Пожалуйста, только бы это не была она.
– Что же мне делать? – думал он. – Сколько еще раз мне спасать мир от сумасшедших?
Он дотронулся до коленей и обнаружил, что лежит на мягкой подстилке. Прежде, чем он смог перевернуться на бок, металлические щупальца выскочили из раскрывшихся на полу под его подстилкой отверстий, и скрутили крепче, чем спутыват ноги быка на родео. Пурпурный газ с шипением вырвался из дюжины сопел над его головой, укрывая его с головой.
– Задержи дыхание, – сказал Артемис себе. – Это животные не умеют задерживать дыхание.
Он не дышал до тех пор, пока его легкие не стали гореть, и только когда почти выдохнул, собираясь сделать большой вдох, второй газ заполнил камеру, и под его действием первый кристаллизовался. Пыль упала на лицо Артемиса подобно хлопьям пурпурного снега.
– Ты теперь спишь. Попробуй их обмануть.
Маленькая дверца на полу мягко отъехала в сторону со звуком воздуха, просачивающегося через солому.
Артемис глядел через один полуприкрытый глаз.
Магнитое поле, – пришла к нему мысль; его лоб сжимал стальной обруч.
– Я знаю, что именно я вижу, но я бы хотел, чтобы это было не так.
Фигура пикси появилась в дверном проеме, черты ее крохотного прекрасного тела были портила недовольная гримаса на ее лице.
Это, – взвизгнула Опал Кобой, указывая трясущимся от негодования пальцем, – это не лемур!




Глава 13.
Волосатый мертв.
Дворецки быстрым шагом прошел из штаб-квартиры выжигателей на площадь дубильщиков. Артемис ждал в здании, которое они использовали для вчерашнего обмена. Присутствие полиции в Фесе ограничивалось несколькими патрулями, не больше одного-двух человек в каждом, так что для кого-либо с опытом Дворецки прокрасться незамеченым было раз плюнуть. Но абсолютно невозможно слиться с толпой туристов, или выглядеть добропорядочным гражданином мусульманского квартала, когда у тебя за спиной висит здоровенная винтовка(0).
Дворецки гуськом пробрался в темный закуток и быстро разобрал винтовку для стрельбы по тарелкам почти на дюжину частей, затем спешно запрятал их в мусорные баки. Возможно он мог бы просто дать взятку таможенникам в аэропорту Фес Саи'сс, а потом просто провезти оружие под сиденьем, но сейчас лучше сразу обеспечить полную безопасность, чем потом сожалеть.
Десятилетний Артемис сидел на заранее подготовленной снайперской позиции у окна, смахиая несуществующую пылинку с рукава пиджака. Таким образом он выражал свою нервозность.
- Итак? - спросил он, приготовившись к ответу.
- Женщина в минусе, - сказал Дворецки. Он решил не упоминать, что длинноволосый мужчина все держал под контролем, пока не прибыло видео Артемиса.
Артемис заподозрил подвох.
- Женщина? Другой тоже там был?
- Волосатый мертв, - кивнул Дворецки. - он попытался спастись, но ему не удалось.
Артемис вздохнул.
- Мертв? - переспросил он. - Мертв?
- Повторение слова не меняет его значения, - нетерпеливо произнес Дворецки. - Он пытался спасти свою подругу, и Кронски пристрелил его за это. Но что сделано то сделано, а? В конце концов у нас есть бриллианты. - он посмотрел на часы. - Пора двигать в аэропорт. Надо быстро пройти все проверки перед полетом.
Артемис остался сидеть, зачарованый и тихий, не в состоянии отвести глаз от бриллиантов, которые обвиняюще смотрели на него со своего места на его коленях.


У Элфи был неудачный день. Ее искажающее поле было столь слабым, что она его отключила, чтобы сохранить жалкие остатки магии для лечения - вдруг понадобится? В любом случае, раньше чем она откроется, ни один из громил Кронски ее не засечет и не расскажет об этом всем остальным. Сейчес она бежала изо всех сил через мусульманский квартал, молясь чтобы Артемис был на месте встречи и не забыл захватить скутер.
Выстрела не было. Это было странным и обескураживающим, если только Кронски не решил пристрелить ее лично.
Нет времени думать об этом. Сейчас главное - выжить.
Мусульманский квартал был тих вечером, несколько отдельно шатающихся туристов и самых упертых торговцев все еще бродили по улицам. Элфи проскочила мимо них, держась как можно ниже, в страхе перед охранниками, идущими за ней. Она проскочила, опрокинув башню корзин наполненых доверху кебабом, остановилась и опрокинула стол со специями, а затем рванула к белой стене, к разноцветным аркам.
Грохот шагов позади не отставал ни на секунду. Ее тактика не сработала. Охранники были просто громилами, они взяли и прошли сквозь препядствие.
"Ускорься и петляй. Затеряйся в аллеях."
Этот метод принес не больше плодов чем предыдущий. Ее преследователи знали этот район, они раздедились на группы и пошли по улочкам, выгоняя ее на площадь дубильщиков.
"Где я буду неприкрыта. Легкая мишень."
Элфи ускорилась. Туфли Артемиса врезались в ее пятки. Вопли и проклятия летели ей вслед, пока она беспардонно распихивала группы туристов и разносчиков чая, посылая подносы с чаем в полет.
"Я у них на крючке,"- отчаяно думала она. "Тебе лучше быть на месте, Артемис."
Она вела всю ватагу преследователей прямо к Аремису, но другого выбора не было. Если Артемис там, он может помочь, если же нет... придется самой выбираться.
Она метнулась налево, но четверо громил загородили проход, достав свои жуткие длинные ножи. "Думаю, мне в другую сторону"- подумала эльфийка.
Ну ладненько. Элфи проскользнула на площадь дубильщиков, ее пятки поднимали клубы пыли. "Где же ты, Артемис?"- думала она.
Она бросила быстрый взгляд на место встречи, но там не было никого и ничего. Даже ни малейшего признака того, что здесь кто-то прячется.
"Он не здесь."
Она почувствовала, как страх гложет ее сердце. Элфи Малой была прекрасным боевым офицером, но она была вне своей территории, без друзей рядом, вне своего времени, наконец.
Площадь дубильщиков была сейчас пустынна и молчалива, лишь некоторые работяги дубили кожу на крышах домов. Фонари под крышей потрескивали, а огромные урны затаились, как какие-то иноземные существа. Запах был так же мерзок как и вчера, а может даже хуже, поскольку за сегодня он уже успел настояться. Запах отбросов ударил Элфи болезненно мягкой рукой, проникая в самые отдаленные уголки мозга.
"Беги дальше. Найди укромное местечко."
Элфи потратила полсекунды, подумав какую часть тела она сейчас отдала бы за оружие, затем побежала к двери.
Появился громила, даставая нож из-за пояса. Лезвие было красным. Может из-за крови, а может из-за ржавчины. Элфи резко изменила направление, потеряв ботинок в повороте. Окно было этажом выше, но стена была побита временем - она могла забраться наверх.
Еще двое. Ухмыляются. Один держит сеть, как гладиатор.
Элфи резко затормозила.
"Мы же в пустыне! Что у него в руках делает невод?"

2009-12-26 в 23:21 

I get lonely easy. Damn it!!
Она попробовала еще раз. Аллея, едва достаточно широкая для одного человека. Она была почти там, когда толстяк-охранник с хвостом волос на голове и ртом, полным желтых зубов, ухмыляясь, перегородил проход.
"В ловушке. Я в ловушке! Выхода нет, магии не хватит ни на экран ни даже на протой гипноз."
Сложно было остаться спокойной в такой ситуации, несмотря на ее опыт и тренированность. Элфи чувствовала как сознание уступает месо первобытным инстинктам.
"Выживи. Делай то, что считаешь нужным."
Но что она могла сделать? Одна невооруженная эльфийка против команды громил.
Они сформировали правильную окружность вокруг нее, и стали медленно ее сужать, широко расставив руки и водя ими сверху вниз, на случай, если добыча решит ускользнуть. Каждый их их жадных, блестящих глаз сфокусировался на ее лице.
Элфи видела их шрамы и татуировки, чувствовала пустыню в их одежде. ощущала их прближающееся дыхание и считала их шаги.
Она посмотрела в небо.
- Помоги! - закричала она.
И начался дождь из бриллиантов.

Под штаб-квартирой выжигагелей.

- Это не лемур, - повторила Опал Кобой, постукивая стройной ножкой по полу. - Вершки знали что это вовсе не лемур, поскольку у него нет хвоста и к тому же он носит одежду. Это человек, Мервал. Грязный человечишко.
Второй пикси появился в дверях. Мервал Брилл. Один из тех самых братьев Брилл, которые несколькими годами позже вытащат Опал из психушки. Его лицо было смесью замешательства и ужаса. Это не красит любое лицо.
- Я не понимаю, мисс Кобой, - сказал он выкручивая верхнюю пуговицу своего лаборатрорного халата. - Все было настроено на лемура. Вы лично гипнотизировали Кронски.
Ноздри Опал стали раздуваться.
- Ты пытаешься сказать, что я каким-то образом виновата в этом? - ее шея напряглась, как будто сама идея об этом могла задушить ее.
- Нет нет нет нет нет, - поспешно сказал Мервал. - Это не может быть вина мисс Кобой, ведь мисс Кобой - само совершенство, а совершенство ошибок не допускает.
Это возмутительное высказывание нормальным человеком было бы воспринято как раболепная лесть, но Опал оно показалось рациональным и точным.
- Точно. Хорошо сказано, Мервал. Жаль что у твоего брата нет и десятой части твоей мудрости.
Мервал задрожал и улыбнулся. Улыбнулся в знак того, что принимает комплимент, а задрожал от упоминания о своем близнеце, который сейчас был заперт в клетке с красной речной свиньей, в наказание за то, что не оценил новую обувь Опал.
У мисс Кобой плохой день. На самом деле два из семи были плохими. А когда бывало хуже, несмотря на высокий оклад братья подумывали о смене работы.
Мервал решил отвлечь босса.
- Они там наверху все сумасшедшие. Палят из оружия, устраивают дуэли на ножах... Эти выжигатели такие ненадежные.
Опал, нахвавшись у Артемиса, начала осторожно сопеть и выкручивать пальцы, чтобы посмотреть не проснется ли человек.
- Этот лемур был последним. Я была ТАК близка к всемогуществу!
- Как близка? - спросил Мервал.
Опал зыркнула на него.
- Ты что, смеешься?
- Нет. Я действительно думал...
- Это ты только думал, что думал, - отрезала пикси направляясь в главную комнату.
- Только думал... - медленно кивнул Мервал. - а что делать с человеком?
Опал не остановилась.
- О, ты можешь его разделать. Человеческий мозг - отличный увлажнитель. Потом собираемся и сами ищем лемура.
- Пустое тело сбросить в звериную яму?
- О, во имя небес! - всплеснула руками Опал. - я что, должна говорить тебе как делать все на свете? Прояви немного инициативы!
Мервал занавесил вход за своим боссом.
"Значит звериная яма" - думал он


Площадь дубильщиков.

Бриллианты сыпались вниз сверкающим водомадом. Падающие звездочки вспыхивали в свете ламп.
"Это же добыча молдого Артемиса," - пронеслось у нее в голове. "Он бросает мне спасительную ниточку!"
На мгновение громилы были поражены. Их выражение лица напоминало о ребенке, проснувшемся с утра и обнаружившем например плитку шоколада, что сразу привело его в отличное настроение. Они растопырили пальцы, зачарованно смотря за тем, как падают и отскакивают от стен бриллианты.
Затем один из них сбросил оцепенение.
- Des diamants! - вскричал он.
Услышав крик, его приятели сбросили оцепенение и упали на колени, ползая по темной земле в поисках прекрасных камней. Другие ныряли в бочки с жижей, услышав как камушки всплескивают по поверхности.
"Отвлекающий маневр," - думала Элфи."Превосходно."
Она бросила взгляд наверх, как раз вовремя, чтобы увидеть руку убирающуюся в черном квадрате окна.
"Что заставило его сделать это?" - размышляла она. "Это - самое неартемисовское приветствие из всех."
Громила прополз мимо ее ноги, напомнив ей, что положение вещей далеко от нормального.
"Жадность заставила их забыть обо мне, но возможно они вспомнят о своих обязанностях, когда соберут все камни."
Элфи нашла момент отсалютовать юному Артемису, а затем скрылась из его поля зрения шмыгнув в ближайшую аллею. Только чтобы столкнуться нос к носу с отдувающимся Дамоном Кронски.
- Два из двух, - пропыхтел он. - я вас обоих достал. Похоже, сегодня у меня удачный день.
"Да когда же это закончится?!"- не веря своим глазам подумала Элфи."Почему все это продолжается?"
Кронски надавил на нее как разъяренный слон, брови нахмурены за стеклами цветных очков, пот струйками стекал по его лицу, падая с его пухлых губ.
- За исключением того, что у меня сегодня НЕудачный день, не так ли?! - прокричал он, истерические нотки проскальзывали в его голосе. - Тебе виднее. Тебе и твоему сообщничку. Впрочем, моя огненная комната уже позаботилась о нем. Теперь я позабочусь о тебе!
Элфи была в ступоре.
"Артемис мертв?" - пронеслось в ее голове.
Она никогда бы не поверила в это. Никогда. Сколько людей вычеркнули Артемиса Фаула из списков живущих, и скольким из них пришлось об этом пожалеть? Многим. Она была одним из них.
С другой стороны, Элфи доказала, что ее проще убить. Перед ее глазами все плыло, конечности налились свинцом, казалось весь мир рухнул на ее плечи. Единственное чувство обострилось и работало на всю катушку - обоняние.
"Какая ирония. Вдыхать запах голубиного помета перед смертью."
Она слышала как трещат ребра.
"Хотела бы я чтобы Кронски почуял этот запах."
Идея вспыхнула в мозгу, последнее поползновение умирающего существа.
"А почему бы ему не почувствовать это? Это последнее, что я могу сделать."
Элфи ушла глубоко внутрь себя в поисках самого последнего заклинания. Было какое-то свечение глубоко внутри. Недостаточно для экрана и даже для гипноза, но, возможно, достаточно для слабого исцеления.
Обычно целебная магия использовалась для полученных ранений, а отсутствие обоняния у Кронски было врожденным. Его возвращение могло быть опасным, и совершенно точно болезненным.
"О, ну хорошо," - подумала Элфи. "Если ему будет больно, пусть будет больно."

2009-12-26 в 23:23 

I get lonely easy. Damn it!!
Она подняла руку, минуя предплечье на своем горле, продвигаясь по лици Кронски, призывая всю магию в пальцы.
- В чем дело? - Кронски не выглядел хоть сколько нибудь встревоженным происходящим. - Играешь в "Поймал твой нос"?
Элфи не ответила. Вместо этого она закрыла глаза и сунула два пальца в ноздри Кронски, а затем послала последние искры магии вперед.
- Исцеляй, - сказала она. Сказано - сделано.
Кронски был удивлен, но сначала никак не среагировал.
- Эй, какого... - начал он, а затем чихнул. Чих был так силен, что ударил по ушам и скатил его с жертвы. - Эй, ты что, ребенок, что ты суешь пальцы мне в нос?... - Он чихнул еще раз, теперь еще сильнее. Из каждой ноздри вырвалась струя пара.
- Какая жалкая попытка! Вы люди в самом деле думаете...
Третий чих пронзил все тело. Слезы потекли по лицу Кронски. Ноги дрожали, очки болтались на одной дужке, линзы растрескались.
- О боже мой, - пропыхтел Кронски, когда его конечности стали вновь ему повиноваться. - Что-то не так. Что-то поменя...
И тут запах удариз ему в ноздри.
- Ааррргх... - сдавленно произнес Кронски и начал кричать. Его суставы сжимались, ноги дергались, пальцы прокалывали дыры в воздухе.
- Ого, - только и сказала Элфи, массируя горло. - Его реакция сильнее, чем я ожидала.
Запах был отвратительным, но взглянув на Кронски можно было подумать, что он умирает. Чего не учла Элфи, так это силы проснувшегося вновь обоняния доктора, сравнимого с первой в жизни картиной, когда едва родившись открываешь глаза, или с эйфорией от первого сделанного шага. А площадь обеспечила все то же самое, но в худшую сторону. Возьмите ядовитый шарик, погрузите в колючки и навоз, замотайте бинтами с гноем, прокипятите в котле с испражнениями, поднесите это к своему носу, и вы поймете ЧТО почувствовал Кронски. Этот запах сводил его с ума. Он лег на спину, таращась в небо.
- Гаденыш, - сказал он, повторяя слова снова и снова, как заклинание. - Гаденыш, гаденыш. Фаул, Фаул.(1)
Элфи опистилась на колени и сплюнула на сухой песок. Все ее существо как будто было отделено от души. Одного взгляда на Кронски было достаточно, чтобы понять: нет смысла спрашивать его о чем либо. Глава выжигателей в текущий момент был лишен способности мыслить связно.
"Возможно это и к лучшему," - подумала она. "Зато он какое-то время не будет возглавлять всякие всемирные организации."
Элфи что-то заметила. Одна из линз раскололась окончательно, открывая глазное яблоко. Радужная оболочка была странного фиолетового цвета, почти такого же темного как и очки. Но не это привлекло внимание Элфи. Роговица глаза в районе белка была испещрена маленькими лопнувшими капиллярами.
"Его загипнотизировали," - поняла Элфи. "Кто-то из волшебного народца контролирует его."
Она поднялась на ноги и в одном ботинке похромала в сторону аллеи, а голоса дерущихся жадин-громил стихали позади.
"Если в это дело впутан кто-то из волшебного народца, то все не то, каким кажется. А если все не то, каким кажется, то может быть Артемис все еще жив."

Под штаб-квартирой выжигателей.

Мервал Брилл рассматривал себя в хромированой двери морозильной камеры.
"А я красивый парень," - Думал он."А халат, прикрывающий брюшко, мне очень идет."
- Брилл! - позвала Опал из своего офиса. - Как там дела с мозговой жидкостью?
Мерв аж подпрыгнул.
- Как раз выкачиваю, мисс Кобой.
Пикси навалился на каталку с человеком и покатил ее по короткому коридору, ведущему в саму лабараторию. Застрять в этом предприятии с Опал Кобой было не прогулкой по парку. Только они трое, день за днем выкачивающие мозговую жидкость. Опал могла бы нанять тысячу помощников по лаборатории, но она была сверхпараноиком во во всем, что касалось секретности. Ее мания преследования была столь сильна, что она стала подозревать вещи и растения в шпионаже.
- Враги могут выращивать камеры! - надрывалась она на одном инструктаже. - Кто знает, чего достиг этот презренный кентавр Жеребкинс в своих опытах по вживлению шпионского оборудования в растения. Так что избавьтесь от всех цветов. От камней тоже - я им не доверяю. Маленькие подлые предатели...
Так что близнецы Брилл потратили полдня на то, чтобы очистить лабораторию от всего, что моло содержать жучки. Даже от освежителей туалета - Опал подозревала что они ее фотографируют, когда она ими пользуется.
"Впрочем, у мисс Кобой есть все основания для паранойи," - признал Мерв, проталкивая каталку через двойные двери лабаратории."Если ЛеППРКОН когда-либо узнают чем она тут занималась, они упекут ее за решетку до конца дней."
Двойные двери вели в длинную, трехуровневую лабараторию. Это было место мучений. Клетки с пойманными животными были подвешены к потолку. Животные стонали, плакали, пытались перегрызть решетки и бросались на двери. Робот-разносчик еды, жужжа, проезжал мимо клеток, забрасывая в те из них, в которых сидели животные, серые питательные шарики.
В центральной зоне было множество каких-то операционных приборов. Множество животных лежали вверх брюхом, связанные, как и Артемис, крепкими ремнями. Артемис поймал взгляд сибирского тигра, лежащего лапами вверх, на голове у него проходили выбритые пролоски, а на этих полосках лежало тонким слоем нечто, напоминающее печень. Когда они презжали мимо, один из слоев издал чавкающий звук, и сигнальный световой диод на носу тигра загорелся красным.
Мерв остановил каталку, и Артемис увидел его ужас, когда снизу "слоя" из дюжины отверстий хлынула жидкость.
- Вы полны до краев, мисс сверхгенетически модифицированная москитная пиявка. Вы мерзки и отвратительны, да-да, но вы знаете, как высосать мозовую жидкость. Я бы сказал что в выжимании вам нет равных.
Мерв перестал наблюдать и нажал педаль в полу, чтобы открыть ближайший холодильник. Он стал перебирать мензурки, пока не нашел нужную.
- А вот и она. СибТиг МЖ.
Он поставил мензурку в зажим, схватил пиявку и стал выхимать ее, как губку, пока вся жидкость не оказалась в мензурке. Затем он выбросил пиявку в мусор - за ненадобностью.
- Обожаю вас, - сказал Мервал, возвращаясь к каталке с Артемисом. - Мисс, вы наливаете.(2)
Артемис все видел через чуть приоткрытые веки. Это было отвратительно, ужасно. Ему нужно выбираться отсюда.
"Элфи придет за мной," - подумал он, а потом вспомнил."Нет, не придет. Она же думает что я мертв." - от этой мысли кровь застыла в жилах."Я сгорел."
Значит, пора самому себя спасти. Не впервой. Будь внмателен, когда предоставится шанс - будь готов использовать его.
Мервал нашел операционную секцию и поместил каталку прямо в нее.
- И он ставит ее в немыслмо малое пространство! Говорят это невозможно, так они ошибаются! Мервал Брилл, король парковки каталок. - пикси рыгнул. - Правда это не то будующее о котором я мечтал в юности.
Затем, он с отвращением погрузил дуршлаг в воду и водил им до тех пор, пока он не был полон извивающихся суперпиявок.
"О нет," - подумал Артемис."Только не это." - Мервал повернулся и приблизил его к себе, посмотрев прямо на него."Он точно видел, как дернулись плечи. Он введет мне снотворное, а тогда - все потеряно."
Однако Мервал ничего не заметил.
- Ууу, я вас ненавижу. Отвратительные твари. Скажу тебе, человек, если ты подсознательно слышишь меня, радуйся, что спишь. Ты НЕ захочешь пройти через это бодрствуя.
Артемиса это почти вывело из себя. Но он подумал о том, что у его матери осталось меньше дня и затих.
Он почувствовал, что его левую руку тащат, слышал хриплое дыхание Мервала.
- Закреплено туго. Секундочку...
Артемис почувствовал, что зажим снят, он ощущал движение Мервала ушами и носом. Мягкий животик провел по его локтю. Дыхание вырывалось рядом с его ухом. Мервал обходил его вокруг левого плеча.

2009-12-26 в 23:23 

I get lonely easy. Damn it!!
Артемис приоткрыл правый глаз, как раз достаточно, чтобы подсматривать в щелку. Мощная лампа была прямо над его головой, закрепленная прямо на толстую, гладкую, хромированную руку.
Хромированную. Отражающую.
Артемис следил за действиями пикси впереди. Мервал набирал что-то на контрольном тачпаде Октобонд, переделанном под гномий язык. Затем, напевая популярную поп-песню пикси, он вводил свой пароль. Одну цифру, каждый раз как звучал припев.
- Пикси нереально жгут! - пел он. - О да... Крутые пикси нереально жгут, детка!
Артемису так не казалось, но он был рад песне, она давала ему время запомнить пароль Мервала.
Мервал отстегнул один из ремней связывающих Артемиса, чтобы распрямить его руку. Даже если вдруг человек проснется, он сможет только бессильно трепахаться в путах.
- А теперь, моя маленькая пиявка, делай свою грязную работу для тетеньки Опал, и я награжу тебя выжиманием в пробирку и выбрасыванием. - он вздохнул. - И почему мои лучшие фразы тратятся на червяков?
Затем он взял пиявку из дуршлага, размял ее, чтобы сделать ее присоски липкими, а потом шлепнул ее на открытое Артемисово запястье.
Артемис немедленно почувствовал расслабленность, и ничего больше.
"Меня парализует," - понял он."Старый тролличий трюк. Расслабься перед смертью. Хороший план, не хуже других, да и в конце концов так ли уж плоха смерть? Жизнь была сплошным испытанием."
Мервал проверил часы. Его брат был в карцере в наказание ужасно долго. Эта красная речная свинья могла решить подкрепиться порцией пиксятины.
- Просто проверю, - Решил он. - вернусь прежде, чем пиявка наполнится. Сначала кровь, а затем - мозг. Тебе надо было просто восхититься туфлями мисс Кобой, братец.
И он поковылял вниз, к центральному проходу, мимо клеток с животными, стуча по прутьям решеток, что сводило животных с ума.
- Пикси нереально жгут! - распевал он. - Крутые пикси нереально жгут, детка!
Артемису было сложно заставить себя сделать что-нибудь. Гораздо проще дать всем проблемам вытечь из руки вместе с кровью.
"Когда решаешь умереть," - Лениво подумал Артемис,"Уже неважно сколькие хотят твоей смерти."
Он действительно хотел, чтобы животные умолкли. Их трескотня и чириканье смешивались с его стонами.
Где-то даже был попугай, повторяющий фразу.
- Кто твоя мама? - спрашивал он снова и снова. - Кто твоя мама?
"Моя мама Ангелина Фаул." - Глаза Артемиса открылись."Мама. Мать."
Он поднял свободную руку и снял неприглашенную пиявку, положив ее на ремни, связывавшие его. Кровь и слизь потекли из полудюжины ранок на запястье Артемиса. Было похоже что его запястье проткнули копьями-иголками маленькие солдатики.
"Сейчас будет больно" - подумал Артемис.
Горло Артемиса пересохло, шея ослабла, зрение было расплывчатым. Но, несмотря на это, у него заняло меньше минуты активировать терминал, ввести код Мервала и убрать ремни.
"Если за отключением ремней последует тревога, у меня проблемы."
Но не было ни звонка, ни других видимых сигналов тревоги. Не прибегали за ним пикси.
"У меня есть время. Но его не слишком много."
Он убрал паразита со своего тела, вздрагивая не от боли, а от вида красных точек на своем запястье. Ручейки крови бежали из каждой раны, но они были медленными и водянистыми. Он не умрет от потери крови.
"Загуститель крови в пиявках. Конечно."
Артемис, как зомби, зашагал по лаборатории, осторожно обходя узлы. Тысячи глаз смотрели на него. Животные стихли, их носы, морды и клювы высунулись из решеток и смотрели за тем, что происходит. Единственным звуком был звук робота-разносчика еды, выполняющего свои обычные функции.
"Все что мне нужно сделать это сбежать. Нет нужды в противоборстве или в спасении мира. Оставь в покое Опал и беги."
Но, конечно, в мире Артемиса ничего никогда не делалось легко и просто. Артемис обнаружил экранные очки, висевшие на стене, активировал их с V-образной клавиатуры и ввел пароль Мервала, чтобы войти в сеть. Ему нужно было узнать где он, и как ему выбраться.
Планы предприятия лежали прямо на рабочем столе. Прямо так, без пароля, незашифрованые. Да и зачем? Вряд ли когда либо люди будут болтаться здесь, под землей, а даже если и будут, они все равно не знают гномского языка.
Артемис изучал планы с осторожностью и нарастающим беспокойством. Предприятие состояло из соединенных комнат, образовывающих древние туннели под кварталом Выжигателей, тем не менее выхода было всего два. Он мог выйти там же где и вошел, точнее где его протащили, но этот вариант его как минимум не устраивал, так как он вел прямо к Кронски. Или мог выбрать шахту шаттла, что означало похищение и пилотирование последнего. Но шансы обойти сложные противоугонные системы шаттла прежде, чем Опал превратит его, Артемиса, в кучку пепла были минимальны. Придется сдаваться.
- Нравится моя маленькая лабаратория? - сказал голос.
Артемис уставился поверх очков. Сама Опал стояла перед ним, руки в боки.
- Ну и местечко, не так ли? - закончила она на английском. - И все эти туннели были здесь, как будто ждали нас. Превосходно. Как только я нашла их я поняла, что они - то самое место, которое мне нужно. Я убедила доктора Кронски отдать их мне.
"Информация это власть," - думал Артемис."Так что не дай ей ни капли."
- Ты еще кто? - спросил он.
- Я - будующая королева этого мира, до самого конца. Можешь обрщаться ко мне "Мисс Кобой", следующие пять минут. А потом можешь обратиться ко мне "АААРРРРРГГГХХХ!!!", надорвать горло, умереть с криками и так далее, и так далее.
"Такая же напыщенная, какой я ее помнил."
- Я, похоже, больше вас, мисс Кобой, и вы как я вижу, не захватили с собой оружия.
Опал рассмеялась.
- Оружия? - она она перешла на крик, раскинув руки. - Эти твари дали мне все оружие, в котором я нуждалась! - Она махнула на спящего тигра. - Эта большая кошечка усилила мой контроль над разумом. Улитки сфокусировали мои энергетические лучи. Кусочек высушенного дельфиньего плавника, смешанный с точно отмеренной дозой яда кобры, омолодил на сотню лет.
- Да это фабрика по производству оружия, - выдохнул Артемис.
- Точно, - сказала Опал, польщенная тем что КТО ТО наконец понял. - Благодаря этим тварям, и их жидкостям, я стала самым могущественным магом, с тех пор как исчезли демоны-колдуны. Выжигатели ловили для меня всех этих существ, которые мне были так нужны. Глупцы. Одураченые дешевым трюком с голографическим пламенем. Как будто я бы убила этих чудесных созданий прежде, чем выпью их соки. Вы, люди, такие дураки, ваши правительства тратят все силы в поисках власти, а она вот она, у них под боком, в джунглях.
- Вот это речь, - сказал Арнемис покручивая пальцы, набирая что то на клавиатуре так, что только ему было видно.
- Скоро я буду...
- Нет, ничего не говори, скоро ты будешь непобедимой.
- Вообще то нет, - сказала Опал с невероятной терпеливостью. - Но скоро я смогу управлять самим временем. Все что мне нужно это...
Внезапно у Артемиса все встало на свои места. Все обо всей ее задумке. И он знал, что ему понадобится возможность сбежать.
- Лемур. Все, что тебе нужно это лемур.
Опал захлопала.
- Точно, умница, грязный человчишко. Этот прекрасный лемурий мозг - последний ингридиент в моей формуле для усиления магии.
- Формула для усиления магии? - вздохнул Артемис. - Послушайте ее...
Опал пропустила насмешку мимо ушей. Возможно потому, что вообще почти не слушала.
- У вершков была целая куча лемуров, но ЛеППРКОН забрали их всех чтобы сделать противоядие от какой-то там чумы, и я потеряла всех остальных в огне. Все мои тестовые образцы пропали, а их жидкость невозможно клонировать. Остался ОДИН, и он мне нужен. Он мой образец для клонирования. С этим лемуром само время будет мне повиноваться... - Опал замолчала на секунду, постукивая пальцем по своим изогнутым губам. - Погоди-ка секунду, человек, что ты знаешь о моем лемуре? - она отняла палец ото рта и направила его на Артемиса, сотворив огненный шар, от которого лак на ее ногтях начал плавиться. - Вершок, я тебя спрашиваю, что ты знаешь о лемуре?

2009-12-26 в 23:24 

I get lonely easy. Damn it!!
- Отличные туфельки, - сказал Артемис, выбирая опцию на шаровом экране щелчком пальца.
"Вы действительно хотите открыть все клетки?" - спросил компьютер.

Выжигатели пробирались обратно в свою штаб-квартиру, ведомые Томми Киркенхазардом, который держал свой пустой пистолет с большей уверенностью, чем он ощущал на самом деле.
- У меня есть кое-какие вещи в штаб-квартире, - повторял он следующей за ним толпе. - Ценные вещи. И я не собираюсь их здесь оставлять.
У большинства остальных тоже остались кое-какие "Ценные вещи", и сейчас, поскольку Кронски валялся в беспамятстве на площади и его охрана разбежалась сверкая пятками, появилась отличная возможность собрать шмотки и свалить отсюда подальше. Для начала в аэропорт.
По мнению Киркенхазарда, штаб квартира была абсолютно пустынной, его плотную группу могли испугать только тени, исчезающие на Морокканском ветру.
"Я никого не смогу пристрелить из пустого пистолета," - Думал он."Но ничего лучшего тоже не могу придумать."
Они добрались до двери главного холла, которая висела в проеме на одной петле.
- О'кей народ! - сказал Киркенхазард. - Носильщиков тут нет, так что шмотки собираем сами.
- О мой бог! - сказала Баронесса Ирина Костович, и упала в обморок, прямо на руки шотландскому нефтяному магнату.
- Забирайте все что можете, встречаемся здесь через пятнадцать минут.
Баронесса пробормотала что-то.
- Что это было?
- Она сказала, что у нее на утро назначен педикюр...
Киркенхазард поднял руку, вслушиваясь.
- Нет, я не об этом. Кто-нибудь еще слышал грохот?


Животные рванули в открытые двери клеток с диким удовольствием, скача, прыгая, планируя, летая. Львы, леопарды, различные обезьяны, газели, тысячи существ с одной мыслью в голове: "Сбежать."
Опал, однако, не было весело.
- Не могу поверить что ты это сделал, грязнуля. Я выжму твой мозг как губку.
Артемис пригнул голову, совершенно не заботясь ни о мозгах ни о губках. Если он избежит прямого зрительного контакта, то загипнотизировать его будет невозможно. Если только увеличенной силы Опал не хватит на то, чтобы проникнуть в его мозг без оптической связи.
Даже если бы он не пригнулся, он был бы сметен потоком животных который поглотил его, кусающийся, пинающий и избивающий.
"Это курам на смех," - думал он, когда обезьяний локоть выбил воздух из его легких."Даже если Опал до меня не доберется, животные убьют меня. Мне нужно направить их в другую сторону."
Артемис спраятался под одним из операционных столов и пошел прямо в водоворот звериных ног, к нужному животному. Капельница с анестезией для тигра отрывалась от стола по мере его продвижения.
Опал зарычала на животных на смеси их языков. Это был низкий, похожий на бурение звук, от которого животные стали обтекать ее с двух сторон. По мере того, как они проходили, Опал стреляла в упор сгустками энергии, вырывающимися из ее пальцев, проходящих через шеренги животных, сшибая их с ног и оставляя без сознания. Клетки падали, как целые дома, холодильники расплескивали свое содержимое на кафельный пол.
"Кажется мой отвлекающий маневр скоро исчерпает себя," - подумал Артемис. "Мой выход."
Он увидел приближающиеся копыта и приготовился к прыжку.
"Это квагга," - осознал он в прыжке."Полулошадь, полузебра, таких уж сотню лет никто не видел. Не породистый жеребец, но придется обойтись тем, что есть."
Поездка проходила сложнее, чем те к которым Артемис привык на Арабском ранчо Фаулов. Ни поводьев, ни седла, ни стремен, это не говоря уже о том, что квагга был необъезжен, им сейчас двигал только страх.
Артемис обхватил могучую шею животного.
"Только посмеяться," - думал он."Надо всем этим можно только посмеяться. Мертвый мальчик убегает на сожженном животном."
Артемис схватил кваггу за гриву, попытавшись направить его к открытой двери. Тот отбрыкивался и лягался, вскидывал и выворачивал голову, норовя схватить Артемиса сильными, квадратными зубами. Артемис только обхватил ногами могучие бока и пытался удержаться.
Опал была занята тем, что защищала себя от волны звериной мести. Некоторые крупные хищники были не столь пугливы, как их меньшие сородичи, и решили, что лучший способ устранить угрозу, которую представляла собой Опал Кобой, это съесть ее.
Маленькая пикси крутилась в адском балете, швыряя сгустки магической энергии, которая скапливалась у ее плечей, получая силу от болтающихся у нее на локтях сфер, и проходила дальше подпитанная от жидкостей.
Артемис никогда ничего подобного не видел. Атаковавшие животные просто зависали в воздухе, их силы моментально заканчивались и они, как статуи, падали на землю. Неподвижные во всем, кроме их испуганных, бегающих глаз.
"Она сильна, это точно. Я никогда не видел такой силы. Ни за что нельзя позволить Опал схватить Джейджея."
Магия Опал заканчивалась. Ее заряды рассыпались в воздухе, или закручиваясь в спираль взрывались как петарды, улетая далеко от цели. Она оставила их, и выхватила из-за пояса два пистолета. Один был немедленно выбит из ее руки тигром, решившим присоединиться к драке, но Опал не растерялась. Она переключила другой пистолет в режим стрельбы очередями, и водила стволом из стороны в сторону, выпуская веер серебристой энергии.
Тигр упал первым, выражение его морды говорило:"Только не снова." Другие тоже падали, подрезаные очередью на полувздохе/вскрике/свисте.
Артамис потянул на себя потрепанную гриву квагги, заставляя того перепрыгнуть через операционный стол. Зверь фыркнул и взбрыкнул, но сделал это, как будто в знак согласия, пролетев над первым столом и перепрыгнув через другой.
Опал пальнула в их направлении, но выстрел затерялся в стае кондоров.
Дверь была прямо перед ними, Артевис боялся что квагга подведет и остановится, но нет - животное проскочило сквозь двери в коридор, ведущий в комнату с голографическим пламенем.
Артемис быстро открыл контрольную панель похищенных из лаборатории очков, и выбрал установки подъемника.
За несколько сумасшедших секунд, понадобившихся платформе чтобы извлечь себя, Артемис приучал животное к неприглашенному седоку, заставляя его ходить кругами, чтобы сделать их обоих более сложной мишенью для Опал, если она следовала за ними по коридору.
Орел спикировал сверху, оставив когтями царапину на щеке. Ондатра ыбралась у него из-за пазухи, спрыгивая на платформу.
Наверху был свет. Слабые волны искусственного света. Но все же света.
- Давай, девочка, - Сказал Артемис, ощущая себя круче ковбоев. - Йиии-хааа!



Выжигатели собрались вокруг поднятого вверх пальца Томми Киркенхазарда, внимательно вслушиваясь, как будто звук исходил прямо из пальца.
- Ох, я ничего не слышу, - признался Томми. - Возможно мне послышалось. В конце концов это была тяжелая для нас ночка.
И тут двери как будто взорвались, выжигатели были захвачены потоком животных.
Киркенхазард свалился под ноги группе африканских бабуинов, продолжая рефлекторно нажимать курок пустого пистолета, выстреливая снова и снова с криками:
- Но мы же вас убили, черт возьми, убили!
Хотя летальных исходов в штаб-квартире этой ночью не произошло, восемнадцать человек были госпитализированы с укусами, ожогами, переломами и заражением различными инфекциями. Хуже всего пришлось Киркенхазарду: бабуины сожрали его пистолет вместе с рукой, державшей его, а затем бросили неудачника уставшему тигру, у которого было очень плохое настроение.
Ни один из выжигателей не заметил как из-за штаба поднялся маленький, черный шаттл. Он пролетел вокруг центрального парка и подобрал длинноволосого юнца с чего-то, что выглядело как полосатый ослик. Затем шаттл прыгнул в узкую арку, пролетел ее и умчался в ночное небо, как будто куда-то спешил.

2009-12-26 в 23:24 

I get lonely easy. Damn it!!
Всяческие СПА процедуры и педикюры на следующий день были отменены.


Последней каплей для Опал было то, что помимо всего остального ее туфельки развалились.
- Что это за пятна? - спросила она у Мервала и его недавно освобожденного брата, Десканта.
- Не знаю, - пробормотал Дескант, который все еще был грязноват после заточения в карцере.
- Это какой-то помет, - быстро нашелся Мервал. - судя по виду и размеру, у одной из больших кошек шалят нервишки.
Опал села на скамейку, вытянув ногу с туфелькой.
- Сними ее, Мервал.
Она поставила ступню на лоб Мервала и давила до тех пор, пока он не упал на спину, сжимая в руках измазанную в помете туфельку.
- Этот вершок. Он знает о моем лемуре. Мы должны последовать за ним. Он если он помечен, я возьму его.
- О да, - подтвердил Мервал. - Все вновь прибывшие опрыскиваются при приземлении. У него в каждой поре тела радиоактивные отпечатки. Безвредные, но на этой планете ему негде от нас спрятаться.
- Хорошо. А вообще-то превосходно. Я обо всем думаю, не так ли?
- Это точно, мисс Кобой, - монотонно пробубнил Дескант. - Вы ослепительны. Вы потрясающе изумительны.
- Что ж, спасибо тебе, Дескант, - сказала Опал, как всегда пропустив сарказм мимо ушей. - Я думала, что ты будешь слегка разозлен, после заточения со свиньей. Кстати изумительна - не слово. Если ты только не думаешь написать о том, как я хороша в своем дневнике.
- Приму на заметку, - серьезно сказал Дескант.
Опал протянула Мервалу другую ногу.
- Хорошо. Теперь установим системы саморазрушения в этом месте и приготовим шаттл. Я хочу найти этого человека и сразу убить. Мы слишком нянчились с этими пиявками. На этот раз немедленная смерть.
Мервал вздрогнул. Он держал туфли, измазанные в тигрином помете, но он скорее бы надел их чем встал бы на место этого человека.(3)


Артемис лежал на спине в грузовом отсеке, размышляя, не спал ли он в прошедшие минуты. Суперпиявки, спящие тигры и разозленный квагга.
Он чувствовал вибрацию пола под собой и знал, что они несколько раз переходили звуковой барьер. Внезапно, вибрация исчезла, сменившись спокойным жужжанием. Они сбрасывали скорость!
Артемис поспешил в кабину, где Элфи вперилась взглядом в радар, как будто могла изменить то, что он показывал. Джейджей сидел в кресле второго пилота, и казалось, что он управляет кораблем.
Артемис показал на лемура.
- Может быть это глупый вопрос, но Джейджей случаем не...
- Нет. Автопилот. И кстати, рада видеть тебя живым. Всегда приятно спасти тебя еще раз.
Артемис дотронулся до ее плеча.
- Я вновь обязан тебе жизнью. Не хотел бы переходить от благодарности к раздражению, но почему мы сбросили скорость? Время заканчивается. У нас было всего три дня, помнишь? А сейчас всего несколько часов.
Элфи постучала по радару.
- Кто-то в штаб-квартире засек нас. Чей-то компьютер отследил наш маршрут. Можешь что-нибудь об этом сказать?
- Опал Кобой, - сказал Артемис. - Опал стоит за всем этим. Она извлекала жидкости из животных, чтобы увеличить свои магические способности. Если она получит Джейджея, она будет непобедима.
У Элфи не было времени удивляться.
- Прекрасно. Опал Кобой. Я знала, что во всем этом дельце отсутствует какой-то сумасшедший элемент. Если Опал нас засекла, в скором времени она будет у нас на хвосте, на чем нибудь более тяжеловооруженном чем эта развалюха.
- Экраны?
- Ничего особенного. Людские радары она обманет, шаттл волшебного народца - нет.
- И что мы можем сделать?
- Мне нужно удержать нас на авиалиниях, вместе с человеческими машинами. Мы пойдем на субзвуковой скорости и не будем привлекать внимания. В последний момент изо всех сил рванем к поместью Фаулов. Неважно, что тогда Опал нас увидит, ведь когда она до нас доберется, мы уже будем во временном потоке.
Мульч Рытвинг сунул голову в почтовый ящик.
- Ничего особого нет. Только несколько золотых монет. Может, мне взять их себе? И кстати, тут говорили что-то об Опал?
- Не волнуйся об этом. Все под контролем.
Мульч хмыкнул.
- Как все было под контролем в Ратдаунском парке, и потом, на площади дубильщиков?
- Ты не видел нас в нашем лучшем проявлении, - признал Артемис. - Но придет время, и ты будешь уважать капитана Малой и меня.
Мульч сомневался в этом.
- Мне лучше пойти и поискать слово "уважение" в своем словаре, поскольку, видимо, в моем понятии оно значит другое, чем в твоем, так, Джейджей?
Лемур хлопнул в свои тоние лапки, и растрещался звуком, похожим на смех.
- Похоже ты нашел себе брата по разуму, Мульч! - сказала Элфи, возвращаясь к инструментам. - Жаль, что он не девочка, а то ты мог бы на нем жениться.
Мульч изобразил шок.
- Романтика - явно не твоя специальность. Вот ЭТО отвратительно! Какой же извращенец хотя бы поцелует того, кто даже не его вида?
Артемис потер свои внезапно запульсировавшие виски.
"До Типперэри путь неблизкий," - думал он."А оттуда до Дублина - рукой подать.(4)"

- Шаттл? - сказала Опал. - Шаттл волшебного народца?
Шаттл самой Кобой летел на высоте тридцати миль, на границе с космосом. Свет звезд играл на корпусе их матово-черного шаттла, а земля лежела внизу, покрытая облаками.
- Так показывают сенсоры, - сказал Мервал. - Старая горнопроходческая модель. Не особо защищенная, и полностью лишенная вооружения. Мы могли поймать их.
- Могли? - сказала Опал, вытягивая лодыжку, чтобы полюбоваться на свои новые, красные туфли. - Почему "могли"?
- Ну, они были у нас на крючке какое-то время, а затем перешли на субзвуковую скорость. Я догадываюсь, что их пилот полетит по человеческим авиалиниям, пока они не почувствуют себя в безопасности.
Опал дьявольски улыбнулась. Она обожала соревнования.
- О'кей, давайте используем наши преимущества. У нас есть скорость и оружие. Все, что нам нужно - полететь в нужном намравлении.
- Что за невероятносходная идея, - глупо улыбнулся Дескант.
Опал поморщилась.
- Пожалуйста, Дескант, используй короткие слова. Не заставляй меня превратить тебя в кучку пепла.
Это была пустая угроза, так как после схватки под штаб-квартирой у нее не осталось на это достаточно магии. Она по прежнему владела начальной магией - гипноз, левитация, и прочее, но прежде чем вновь творить молнии ей придется хорошенько поспать. Однако братьям Брилл не обязательно было это знать.
- У меня есть идея. Я запустила лабараторные записи разговоров через опознаватель голоса, и запустила соответствие по мировым регионам. Кем бы ни был вершок, он живет в центральной Ирландии. Вероятно в Дублине. Я хочу, чтобы мы спустились так быстро, насколько это возможно, Дескант, и когда шаттл спустится с авиалиний... - она сжала в кулаке воображаемую букашку, выдавливая из ее тела кровь. - Мы будем ждать.
- Невероятно, - сказал Дескант.


Особняк Фаулов.


Солнце уже поднялось и вновь садилось, в то время как Элфи вела дрожащий шаттл через ограждения особняка Фаулов.
- У нас скоро закончится время, а этот кусок мусора скоро развалится, - сказала она Артемису. Элфи положила руку на сердце. - Я чувствую искру Номера Первого, умирающую внутри, но у нас еще есть время.
Артемис кивнул. Вид особняка каким-то образом заставил положение матери казаться еще худшим.
"Мне надо домой."
- Отлично Элфи. Ты это сделала. Посади нас на заднем дворе. Мы сможем войти в особняк через дверь на кухне.
Элфи нажала какие-то кнопки.
- Сзади и вокруг. Нашла два и третий запрятанный. Датчики движения, если не ошибаюсь. Один управляется дистанционно, другие на самообеспечении. Отключить управляемый датчик?
- Да, Элфи, отключи пожалуйста тревогу. Дома кто-нибудь есть?
Элфи проверила таермодатчики.
- Одно теплое тело. Верхний этаж.
Артемис облегченно вздохнул.
- Хорошо. Только мама. Она наверное принимает снотворное. Молодой я пока не мог вернуться.
Элфи посадила шаттл так мягко, как могла, но передачи были сломаны, а амортизаторы были пусты. В стабилизаторах были выбоины, и гироскоп вращался как флюгер. Приземляющийся шаттл оголил ряд булыжников, которые разлетелись в стороны, как куски земли под плугом.
Артемис взял Джейджея на руки.
- Готов к новым путешествиям, мальчик?
Круглые глаза лемура были полны сомнений, он посмотрел на Мульча в поисках поддержки.
- Всегда помни, - сказал Мульч почесывая ему подбородок. - Что ты умница.
Гном нашел старый байковый рюкзак, и начал складывать в него все, что оставалось в холодильнике.
- В этом нет нужды, - сказала Элфи. - Корабль твой. Забирай его, откапывай все что награбил и улетай куда-нибудь подальше. Сбрось эту кучу железа в море и живи на заработанное несколько лет. Только обещай мне, что не будешь торговать с людьми.
- Только мусором, - сказал Мульч. - И ты сказала, что я могу оставить себе шаттл?
- Я вообще-то попросила тебя его выбросить. Окажи мне услугу.
Мульч ухмыльнулся.
- Я щедрый гном. Я мог бы оказать тебе такую услугу.
Элфи тоже улыбнулась.
- Хорошо. И запомни, когда снова встретимся, ничего этого не было, или, вероятно, не будет.
- Мой рот на замке.
Артемис подошел к нему.
- Я бы заплатил за то, чтобы посмотреть на такое - Мульч Рытвинг с закрытым ртом.
- Мне тоже всегда приятно с тобой встретится, вершок. Пожалуй, в будующем я тебя ограблю.
Артемис пожал его руку.
- Хочешь верь, хочешь не верь, но ограбишь. У нас будут хорошие времена.
Джейджей подошел для рукопожатия.
- Присмотри за человеком, Джейджей, - серьезно сказал Мульч. - Он слегка темный, но котелок у него варит.
- Досвидания, мистер Рытвинг.
- До встречи, мастер Фаул.


Опал была на третьем обороте мантры Гола Сшвим, когда Мервал ворвался в ее личную комнату.
- Мы нашли шаттл, мисс Кобой, - задыхаясь проговорил Мервал, прижимая к груди голопроектор. Они перешли на сверхзвук меньше чем на мануту, над средизамным морем. Но этого было достаточно!
- Хумм хумм хаа. Рахмуммм хумм хаа, - монотонно пропела Опал, завершая мантру. - Мир внутри меня, согласие окружает меня, всепрощение - мой путь. Теперь, Мервал, покажи мне где этот грязный человечишко, чтобы я смогла впихнуть ему в глотку его внутренности.
Мервал показал голопроектор.

2009-12-26 в 23:26 

I get lonely easy. Damn it!!
- Красная точка. Восточное побережье.
- Военный объект?
- Что удивительно, нет. Это резиденция. Вообще никакой защиты.
Опал выбралась из своего уютного кресла.
- Хорошо. Запустите сканирование. Прогрейте пушки и спускайтесь.
- Есть, мисс Кобой.
- И Мерв?
- Мисс Кобой?
- Я думаю малыш Дескант в меня влюбился. Он мне недавно сказал, что я очень фотогенична. Бедный простачок. Не мог бы ты сказать ему, что я недоступна? А иначе мне придется убить его.
Мерв вздохнул.
- Я скажу ему, мисс Кобой. Я уверен, что он отстанет.



Артемис обнаружил что обнимает Джейджея за голову, пока они шли через особняк.
- Спокойно, паренек. Никто не сделает тебе больно. Мы в безопасности.
Элфи шла за ним по лестнице, прикрывая тыл, вытянув два пальца. Пальцы не были заряженым оружием, но они могли разбить кости тому, кто мог следовать за ними.
- Давай, Артемис! Номер Первый слабеет, нам надо скорее прыгать.
Артемис обошел детектор веса на полу на двенадцатом шагу.
- Почти на месте. Остались секунды.
Его студия осталась точно такой, какой он ее оставил, гардероб открыт, галстук свешивается с верхней полки как уползающая змея.
- Хорошо, - сказал Артемис. Его уверенность росла. - Это место. Нужное место.
Элфи задыхалась.
- В самое время. У мне тяжело удерживать сигнал. Как будто бежишь за запахом.
Артемис положил руку ей на плечо. Группа из троих - усталых, голодных, но довольных.
Плечи Элфи согнулись под истощением и напряженностью, которые ей до сих пор приходилось скрывать.
- Я думала, ты был мертв, - сказала она.
- Я тоже думал так, - признался Артемис. - А потом понял, что не умру. Не в этом времени.
- Я надеюсь, ты объяснишь мне.
- После. За ужином. А сейчас, не могла бы ты открыть поток времени, подруга?
За этим последовал резкий свист - это занавески на большом окне распахнулись. Молодой Артемис и Дворецки были здесь, одетые в костюмы из фольги. Дворецки расстегнул свой костюм, чтобы достать из нагрудной кобуры пистолет.
- Что вы там говорили насчет временного потока? - спросил десятилетний Артемис.



Мульч Рытвинг закапывал в землю золотую монету, подношение Замше - гномскому богу удачи, когда земля под ним взорвалась, и он обнаружил себя висящим на лезвии носа-ледокола шаттла.
"Я даже не слышал, как они приблизились," - думал он."Вот тебе и Замша."
Прежде чем он успел подняться на ноги, его сбросило в кучу серебристого древесного пепла стволом "Нейтрино", реагировавшем на движение его адамова яблока. Волоски на его бороде инстинктивно почувствовали, что оружие не дружественное, и сплелись вокруг свола.
- Отличный шаттл, - сказал Мульч, чтобы потянуть время, пока не погаснут звездочки в глазах. - Предположу, что с тихоходным двигателем.
Три пикси стояли перед ним. Двое мужчин и женщина. Вообще-то пикси не были особо опасными существами, но мужчины были вооружены, а женщине достаточно было посмотреть в глаза.
- Держу пари, сказал Мульч, - что вы сожжете весь мир, только чтобы посмотреть как он горит.
Опал напечатала это сравнение в маленьком электронном блокноте в ее КПК.
- Спасибо за это. Теперь, скажи мне все.
"Сначала слегка посопротивляюсь, а потом дезинформирую ее," - думал Мульч.
- Я тебе ничего не скажу, пикси-дьяволица! - сказал он, его адамово яблоко нервно двигалось под стволом орудия.
- Ох, - сказала Опал, притопывая в расстройстве. - Ну неужели никто меня не боится?
Она сняла перчатку и положила польшой палец Мульчу на висок.
- А теперь, покажи мне все.
И последними искрами украденной магии, она высосала всю память Мульча о последних прошедших днях. Это было бы неприятной сенсацией, даже для тех кому приходилось стирать огромные куски его личности. Мульч бормотал и отпихивался, по мере того как события последних дней исчезали из его головы. Как только Опал получила то, что хотела, гном без сознания упал на землю.
Он проснется часом позже, со стартовым чипом от шаттла ЛеППРКОНа в кармане и не имея понятия о том, как он попал сюда.
Опал закрыла глаза, просматривая свои новые воспоминания.
- Ах, - сказала она улыбаясь. - Временной поток.



- Нет времени на это, - настойчиво сказал Артемис.
- А я думаю, что есть, - стоял на своем десятилетний Артемис. - Вы снова ворвались в мой дом, так хотя бы объясните эту фразу насчет "потока времени". Я уж не говорю о том факте, что вы все еще живы.
Артемис старший убрал волосы с лица.
- Теперь-то ты точно должен меня узнать.
- Это не реклама шампуней, перестань пожалуйста откидывать волосы.
Элфи почти раздвоилась.
- Поспеши, - прохрипела она. - Или я иду без тебя.
- Пожлуйста, - попросил Артемис. - Нам нужно идти. Это вопрос жизни и смерти.
Юный Артемис был непоколебим.
- У меня было чувство, что вы вернетесь. Это все началось здесь, прямо на этом месте. Я перезапускал записи прослушки. Вы просто появились здесь, затем следовали за мной в Африку, так что я подумал, что если я спасал бы жизнь этой твари, я бы вернулся сюда с моим лемуром. Мы просто заблокировали наше тепловое излучение, и вот мы здесь.
- Весьма хрупкое обоснование, - сказал Артемис старший. - Нам явно нужен был лемур. Как только мы его получим, зачем нам сюда возвращаться?
- Я осознаю, что в моих умозаключениях зияют огромные дыры, но терять мне было нечего. И, как теперь видно, было что получать.
У Элфи не хватало терпения для серии взаимного обсуждения Фаулов.
- Артемис, я знаю, у тебя есть сердце. Ты хороший человек, даже если сам этого еще не знаешь. Ты пожертвовал бриллиантами, чтобы спасти меня. Что тебе стоит отпустить нас?
Юный Артемис обдумывал это тягостные полторы минуты.
- Правда, - Внезапно сказал он. - Мне нужно знать всю правду о вас. Что вы за существа? Почему ОН выглядит таким знакомым? Что делает этого лемура особенным? Все.
Артемис старший прижал Джейджея к груди.
- Дай-ка мне ножницы, - сказал он.




Опал вбежала в особняк, ощущая приступ магической тошноты, следующей от входа в дом неприглашенной.
"Временной поток," - думала она. "Наконец то я проверю мои теории."
Управление временем долгое время было главной целью Опал. Чтобы контролировать перемещение через время, нужно было обладать огромной силой. Но ее магия без лемура была недостаточно сильна. Нужны были целые команды колдунов ЛеППРКОНа, чтобы на несколько часов остановить время. Чтобы открыть тоннель времени, нужна была колоссальная магическая сила. Гораздо проще сбить луну с небес.
Опал набрала это в электронный блокнот.
"Напоминатель. Сбить луну с небес? Возможно?"

Но, если бы ей удалось заполучить вход в тоннель, Опал была уверена, что смогла бы быстро распутать головоломку науки.
"У меня очень хорошая интуиция, и я в конце концов гений."
Она взбежала по лестнице, вне себя от того, что высокие человеческие ступеньки повредили ее туфельки. Мервал и Дескант плелись позади, удивленные таким отношением к обуви.
- Я был брошен в камеру со свиньей из-за ее туфелек, - пробормотал Дескант. - А эти она рвет в клочья. Типичная непостоянность Кобой. Кажется я язвлю.
Опал добежала до конца лестницы и немедленно побежала к открытой двери.
- Откуда она знает, что это нужная дверь? - подумал вслух Дескант.
- Ох, я не знаю, - сказал Мервал, уперев руки в колени. Ходить человеческими шагами непросто для пикси. У них большие головы, короткие ноги и слабые легкие. - Может из-за магического красного сияния из-под двери, или возможно, из-за оглушительного завывания временных ветров.
Дескант кивнул.
- Ты можешь быть прав, братец. И не думай, что я не слышу сарказма в твоем голосе.
Опал устало вышла из комнаты, ее лицо было темным, как ночь.
- Они ушли, - объявила она. - И тоннель почти закрылся. К тому же, мои туфельки уничтожены. Так что ребята, мне нужен козел отпущения.
Братья Брилл всего раз посмотрели друг на друга, затем развернулись и побежали настолько быстро, насколько позволяли их тонкие ножки.
Недостаточно быстро.
Пояснения
(0)Перевод осложнен словами Souq и Medina. Посмотрев разные словари разных языков, я пришел к выводу что Medina(фр.) - мусульманский квартал, старая мусульманская часть города, также нашел определение арабская часть города, в морокканских городах. Я взял первый перевод. А Souq - базар или торговая площадь, в моем переводе просто "Площадь".
(1) Нечто вроде игры слов: Fowl и foul - Фаул и гаденыш.
(2) Love you lots, miss you loads. Перевел как думал, но какие-то нестыковки есть с 3 лицом. Впрочем, вероятно что автор специально изменил слово.
(3) По-английски встать на чье-то место звучит как walk in smb's shoes - т.е. ходить в чьих-то ботинках.
(4)Типперэри - графство Ирландии. Дублин - столица.





ГЛАВА 14: Прореха в тузе

Элфи позволила себе расслабиться, как только они вошли в поток. Безопасное мгновение.
Джиджи был в безопасности. Скоро мать Артемиса поправится, и Элфи решила, что когда это случится, то она врежет бывшему другу кулаком по его самодовольному лицу.
- Я сделал то, что я должен был сделать,- сказал Артемис,- И я сделал бы это снова.
И она поцеловала его. Поцеловала его!
Элфи поняла мотивы Артемиса, но все равно её глубоко ранило то, что он чувствовал необходимость шантажировать её. Она помогла бы ему в любом случае. Определенно.
«Помогла бы? Не повиновалась бы уставу? Действительно ли Артемис был прав, выбрав такой путь?» - Элфи знала, что эти вопросы будут часто посещать ее еще много лет. Если она позволит им.
Этот переход был сложнее, чем раньше. Поток времени разрушал ее разум, он был как сладкий сироп, искушал её расслабиться, ослабить концентрацию. Завернутый в искрящиеся волны, ее мир казался не таким важным. Быть частью вечной реки казалось приятным способом существовать. И если волшебный народец будет уничтожен чумой, что из этого?
Присутствие №1 укололо ее сознание, поддерживая ее решение. Власть маленького демона была видна в потоке как мерцающая нить темно-красного цвета, натянутая сквозь миазмы. Что-то перемещалось в тени. Что-то стремительное, острое. Малой почувствовала зубы и кривые пальцы.

2009-12-26 в 23:28 

I get lonely easy. Damn it!!
Кажется №1 упоминал что-то о квантовых зомби? Это, скорее всего, было шуткой. Пожалуйста, пусть это будет шуткой!.
- Сконцентрируйся!- сказала Элфи себе. - Или ты растворишься в потоке.
Она могла чувствовать присутствие другого существа рядом с собой. Джиджи был удивительно спокоен, осматриваясь вокруг. Где-то на периферии ощущался Артемис, и его желание достичь цели было острым, как лезвие бритвы.
«У №1 случится удар, когда он увидит, что мы притащим», - подумала Малой,
№1 оказался не очень потрясенным, когда группа вереницей выпала из потока, застывая на полу комнаты Артемиса.
- Посмотри, никаких зомби? - спросил он зловеще шевеля своими пальцами.
- Слава тебе, Господи, - сказал Жеребкинс с телевизионных экранов, громко выдыхая воздух через широкие ноздри. - Это были самые долгие десять секунд моей жизни. Вы принесли лемура?
Отвечать не потребовалось, поскольку Джиджи решил, что ему нравится голос Жеребкинса и облизал ближайший экран. Язык небольшого примата затрещал, и он убежал назад, бросая сердитые взгляды на кентавра.
- Один лемур, - сказал кентавр. – А женской особи нет?
Малой встряхнула головой, чтобы прогнать звезды из глаз и туман из головы. Память о потоке казалась ей прошедшими мгновениями сна.
- Нет. Женской особи нет. Мы должны будем клонировать его.
Жеребкинс посмотрел мимо Малой на дрожащую фигуру на полу позади нее.
Кентавр поднял бровь. - Я вижу, что у нас есть.
- Давай поговорим об этом позже, - резко сказала Элфи, прерывая кентавра, - пока мы должны сделать кое-какую работу.
Жеребкинс глубокомысленно кивнул. - Я предполагаю, исходя из некоторых вещей, что у Артемиса есть какой-то план. Это для нас будет проблемой?
- Только если мы не остановим это, - сказала Элфи.
Артемис взял Джиджи на руки, поглаживая небольшой ирокез лемура и успокаивая его ритмичными щелчками языка.
Элфи чувствовала, что тоже успокаивается, но не под действием щелчков Артемиса, а видом ее собственного лица в зеркале. Она была снова самостоятельной; ее целостность полностью восстановилась. Взрослая женщина. Никакой больше подростковой угловатости. Она почувствует себя еще лучше, как только вернет своё оружие. Нет ничего лучше для повышения уверенности в себе, как Нейтрино на бедре.
- Сейчас я должен увидеть Мать, - мрачно сказал Артемис, вынимая костюм из платяного шкафа. - Какое количеством жидкости я должен ввести?
- Это - мощное вещество, - сказал Жеребкинс, вводя в кое-какие данные через свою клавиатуру. - Два кубика. Не больше. На прикроватной тумбочке лежит медицинский комплект Малой, там есть шприц. Будь очень осторожен при заборе ликвора. Там же есть обезболивающее. Смажь место укола у Джиджи, и он ничего не почувствует.
- Очень хорошо, - сказал Артемис, беря комплект. - Я пойду один. Я очень надеюсь, что Мать узнает меня.
- Я тоже, - согласилась Малой. - Или она может начать возражать против введения ликвора лемура совершенно незнакомым человеком.
Рука Артемиса зависла над хрустальной ручкой на двери спальни его родителей. В его гранях он мог видеть дюжину отражений его лица. Каждое было вытянутым и взволнованным.
Последний шанс. Мой последний шанс спасти ее.
- Я всегда пытаюсь спасти людей, - подумал он. - Я должен быть преступником. Где все пошло не так, как надо?
Нет времени для раздумий. Под угрозой находится нечто большее, чем золото или слава. Его мать умирала, и ее спасение находилось на плече Артемиса, ища в его голове блох.
Артемис положил пальцы на ручку двери. Нет времени, чтобы тратить его впустую на размышления, теперь время для действий.
Комната казалась более холодной, чем он помнил, но это вероятно была игра его воображения.
Все умы создают иллюзии. Даже мой. Восприятие холода – это проекция моего настроения, ничего больше.
Спальня его родителей была прямоугольной формы, простираясь по западному крылу от передней части дома в заднюю. Фактически, она напоминала больше квартиру, а не комнату, с залом и офисом в углу. Большая кровать под балдахином была повернута так, чтобы разноцветный свет от средневекового витража в окне летом падал напротив изголовья кровати.
Артемис аккуратно, как балерина, встал на коврик, стараясь не наступить на виноградную лозу на ткани.
Не становись на виноградную лозу и сделай девять шагов.
Неудача была нужна ему в последнюю очередь.
Ангелина Фаул растянулась на кровати, как если бы её бросили там. Ее голова откинулась назад так сильно, что линия от шеи до подбородка стала почти прямой, а ее кожа была настолько бледной, что казалась прозрачной.
- Она не дышит, - в панике подумал Артемис, и сердце в его груди затрепетало как птица в клетке. - Я был неправ. Я опоздал.
Вдруг все тело его матери забилось в судорогах, как будто она сделала болезненный выдох.
Тут решительность почти оставила Артемиса. Его ноги превратились в трясущееся желе, а лицо покраснело.
- Это - моя мать. Как я могу сделать то, что необходимо сделать?
Но он сделает это. Не было больше никого, кто мог бы сделать.
Артемис дотянулся до матери и мягко отодвинул пряди волос от её лица.
- Я - здесь, Мать. Все будет прекрасно. Я нашел лекарство.
Так или иначе, Ангелина Фаул услышала слова сына, и ее веки задрожали приоткрываясь. Даже радужка её глаз выцвела почти до ледяной голубизны зимнего озера.
- Лекарство, - вздохнула она. - Мой маленький Арти нашел лекарство.
- Правильно, - сказала Артемис. - Маленький Арти нашел лекарство. Это лемур. Помните, лемура с Мадагаскара, который был в Ратдаунском парке?
Ангелина подняла тонкий палец, щекоча воздух перед носом Джиджи.
- Небольшой лемур. Лечение.
Джиджи, напуганный видом истощенной женщины, прикованной к кровати, увернулся от нее и теперь находился сзади, на шее Артемиса.
- Хороший лемур, - сказала Ангелина и слабая улыбка тронула её губы.
- Я теперь взрослый, - подумал Артемис.- а она - ребенок.
- Я могу подержать его?
Артемис отодвинулся на полшага назад. - Нет, Мать. Пока нет. Джиджи - очень важное создание. Этот малыш поможет спасти мир.
- Позволь мне подержать его. Только на мгновение,- проговорила Ангелина сквозь зубы.
Джиджи пополз вниз по спинке жакета Артемиса, казалось он понял просьбу женщины и не хотел, чтобы она брала его.
- Пожалуйста, Арти. Если я подержу его, то это успокоит меня.
Артемис почти передала лемура. Почти.
- Это не вылечит вас, Мать, если вы будете просто держать его. Я должен ввести немного жидкости в вашу вену.
К Ангелине, казалось, возвращались силы. Она немного отодвинулась назад, скользя головой по спинке кровати вверх. - Разве ты не хочешь сделать меня счастливой, Арти?
- Я предпочитаю здоровье одномоментному счастью, - сказала Артемис, не делая ни единого движения, чтобы передать лемура.
- Разве ты не любишь меня, сын? - напевала Ангелина. - Разве ты не любишь твою мамочку?
Артемис живо отошел, стремительно открыл медицинский комплект и его пальцы сомкнулись вокруг автоматического шприца. Единственная слеза скатилась вниз по его бледной щеке.
- Я люблю Вас, Мать. Я люблю Вас больше жизни. Если бы Вы могли только знать то, что я сделал, чтобы найти маленького Джиджи. Только потерпите еще пять секунд, и этот кошмар будет закончен.
Глаза Ангелины лукаво сверкнули. - Я не хочу, чтобы ты вводил это лекарство, Артемис. Ты - не обученная медсестра. Нет ли здесь врача или я должна только мечтать об этом?
Артемис заправил шприц, ожидая, пока лампочка аккумулятора загорится зеленым цветом. Я делал уколы раньше, Мать. Я давал вам ваше лекарство и раньше, когда вы болели.

2009-12-26 в 23:29 

I get lonely easy. Damn it!!
- Артемис! – Ангелина захлопала ладонью по простыне. - Я требую, чтобы ты немедленно дал лемура мне! Сейчас же! И вызови доктора.
Артемис открыл флакон из медицинского комплекта. – У вас истерика, Мать. Вы не в себе. Я думаю, что я должен дать Вам успокоительное перед введением противоядия.
Он взял ампулу в руку другой рукой пытаясь поймать руку матери.
- Нет, - Ангелина фактически визжала, хлопая ладонью с удивительной силой. - Не лезь ко мне со своими ЛеППРКОНовскими успокоительными средствами, ты, глупый мальчишка.
Артемис замер. - ЛеППРЕКОН, Мать? Что Вы знаете о ЛеППРЕКОНе?
Ангелина выпятила губу, как виноватый ребенок. - Как? Я сказала ЛеППРКОН? Несколько букв, ничего больше. Они ничего не значат для меня.
Артемис сделал шаг назад, отходя от кровати и держа Джиджи в руках, как бы оберегая его.
- Скажите мне правду, Мать. Что здесь случилось?
Ангелина вдруг потеряла свой невинный облик, колотя исхудавшими кулаками по матрацу и визжа в расстройстве.
- Я презираю тебя, Артемис Фаул. Ты надоедливый человек. Как я ненавижу тебя.
Не каждый ожидает услышать такие слова от матери.
Ангелина вдруг успокоилась и лежала на кровати, выпуская пар вместе с яростью. Реально выпуская пар. Ее глаза вылезли из орбит, а сухожилия на ее руках и шее казались стальными кабелями. Все время она разглагольствовала.
- Когда у меня будет лемур, я уничтожу вас всех. ЛеППРКОН, Жеребкинса, Джулиуса Крута. Всех вас. Я пошлю собак с лазерами вниз, в каждый туннель в коре Земли, пока не выкурю того гнусного карлика. А что касается этой женщины- капитана, то я промою ей мозги и сделаю ее моей рабыней. - Она бросила на Артемиса взгляд полный ненависти. – Готовься к мести. Ты не согласен со мной, сын мой? - Последние два слова капали с ее губ как яд от клыков гадюки.
Артемис держал Джиджи близко к себе. Он мог чувствовать дрожь маленького существа на его груди. А может быть дрожал он сам.
- Опал, - сказал он. - Вы последовали за нами сюда.
- Наконец-то! - закричала мать Артемиса, голосом Опал. – Великий генияльный мальчишка увидел правду. - Руки и ноги Ангелины напряглись, и она поднялась с кровати, окруженная мутной дымкой испарений. Ее светло-голубые глаза сузились, пронизывая сквозь туман Артемиса своим безумным светом.
- Ты думал, что ты можешь победить? Ты полагал, что сражение выиграно? Как забавно ты заблуждался. У тебя даже нет волшебства. У меня же, с другой стороны, больше волшебства, чем у любого другого из волшебного народца, начиная с колдунов демонов. И, как только у меня будет лемур, я буду бессмертна. -
Артемис закатил глаза. - Не забывай о непобедимости.
- Я ненавиж-ж-жу тебя! - визжала Опал-Ангелина. - Когда у меня будет лемур, я... Я...
- Убьешь меня каким-нибудь ужасным способом, - предложил Артемис.
- Точно. Спасибо.
Тело Ангелины вертелось натянуто, пока она не парила вертикально, ее ореол заряженных волос, чистящих потолок.
- Сейчас же, - сказала она, указывая истощенным пальцем на сжавшегося Джиджи. - Дай мне это существо.
Артемис завернул лемура в свой жакет.
- Подойди и забери его, - сказал он.

В кабинете, Малой быстро рассказала теорию Артемиса.
- Это так? - спросил Номер Первый, когда Элфи закончила обьяснения, - Ты не упустила ничего важного? Все это имеет хоть какой-нибудь смысл?
- Все это смешно! - вставил свое замечание Жеребкинс с мониторов. – Вы выполнили свою часть работы. Возвращайтесь. Пора назад, под землю.
- Скоро, - сказала Элфи. - Давайте только дадим Артемису пять минут, чтобы проверить эту теорию. Все, что от нас требуется - быть готовыми.
Вздох Жеребкинса потрескиванием донесся из колонок. - Хорошо, по крайней мере позвольте мне поднять шаттл. Группа оперативников находится в Таре, дожидаясь, пока их отзовут.
Малой обдумала это. - Хорошо. Сделай это. Что бы ни случилось, мы должны быть готовы уехать. И когда ты закончишь, сделай зачистку, проверь, что видела та медсестра.
Жеребкинс повернулся влево, чтобы отправить запрос в Тару.
Малой ткнула пальцем в Номера Первого. – Держи немного своей особой магии на кончиках пальцев, вдруг она потребуется. Я не буду чувствовать себя в полной безопасности, пока Ангелина больна, а я не пью синтезированное кофе в баре Гавани.
Номер Первый поднял свои руки и они окутались красной рябью силы. - Никаких проблем, Элфи. Я готов ко всему.
Это было одно из тех утверждений, которым недоставало достоверности.
В ту же самую долю секунды, мониторы вдруг погасли, а дверь открылась с такой силой, что ручка воткнулась в стену. Огромное тело дворецкого заполнило дверной проем.
Улыбка скользнула по губам Элфи, когда она заметила пистолет в руке телохранителя и темные зеркальные очки, закрывающие его лицо.
Он вооружен и не хочет быть загипнотизированным.
Малой была быстрой, но Дворецкий был еще быстрее, кроме того у него был элемент неожиданности - в конце концов, он должен был быть на пути к Китаю. Малой бросилась к своему оружию, но Дворецки был уже там и вырвал Нейтрино из ее рук.
- У нас есть другие уловки, - подумала Малой, - У нас есть магия. Номер Первый легко может поджарить его пятки.
Дворецкий затащил что-то в комнату на вагонетке. Это был стальной бочонок с рунами, выгравированными на металле.
Что это? Что он делает?
Номер Первый сумел бросить единственную молнию. Она опалила рубашку Дворецки, сбив его с ритма, но в это время он как раз наклонился назад, протаскивая вагонетку мимо себя и рывком затягивая ее в комнату. Жирная слизь выплеснулась из открытого бочонка на ноги Номера Первого. Вагонетка прокатилась вперед, сбивая Малой и демона-колдуна как кегли.
Номер Первый уставился на свои руки, поскольку магия на кончике каждого пальца лишь слабо мигало, подобно затухающей свечке.
- Я не чувствую себя великим, - застонал он, затем закатил глаза и зашептал древние заклинания, но от этого не стало ни на йоту лучше.
- Что находится в этой бочке? – задалась вопросом Малой, мечтая выпустить крылья своего костюма. Дворецки ухватил Малой за лодыжку, пока она не успела убежать, и засунул ее в бочку. Она чувствовала маслянистый запах вокруг нее. Он как влажный кулак, забивал ей нос и горло.
Запах был отталкивающим.
- Жир животных, - поняла она, содрогаясь от ужаса. Чистый топленый жир.
Жир животных тысячелетиями использовался как подавитель волшебства. Даже самый мощный колдун становился беспомощным, если его опускали в этот жир. Вы бросаете колдуна в бочку с жиром, запечатываете его вместе с корой дуба и закапываете на освященном человеческом кладбище, и этот колдун становится беспомощным, как котенок в мешке. Это становилось еще более ужасным из-за того, что большинство представителей волшебного народца были вегетарианцами и точно знали, сколько животных должно погибнуть, чтобы набрать эту бочку жира.
- Кто сказал Дворецкому об этом? - задавалась вопросом Малой. - Кто управляет им?
Когда Номера Первого запихнули в бочку рядом с ней, уровень жира повысился настолько, что покрыл их головы. Малой всплыла наверх и протерла глаза, чтобы успеть заметить, как крышка бочки опускается, закрывая солнечный свет.
- Никакого шлема, - пожаловалась она, – жаль, что у меня нет моего шлема.
Тут крышка закрылась. Жир проник под ее купальник и растекся по телу, он обволакивал ее лицо, забивал уши. Злые чары кружили как ядовитые змеи, удерживая ее магию в ужасе.
- Напрасно, - подумала Малой. - Худшая смерть, что я могу себе вообразить. Запечатанная в маленьком пространстве. Как моя мать.
Номер Первый дрожал около нее. Маленький колдун должен чувствовать себя ужасно, как будто душу высасывали прямо из него.
Малой запаниковала. Она пиналась и боролась, ушибая локти и сбивая кожу с коленей. Там, где волшебство пробовало излечить ее раны, злые чары усиливались, поглощая искры магии.

2009-12-26 в 23:29 

I get lonely easy. Damn it!!
Она почти открыла рот, чтобы закричать. Одна простая вещь остановила ее. Что-то появившееся напротив ее лица. Рифленая труба. Их было две.
Трубы для дыхания...
Трясущимися пальцами Элфи ощупала трубу по всей длине. Она боролась с собой, чтобы не запихнуть трубу в рот Номера Первого. В критической ситуации, всегда следует позаботиться, прежде всего, о себе, а затем только обращать внимание на гражданских лиц.
Таким образом, Элфи использовала свой последний вздох, чтобы очистить трубу, как водолаз чистит ее. Она представила себе, как капли жира разлетаются по комнате.
- Я надеюсь, что костюм Дворецки испорчен, - подумала она.
Теперь нет никакого выбора, только выдохнуть. Воздух, смешанный со зловешими каплями, просвистел по трубке. Малой подула снова, избавляясь от последних следов жира.
Теперь Номер Первый. Его движения становились все слабее, поскольку его сила уменьшалась. Для любого с такой сильной магией ее исчезновение должно быть почти невыносимо. Малой закрыла свою трубу большим пальцем, затем очистила вторую, перед тем, как засунуть ее в рот Номеру Первому. Сначала не было никакой реакции, и она уже решила, что слишком поздно. Но вдруг Номер Первый задергался и захрипел, как старый мотор в морозное утро.
- Живой, - подумала Малой. Мы оба живы. Если бы Дворецки хотел нас убить, то мы давно были бы мертвы.
Она уперлась ногами в дно бочки и крепко обняла Номера Первого. Здесь необходимо спокойствие.
- Спокойно, - старалась внушить она с помощью телепатии, хотя знала, что эти способности у Номера Первого сейчас ослаблены.
- Спокойно, маленький друг. Артемис спасет нас.
«Если он жив», - подумала она, но передавать не стала.
Артемис отступал назад от кошмарной версии его матери, которая парила перед ним. Джиджи визжал и взбрыкивал в его руках, но Артемис крепко держал его, автоматически поглаживая крошечный хохолок волос на его голове.
- Передай это существо мне, - потребовала Опал. – У тебя нет выбора.
Артемис обхватил горло Джиджи пальцами.
- О, я думаю, что у меня есть выбор.
Опал испугалась. - Ты не сможешь убить невинное существо.
- Я сделал это раньше.
Опал посмотрела ему в глаза. - Я не думаю, что ты сделаешь это снова, Артемис Фаул. Моя волшебная интуиция говорит мне, что ты не настолько жестокий, каким пытаешься казаться.
Это было верно. Артемис знал, что он не может навредить Джиджи, даже чтобы разрушить планы Опал. Однако не было причин говорить ей об этом.
- Мое сердце как глыба льда, пикси. Поверь в это. Можешь использовать свою магию, чтобы найти мою душу.
Его тон заставил Опал сделать паузу. В нем были стальные нотки, и ей трудно было не поверить его словам. Возможно, она не должна так опрометчиво спорить с ним.
- Очень хорошо, человек. Передай мне это существо, и я сохраню жизнь твоим друзьям
- У меня нет друзей, - кратко бросил Артемис назад, хотя и знал, что это совершенный блеф. Опал была здесь по крайней мере несколько дней. Она несомненно контролировала камеры наблюдения поместья.
Опал-Ангелина потерла подбородок. - Хм, никаких друзей. Кроме эльфа ЛеППРКОНа, с которым ты путешествовал в прошлое, и, конечно, колдуна-демона, который послал вас туда. Не считая твоего большого телохранителя.
- Аллитерация, - подумал Артемис. - Она играет со мной.
- С другой стороны, - размышляла Опал-Ангелина, - Дворецки действительно больше не твой друг. Он мой.
Это было тревожной новостью, и возможно истинной. Артемис обычно хорошо понимал язык тела и жестов, но это сумасшедшая версия его матери сбивала его с толку.
- Дворецки никогда бы сам не стал помогать тебе! - Опал пожала плечами. Это было правдой. – Кто-то говорил, что он делал это охотно?
Артемис побледнел. – Ох-х.
- Позволь мне объяснить, что случилось, - сладко сказала Опал. - Я изменила память моих маленьких помощников так, что бы они не смогли ничего сообщить обо мне, а затем улетели на шаттле обратно в Гавань. Потом я успела влететь в ваш поток времени до того, как он закрылся. Это очень просто с моими-то способностями. Вы даже не замаскировали вход в него.
Артемис щелкнул пальцами. - Я знал, что я что-то забыл.
Опал улыбнулась тонкими губами. - Забавный. Так или иначе, это стало очевидным для меня, что я была или буду ответственной за все это дело, таким образом я выпала из потока на несколько дней раньше и не торопясь познакомилась с твашим семейством. Мать, отец, Дворецки.
- Где - моя мать? - закричала Артемис, гнев пробивался сквозь его спокойствие, подобно молотку через лед.
- Почему я - прямо здесь, любимый, - сказала Опал голосом Ангелины. - Я действительно больна, и ты мне нужен, чтобы вернуться в прошлое и принести волшебную обезьяну для меня. - Она насмешливо засмеялась. - Люди - такие дураки. -
- Значит это не заклинание перевоплощения?
- Нет, идиот. Я была абсолютно уверена, что Ангелина будет обследована. Заклинание перевоплощения только видимость и даже такой гений, как я может применять его только на короткий период времени.
- Это означает, что моя мать не умирает? - Артемис знал ответ, но он должен был убедиться.
Опал оскалила зубы, разрываясь между нетерпением и желанием показать весь блеск ее плана.
- Еще нет. Хотя скоро повреждение ее органов станет необратимым. Я контролирую ее на расстоянии. Особая форма гипноза. С моей силой я могу управлять ее организмом. Подражание Спелтропи было детской игрушкой. И как только я получу маленького Джиджи, я смогу открыть мой собственный проход во времени.
- То есть ты находишься где-то рядом? Настоящая ты?
Опал надоели вопросы. - Да, нет. Разве это имеет значение? Я побеждаю, ты проигрываешь. Прими это, или кто-нибудь умрет.
Артемис продвинулся к двери. - Эта игра все же еще не закончена.
Вдруг снаружи раздались мерные шаги и странный ритмичный писк. - Тачка, - предположил Артемис, хотя и не имел большого опыта работы с данным приспособлением.
- О, я думаю, что эта игра уже закончена, - хитро сказала Опал.
Тяжелая дверь слетела с петель, как будто ее вышибли снаружи. Дворецки, спотыкаясь и дрожа от усилий, толчками втащил вагонетку в комнату.
- Он силен, - сказал Опал, почти в восхищении. - Я загипнотизировала его, но все равно он отказался убить твоих друзей. Глупое человеческое сердце почти взорвалось. Все, что я смогла заставить его сделать, это построить бочку и заполнить ее жиром.
- Чтобы задушить магию волшебных существ, - предположил Артемис.
- Конечно, идиот. Теперь игра совершенно точно закончена. Закончена. Дворецкий - мое скрытое преимущество, как могли бы сказать вы, люди. У меня все тузы на руках. Ты один. Отдай мне лемура и я вернусь в свое время . И никто не пострадает.
- Если Опал получит лемура, то пострадает вся планета, - подумал Артемис.
Опал щелкнула пальцами. - Дворецки, заберите животное.
Дворецки сделал единственный шаг к Артемису и остановился. Его широкая спина мучительно задрожала, а пальцы скрючились, словно пытались скрутить невидимую шею.
- Я сказала, забери животное, ты, глупый человек.
Телохранитель упал на колени, ударяя кулаками об пол и пытаясь изгнать голос из своей головы.
- Дай мне лемура сейчас же! - вопила Опал.
Дворецки сохранил достаточно сил, чтобы произнести три слова: - Иди… в… ад…
Вдруг он схватился рукой за грудь и упал.
– Упс, - сказала Опал. - Сердечный приступ. Я убила его.
- Оставайся сосредоточенным, - приказал себе Артемис, - Опал, возможно, и держит все тузы в руках, но в одном из этих тузов есть дыра.
Артемис пощекотал Джиджи под подбородком. - Спрячься, маленький друг. Спрячься.
С этими словами он подбросил лемура к люстре, висящей на потолке. Джиджи забарахтался в воздухе, а затем ухватился за стеклянную переборку люстры. Он проворно влез внутрь, спрятавшись среди листьев-кристаллов.

2009-12-26 в 23:30 

I get lonely easy. Damn it!!
Опал немедленно потеряла интерес в Артемису, пытаясь поднять тело Ангелины до уровня люстры. Расстроено завизжав, она поняла, что такая высота непосильна даже для существа с ее силами.
- Доктор Шолк! - закричала она, и где-то ее настоящий рот произнес то же самое. - В спальню, Шолк!
Артемис запомнил эту информацию, а затем, увернувшись от Опал, склонился около кровати матери. Переносной дефибриллятор стоял среди разного медицинского оборудования, расположенного вокруг кровати под балдахином, и Артемис, быстро включив его, протянул все это хитрое приспособление туда, где лежал Дворецки.
Телохранитель лежал лицом вверх, раскинув руки, как будто на его груди лежал невидимый валун. Его лицо было перекошено от напряжения. Глаза закрыты, зубы сжаты, испарина на лбу.
Он расстегнул рубашку Дворецкого, открывая бочкообразную грудную клетку, покрытую шрамами и мощной мускулатурой. Поверхностное обследование показало, что сердце не бьется. Тело Дворецки уже умерло, но его мозг был еще жив.
- Держись, старый друг, - пробормотала Артемис, стараясь сосредоточиться.
Он вытащил электроды из кобуры, снимая с их контактной поверхности защитную пленку и покрывая их специальным электропроводящим гелем. Пока он ждал, когда накопится заряд, электроды, казалось, становилось все тяжелее с каждой минутой. К тому времени, как лампочка-индикатор заряда загорелась зеленым, они были подобно каменным глыбам в его руках.
- Разряд! - воскликнул он, ни к кому особенно не обращаясь, когда поместил электроды на грудь Дворецки. Он нажал кнопку, находящуюся по его большим пальцем, посылая 360 джоулей в сердце своего телохранителя. Тело Дворецки выгнулось, и Артемис почувствовал резкий запах горящих волос и кожи. Гель стал хрупким и вспыхнул, выжигая два круга в местах, где электроды вступили в контакт с кожей. Глаза Дворецки резко открылись и его огромные руки обхватили плечи Артемиса.
Он все еще раб Опал?
- Артемис, - выдохнул Дворецки, но затем смущенно нахмурился. - Артемис? Как?
- Позже, старый друг, - резко сказал ирландский мальчик, мысленно переходя к следующей проблеме. – Пока просто отдыхай.
Этот приказ ему не потребовалось повторять. Дворецки тут же снова потерял сознание, но его сердце продолжало уверенно биться в груди. Он был мертвым не настолько долго, чтобы его мозг успел погибнуть.
Следующей проблемой Артемиса была Опал, или, если сказать более точно, ему необходимо было вытряхнуть ее из тела матери. Артемис сомневался, что мать сможет выздороветь после такого испытания, если этого не сделать как можно скорей.
Артемис, сделав несколько вдохов, собрался с силами и переключил все свое внимание на парящее тело его матери. Она кружилась под люстрой, не в силах подняться выше и пыталась ухватить Джиджи, который, казалось, насмехался над ней, махая ей всеми четырьмя лапами.
Эта ситуация может стать более ирреальной?
Тут Доктор Шолк вошел в комнату, размахивая пистолетом, который казался слишком большим для его тонких рук.
- Я - здесь, ваше высочество. Хотя должен сказать, что мне не нравится ваш тон. Я могу быть зачарован, но я не животное.
- Да замолчи, Шолк. Я вижу, что мне придется поджарить еще несколько твоих мозговых клеток. А сейчас, пожалуйста, принеси мне этого лемура.
Шолк показал четырьмя пальцами своей свободной руки на люстру.
- Лемур очень высоко, не так ли? И как вы хотите, чтобы я достал его? Может мне убить его?
Опал со свистом бросилась вниз, она была похожа на гарпию. – Нет! – вопила она, колотя его по голове и плечам. - Я сама сотню раз убью тебя до того, как ты сможешь повредить хоть волоску на его шкуре. Он - будущее. Мое будущее! Всемирное будущее!
- Действительно, - сказал доктор. – Будь я не загипнотизирован, я подозреваю, что я бы сейчас зевал.
- Стреляй в людей, - скомандовала Опал. - Сначала в мальчика, он самый опасный.
- Вы уверены? Мне кажется, человек-гора более опасен.
- Стреляй в мальчишку! - расстроено взвыла Опал, слезы злости текли вниз по ее щекам, - Затем в Дворецки, и в конце – в себя!
Артемис сглотнул. Это резко уменьшало их шансы; его сообщник должен сделать свой ход.
- Очень хорошо, - сказал Шолк, пытаясь снять с предохранителя зауэр Дворецки, - Что-нибудь, чтобы избежать этой сцены.
- У меня всего несколько секунд до того, как он сообразит как поймать лемура. – подумал Артемис, - Секунды, чтобы отвлечь Опал. Нет времени, чтобы что-то сделать, но можно показать дыру ее тузе.
- Ну-ка, Опал, - сказал Артемис, со спокойствием, которого он не чувствовал. - Ты же не будешь стрелять в десятилетнего мальчика, не так ли?
- Я абсолютно уверена, что буду, - сказала Опал без малейшего колебания. - Я рассматриваю вопрос о твоем клонировании, чтобы я могла убить тебя много раз. Это будет блаженством!
Затем до нее дошло все, что сказал Артемис.
- Десять? Ты сказал, что тебе десять лет?
Артемис забыл обо всех опасностях, окружающих его, потерявшись в сладком мгновении триумфа. Это опьяняло.
- Да, именно это я и сказал. Мне десять. Моя настоящая мать сразу бы заметила это.
Опал, размышляя, укусила сустав указательного пальца левой руки Ангелины.
- Ты - Артемис Фаул из моего времени? Они притащили сюда и тебя!
- Это очевидно.
Опал, поднятый назад через воздух, как если бы взятый ветром.
- Есть другой. Здесь где-то другой Артемис Фаул.
- Наконец! - сказал с ухмылкой Артемис. – Гениальная пикси видит правду.
- Убейте его, - вопила Опал. - Прикончите его немедленно. Сейчас же.
Шолк поправил свои очки. - Сразу и немедленно. Это должно быть важно.
Опал наблюдала, как он уходил со жгучей ненавистью в глазах. - Когда это закончится, я собираюсь разрушать это поместье просто из злости. И затем, когда я вернусь в прошлое, я…
- Не говори мне, - прервал ее десятилетний Артемис Фаул. - Ты разрушишь его снова.


Родовое поместье Фаулов, Восемь лет назад.

Когда у четырнадцатилетнего Артемиса появилось несколько мгновений, чтобы обдумать, что произошло между подкопом под ограду парка и обманом жуткого Выжигателя, он понял, что было много оставшихся без ответа вопросов о болезни его матери. Он, возможно, заразил ее Spelltropy, но кто передал эту болезнь ему? Магия Малой попадала в его организм и раньше, но сама она была крепка и бодра. Почему она не заболела? Или, например, как Дворецки избежал инфекции? Его так часть лечили магией, что он должен быть уже наполовину волшебным существом.
Из всех тех тысяч людей, которых гипнотизировали и которым стирали память каждый год, только его мать заболела. Мать единственного человека на Земле, который мог в этой ситуации что-то предпринять. Слишком много совпадений. Безусловно, слишком много совпадений.
Так. Или кто - то преднамеренно заразил его мать, или признаки волшебно дублировались. Можно выбрать любой способ, но результат останется тем же: Артемис должен отправиться назад во времени, чтобы найти противоядие. Лемура Джиджи.
А кто хочет получить Джиджи так же сильно, как и Артемис? Ответ на этот вопрос лежит в прошлом. Опал Кобой, конечно. Маленький примат был последним компонентом в ее волшебном коктейле. С его ликвором в ее крови она была бы буквально самым могущественным существом на планете. И если Опал не смогла получить лемура в своем времени, она может получить его в будущем. Неважно как. Скорее всего, она последовала за ними через поток времени и выскочила из него на несколько дней раньше, чтобы успеть организовать целое дело. По-видимому, как только она получит ликвор Джиджи, найти путь назад в прошлое для нее не будет проблемой.
Это было запутанно даже для Артемиса. Опал не появилась бы в его времени, если бы он не отправился в прошлое. А он отправился туда только из-за ситуации, которую создала Опал. Потому что он пытался вылечить мать, которую смогла заразить Опал.
Но только в одном он был уверен – за всем этим стояла Опал. Она была за ними и перед ними. Зажала их группу в свои тиски. Парадокс времени.
- В этом уравнении есть две Опал, - подумал Артемис. - Я думаю, что дальше должно быть два Артемиса Фаула. Таким образом, план приобрел форму в его голове.

2009-12-26 в 23:31 

I get lonely easy. Damn it!!
Как только молодой Артемис был проинформирован обо всех деталях и был убеждена в их точности, он сразу же согласился сопровождать их в будущее, несмотря на громкие возражения Дворецкого.
- Это - моя мать, Дворецкий, - сказал он просто. - Я должен спасти ее. Сейчас я приказываю тебе оставаться с ней, пока я не вернусь. Так или иначе, как они могут надеяться преуспеть без меня?
- Действительно, как? - задалась вопросом Элфи Малой, испытывая огромное удовольствие от того, что высокомерный вид мальчика сдулся, подобно воздушному шарику, когда поток времени открылся перед ним, как утроба огромной змеи из компьютерных игр.
- Выше голову, Вершок, - сказала она, когда Артемис младший увидел, как его рука начала распадаться, - И берегись квантовых зомби.
Путешествие в потоке времени было сложным для Артемиса старшего. Любой другой бы уже распался на атомы под действием потока времени, но Артемис скрепил себя одной только силой воли. Он сосредоточился, максимально напрягая свой интеллект, решая недоказуемые теоремы с большими кардиналами и составляя окончание для незаконченной Симфонии Шуберта N°8.
Пока он работал, Артемис ощущал нечетный иронический комментарий от своего младшего я.
- Больше в си-минор? Ты действительно так думаешь?
Он всегда был таким неприятным? Как утомительно. Редко удивляющиеся люди в обще-то не нравились ему.


Родовое поместье Фаулов, Настоящее время

Вернувшись в свое время, Артемис старший задержался в собственном доме ровно на столько, сколько потребовалось, чтобы захватить свою одежду. Прежде чем выйти из кабинета, он предупредил Жеребкинса и Номера первого держать язык за зубами тихим «ш-ш-ш». Он быстро прошел по коридору к шахте кухонного лифта, располагавшейся рядом с буфетом на втором этаже. Это был не самый прямой маршрут к наблюдательному центру. Вообще-то маршрут был окольным и неуклюжим, но это был единственный способ пройти через дом необнаруженным.
Дворецкий полагал, что он держит под наблюдением каждый квадратный дюйм поместья, кроме личных комнат Фаулов, но Артемис давно разработал маршрут, как пройти через дом, не попадая на камеры видеонаблюдения. Он включал в себя прятки по углам, ходьбу по мебели, путешествие на сервировочных столиках и при наклоне больших зеркал на определенный угол.
Конечно, существовала возможность того, что враги смогут вычислить те же самые тропы, координаты и углы наклона, и тоже смогут попасть необнаруженными в дом. Возможно, но очень невероятно, без знания укромных уголков и закоулков, которых нет ни на каких планах.
Артемис зигзагами пробрался вниз по коридору, на секунду задержался позади камеры наблюдения, а затем быстро проник в шахту кухонного лифта. К счастью, там находилась коробка лифта, иначе он вынужден был бы встать спускаться вниз по тросу, а лазанье по канату не было одной из его сильных сторон. Артемис аккуратно приблизился к выходу лифта и нажал кнопку первого этажа, быстро убирая руку, чтобы опускающийся лифт не защемил руку. В это время, наверное, система безопасности зарегистрировала спуск сервировочного столика, но это не должно вызвать тревогу.
Оказавшись на кухонном уровне, Артемис прокатился по полу и открыл дверь холодильника, чтобы прикрыть свое продвижение в кладовую. Глубокие тени скрыли его, пока камера не повернулась далеко от другого дверного проема, разрешая ему запрыгнуть на стол и выскочить наружу.
Артемис непрерывно размышлял. План.
Возьмем наихудший вариант. Маленький Артемис беспомощен, Малой и Номер Первый уже выведены из строя. Вполне возможно, что кто-то, например, Дворецки, был загипнотизирован и сделал это. Опал, наверное, где-нибудь около центра управляет моей матерью. Это была Опал, это она могла видеть магию внутри меня. Не Мать. Она убрала заклинание, которое я наложил на родителей.
И, конечно же, си минор. Если вы начинаете в си-минор, то и заканчивать тоже должны в си-минор. Любой дурак знает это.
Средневековые рыцарские доспехи стояли в прихожей. Это были те же самые доспехи, которые Дворецкий надел, чтобы сразиться с троллем, когда Артемис старший пропал пять лет назад. Артемис медленно приблизился к ним, стараясь находиться напротив абстрактного серо-черного гобелена, совершенно скрывавшего его. После того, как ему удалось спрятаться за рыцарскими доспехами, он подтолкнул раму ближайшего зеркала, чтобы оно отразило солнечные лучи прямо в глазок камеры в прихожей.
Теперь путь в наблюдательный центр был свободен. Артемис целеустремленно зашагал в кабинет. Именно там должна быть Опал, он был уверен в этом. Оттуда она могла наблюдать за всем домом. Он находился прямо под спальней Ангелины, и если Опал действительно управляла матерью, то она должна быть как можно ближе к ней.
Через несколько метров он понял, что был прав. Артемис услышал разглагольствующий голос Опал.
- Есть другой. Здесь где-то другой Артемис Фаул.
Или его интеллект уменьшился, или молодой Артемис вынужден был рассказать их план.
- Убейте его, - вопила Опал. - Прикончите его немедленно. Сейчас же.
Артемис спокойно прошел в центр наблюдения, это был чулан в прихожей, который раньше был раздевалкой, складом оружия и камерой для заключенных. Теперь здесь разместился компьютерный стол, похожий на стол редактора, и стойки с экранами, показывающими жилые комнаты дома и окружающую территорию поместья.
Перед стойкой с мониторами находилась Опал, одетая в костюм ЛеППРЕКОНа Малой. Она не потратила ни минуты на кражу волшебного костюма. Она просто взяла его в сейфе, куда положил его Артемис.
Маленькая пикси была сверхзанята: просматривала экраны, поддерживала дистанционное управление матерью Артемиса. Ее темные волосы были пропитаны потом, а ее детские руки тряслись от усилий.
Артемис прокрался в комнату, быстро набирая код на сейфе с оружием.
- Когда это закончится, я собираюсь разрушать это поместье просто из злости. И затем, когда я вернусь в прошлое, я…
Опал замерла. Откуда-то раздался щелкающий шум. Она повернулась и увидела Артемиса Фаула, направившего на нее какое-то оружие. Она немедленно бросила все, отчаянно направив все свои силы в гипноз.
- Положи оружие, - произнесла она нараспев, - Ты - мой раб.
Артемис немедленно почувствовала себя одурманенным, но он уже нажал спусковой крючок и длинная игла, смоченная Дворецки в специальной смеси кураре и транквилизаторов, погрузилась в шею Опал, которая не была защищена костюмом. Это был один выстрел на миллион, поскольку Артемис не умел обращаться с огнестрельным оружием. Как Дворецки выразился: Артемис, ты может быть и гений, но стрельбу оставь мне, потому что ты не сможешь попасть даже в заднюю часть стоящего слона.
Опал быстро сконцентрировалась на месте укола, поливая его волшебными искрами, но было уже слишком поздно. Препарат проникал в ее мозг, ослабляя контроль за ее магией.
Она начала колебаться и мерцать, чередуя настоящий облик пикси с обликом мисс Бук.
Мисс Бук, - подумал Артемис. - Мои подозрения подтвердились. Единственный незнакомец в уравнении.
Периодически, Опал исчезала целиком, включив мерцающий щит. Выстрелы магии из ее пальцев прожгли экраны перед Артемисом до того, как он смог увидеть, что происходит наверху.
- Теперь я могу стрелять, - нечленораздельно произнесла она. - Я постаралась сконцентрировать достаточно магии за целую неделю.
Магия сместилась и закружилась в водовороте, рисуя картину в воздухе. Это был грубый набросок Жеребкинс, и он смеялся.
- Я ненавижу тебя, кентавр! - кричала Опал, прыгая около и сквозь иллюзорное изображение. Затем ее глаза закатились и она кучей упала на пол и захрапела.
Артемис поправил свои шнурки.
- Фрейд, - был уверен он, - почувствовал бы себя абсолютно счастливым, проведя целый день с ней.

Артемис поспешил наверх в комнату его родителей. На ковре была лужа комковатого жира. Два ряда следов волшебных существ вели от большой перламутровой лужи в соседнюю ванную комнату. Артемис услышал сильный шум, напоминающий стук дождя по черепице.
Опал использовала жир животных, чтобы подавить магию Номера Первого. Как отвратительно. Как жутко.
Юный Артемис изучал растекшуюся массу липкого вещества.
- Послушай, - сказал он, обращаясь к себе старшему, - Опал использовала жир животных, чтобы подавить магию Номера Первого. – Как изобретательно.

2009-12-26 в 23:33 

I get lonely easy. Damn it!!
Шум, напоминающий дождь был шумом рвоты и жалоб. Дворецки поливал Малой и Номера Первого из шланга и они были не очень счастливы и не очень здоровы.
Но живы. Оба живы.
Ангелина лежала в своей кровати, завернутая в одеяло на гусином пуху. Она была бледной и ошеломленной, но, кажется, легкий румянец начал покрывать ее щеки, или это было только в вображении Артемиса? Она слегка закашляла, и тут же оба Артемиса были около нее.
Более старший Артемис поднял бровь, посмотрев на себя младшего. – Ты можешь видеть, что эта магия такая неудобная, - пошутил он.
- Действительно могу, - уступил десятилетний. – Почему я не могу осмотреться вокруг в твоем… в моем кабинете? Может наткнусь на что-нибудь интересное.
- Это - проблема, - понял Артемис. - Моя собственная любознательность. Возможно, я не должен был обещать не стирать память себе младшему. Что-то надо делать.
Ангелина открыла глаза, утомленно смотря из темных кругов. Они были синими и спокойными.
- Артемис, - сказала она, ее голос напоминал трущиеся друг об друга куски дерева. – Мне приснилось, что я летала. И была обезьяна... -
Артемиса затрясло от облегчения. Она была в безопасности; он спас ее.
- Это был лемур, Мать. Мама.
Ангелина улыбнулась бледными губами и протянула руку, чтобы коснуться его щеки.
- Мама. Я так долго ждала, чтобы услышать, как ты говоришь это. Так долго.
С этой улыбкой Ангелина откинулась назад на подушки и уснула глубоким естественным сном.
- Это к лучшему, - решил Артемис. – Иначе она может заметить Джиджи в ванной или жирное пятно на ковре. Или второго Артемиса, прячущегося за книжным шкафом.
Дворецки появился из ванной комнаты, промокший до нитки, рубашка расстегнута, подпалины от электродов были видны на его коже. Он был более бледен, чем обычно, и был вынужден прислониться к дверной раме для поддержки.
- Снова здравствуй, - сказал он более старшему Артемису. – Этот малыш весь в отца. Он хорошо подзарядил мое сердце.
- Он – это я в прошлом, - сказал, скривившись, Артемис.
Дворецкий резко показал большим пальцем за свое плечо. – Тем двоим не понравилось их пребывание в бочке.
- Жир животных это яд для волшебных существ, - объяснил Артемис. - Блокирует магию. Возвращает им их собственную магию испорченной.
Дворецки сдвинул брови. - Опал заставила меня сделать это. Она... Мисс Бук приблизилась ко мне в главных воротах, когда я поехал в аэропорт. Я был пойман в ловушку в моем собственном черепе.
Артемис похлопал по предплечью своего телохранителя. - Я знаю. Не надо извиняться.
Дворецкий вспомнил, что у него не было оружия, и вспомнил, у кого оно действительно было. - Что ты делал с Шолком? Нокаутировал?
- Нет. Наши дорожки не пересекались.
Дворецкий зашел в спальню, Артемис наклонился к нему. - Опал управляет им, хотя он заставляет ее потрудиться для этого. Нам необходимо обезвредить их сейчас же.
Им понадобилось несколько минут, чтобы добраться до наблюдательного центра, поскольку Дворецки с трудом передвигался по стенам, и к тому времени Опал уже ушла. Артемис подбежала к окну как раз вовремя, чтобы увидеть, как тупой багажник старинного Мерседеса исчезает за поворотом. Маленькая фигура подпрыгивала на заднем сиденье. Два прыжка, в первый раз это была Опал, во-второй - мисс Имоджен Бук.
- Уже снова в ее власти, - понял Артемис.
Дворецки, задыхаясь, подошел к нему.
- Это все же еще не закончено, - сказал он.
Артемис не ответил на комментарий: Дворецки просто сказал очевидное.
Тут звук мотора машины усилился.
- Шум изменился, - сказал Дворецкий. - Она возвращается.
Хотя он и ожидал этого, Артемис почувствовала, как в сердце пробрался холод.
- Конечно, она возвращается, - подумал он. – у нее никогда не будет такого шанса как этот. Дворецки может только идти. Малой и Номер Первый будут ослаблены еще несколько часов, а я – всего лишь человек. Если она отступит теперь, то Джиджи будет потерян для нее навсегда. Скоро сюда прибудет команда Жеребкинса из Тары и заберет лемура под землю. Возможно, через пять минут у Опал будет превосходство.
Артемис быстро начал планировать. - Я должен убрать Джиджи отсюда. Пока он находится в поместье, все в опасности. Опал убьет нас всех, чтобы скрыть свои следы.
Дворецкий кивнул, пот бежал по его лицу. - Да. Мы можем увести его на Цессне. (марка самолета).
- Я могу увести его на Цессне, старый друг, - поправил его Артемис. - Я оставлю тебя, чтобы ты охранял мою мать и друзей, кроме того, тебе надо не пускать меня младшего к интернету. Он столь же опасен как Опал.
Это была благоразумное решение, и Дворецкий знал об этом до того, как Артемис сказал это. Он был в очень плохой форме и только замедлит Артемиса. Кроме того. Все поместье полностью открыто для любого из рабов Опал, если она захочет отомстить.
- Очень хорошо. Не поднимайся более чем на три тысячи метров и смотри за закрылками – ими не очень податливы.
Артемис кивнул, как будто этого не знал. Предоставление инструкций успокоило Дворецки.
- Три тысячи. Затворки. Ясно.
- Вам нужно оружие? У меня есть маленькая Беретта.
Артемис встряхнул головой. - Никакого оружия. Я так плохо стреляю, что даже с глазом Элфи, я могу только отстрелить один или два пальца ноги. Моя меткость настолько плоха, что даже с глазом Малой, чтобы помочь мне я вероятно только преуспел бы в том, что стрелял от ноги палец или два. Нет, все, что мне нужно - это приманка. - Он сделал паузу. - И мои темные очки.






Глава 15. Фаул-Самозванец

У семьи Фаулов было три воздушных судна. Лирджет и вертолет Сикорского стояли в ангарах близжайшего аэропорта, а небольшой самолетик Цессна располагался в маленьком гараже-мастерской, что стоял на возвышенной лужайке у северной границы поместья. Цессне было несколько лет и его собирались сдать на металлолом, если б только Артемис не взялся за него самолично. Целью Артемиса было добиться уменьшения выброса самолетом углекислого газа и добиться его рентабельности, – цель, которую его отец всецело одобрял.
– У меня сорок ученых бьются над этой проблемой, но я бы поставил деньги на то, что ты будешь первым, кто ее решит. – говорил он Артемису.
Таким образом, Артемис покрыл фюзеляж самолета сверхтонкими высокоэффективными солнечными панелями, подобными тем которые NASA использовало в прототипе самолета “летающее крыло” в рамках проекта “Гелиос”. Однако, в отличие от Гелиоса, Цессна Артемиса могла не только летать на своих обычных скоростях, но еще и брать на борт пассажиров. А все потому, что Артемис снял один двигатель и поставил несколько маленьких, заменив один главный пропеллер четырьмя дополнительными, размещенными на крыльях и на шасси. Большую часть металла в каркасе сняли и заменили легким полимером. На том месте, где раньше располагался бак для горючего, сейчас находился небольшой аккумулятор.
Требовалось еще отрегулировать несколько параметров, но Артемис знал, что его судно сможет подняться в воздух. По крайней мере, он на это надеялся. Маленький летательный аппарат неоднократно проверялся на прочность. Мальчик быстро выбежал из кухни и бросился через внутренний двор к лужайке на возвышенности. В самом благоприятном для нее случае, Опал не поймет, что произошло, прежде, чем увидит взлетающий самолет. Конечно, затем ему нужно, чтоб она увидела его, сидящего в этом самолете. Будем надеяться, ему удастся поводить ее за нос время, достаточное для того, чтобы успели прибыть подкрепления ЛеППРЕКОНа.
Артемис почувствовал усталость, которой наливались его ноги еще прежде, чем пробежал сотню метров. Он никогда не мог похвалиться атлетическим телосложением, а недавняя прогулка в потоке времени ничего не принесла его физической форме, несмотря на то, что он усиленно концентрировался

2009-12-26 в 23:34 

I get lonely easy. Damn it!!
на своих мускулах во время путешествия. Желая стать сильнее. Небольшой наивный эксперимент, который, к сожалению, не принес сколь-нибудь видимых результатов.
Старые фермерские вортоа на лужайку были заперты, и Артемис у пришлось их перелезать – применять грубую силу, чтобы открыть их, он не решился. Мальчик чувствовал тепло обезьяньего тела внутри своей куртки, маленькие лапки цепко держались за его шею.
– Джей-джей должен быть в безопасности, – думал он. – Его нужно спасти
Двери гаража были крепче, чем казались, и запирались на цифровой код. Артемис нажал нужные кнопки и двери широко распахнулись, и оранжевые лучи вечернего солнца хлынули внутрь. Внутри, в некоем подобии гнезда, свитого из лесов, лестниц и тележек с интсрументами, стояла модифицированная Цессна, подвешенная к кабелю дополнительного источника энергии. Артемис выткнул кабель из розетки на фюзеляже и забрался в кабину. Он пристегнулся в кресле пилота, пытаясь вспомнить, когда он в первый раз вел самолет в одиночку.
– В девять лет. Мне даже потребовалось детское сиденье, чтобы сесть повыше.
Двигатели включились почти сразу и бесшумно. Единственный шум исходил от вращения пропеллеров и переключателей, которыми щелкал Артемис, выполняя предполетную подготовку.
В общем и целом, новости были хорошими. Мощность на уровне восьмидесяти процентов. Это позволит маленькому самолету пролететь несколько сотен миль. Достаточно просто будет потанцевать с Опал в воздухе, прогулявшись с ней вдоль ирландских побережий. Однако звуки, которые издавал летательный аппарат, не внушали доверия, к тому же крепления были довольно старыми.
– Не давай ей приблизиться больше, чем на триста метров.
– Все будет в порядке, – сказал Артемис пассажиру внутри своей куртки. – Вот увидишь.
Было ли это правдой Он не был в так этом уверен, как говорил.
Высокая лужайка была широкой и длинной и близ стен поместья имела легкий уклон вверх. Артемис вывел Цессну из ангара и сделал крутой поворот, чтобы дать себе побольше форы. При наилучших стечениях обстоятельств пятисотметровой взлетной полосы хватит за глаза, чтобы оторваться от земли.Но дул попутный ветер, к тому же трава была немного выше, чем ей следовало быть.
– Несмотря на это, у нас все получится. Я бывал и в переделках похуже.
Взлет был сделан так, как описывался в руководстве. Артемис установил переднее колесо на отметке в три сотни метров и ему раскрылся удобный вид на северную стену. Даже с такой малой высоты он мог видеть Ирландское море к западу, с черными излучинами и солнечными лучами, прорезающими верхушки волн.
Он чуть было не поддался желанию, которое охватило его буквально на малую долю секунды, –просто бежать. Но ему удалось себя пересилить.
– Сильно ли я изменился – Спрашивал Артемис самого себя. Он осознал, что все дальше уходит от преступлений, которые раньше ему казались весьма заманчивым предприятием. Совсем недавно он пошел бы на любой вид преступления.
– Все же нет, – решил он. – В мире все еще есть люди, которые заслуживают быть обворованными, или разоблаченными, или быть брошенными в самое сердце джунглей с одной лишь петардой и ложкой. Ему еще придется приложить усилие, чтобы найти таких людей.
Артемис активировал камеры, расположенные на крыльях. Был один такой человек, который заслуживал подобного к себе отношения. Личность, страдающая манией величия, бессердечная пикси. Опал Кобой. Артемис мог видеть ее, направлявшуюся к особняку, нахлобучивавшую шлем Элфи поверх своих ушей.
– Этого я и боялся. Она додумалась захватить с собой шлем. Бесценное, в сложившихся для нее обстоятельствах, оборудование.
Все же, у него не было другого выхода, кроме как привлечь ее внимание. На кону были жизни его друзей и близких. Артемис снизился до тридцати метров, следуя за Опал к особняку. Заслышав гул, Опал остановилась, вскинув голову, пытаясь поймать взглядом маленький самолет.
– Ну давай же, Опал, – думал Артемис. – Съешь наживку. Включи инфракрасные фильтры.
Опал целеустремленно направлялась к особняку, пока не была поймана в кольцо бойцов ЛеППРЕКОНа, которые наступали на пятки друг другу.
– Дурацкие высокие эльфы, – яростно думала она, оправдываясь перед собой. – Когда я стану королевой – нет, – когда я стану императрицей, – я заставлю всех высоких эльфов модифицировать свои ступни . Или, еще лучше, я вживлю себе гипофиз, чтобы быть самой высокой среди эльфов. Я буду превосходить всех представителей волшебного народца, физически и умственно.
В ее планах также значилось создать косметическую маску для лица из плесневого грибка, которая приведет к ней толпы фанатов. Гометопатическое кресло, с массажными насадками и детекторами настроения, которые могли бы понять ее чувство юмора и распространить запахи, помогающие ей получше расслабиться.
Но этим планам следовало дождаться, пока она не станет императрицой. Сейчас же ее первостепенной целью была поимка лемура. Без его мозговой жидкости потребуются годы, чтобы воплотить ее планы в жизнь. К тому же магия была куда проще науки.
Опал надела шлем Элфи себе на голову. Пластинки внутри шлема автоматически подстроились под форму ее черепа. Она без труда обошла меры безопасности, для чего ей пришлось сделать несколько подмигиваний и жестов руками. Эти ЛеППРЕКОНовские шлемы не были и вполовину столь совершенными, сколь образцы в ее научно-исследовательских лабораториях.
Как только функции шлема стали ей доступны, кристаллы видеодисплея зашипели и засветились алым. Боевая готовность! Что-то приближалось. Трехмерный радар обнаружил небольшой самолет прямо у нее над головой, программа тут же опознала в нем Цессну, построенную людьми.
Она поспешно набрала последовательность команд, выбрав тепловой сканер, и шлем проанализировал электромагнитное излучение, исходящее от самолета. Солнечные панели слегка фонили, но сканирование выделило оранжевую каплю в кресле пилота. Всего один пассажир. Биометрический сканер шлема опознал в пилоте Артемиса Фаула и нарисовал трехмерную фигурку его худого тела.
– Один пассажир. – пробубнила Опал. – Ты пытаешься увести меня подальше от дома, Артемис Фаул Поэтому ты летишь так низко
Но Артемис знал, как устроены технологии, и предугадал, что покажет тепловизор.
– Что спрятано у тебя в рукаве – заинтересовалась пикси. – Или, если быть точнее, под твоей рубашкой
Она приблизила изображение сердца Артемиса и увидела тепло еще одного, накладывающегося поверх первого, которое можно было отличить только по чуть более темным оттенкам красного.
Даже в этот безнадежный момент, Опал не смогла ничего с собой поделать – она восхищалась этим молодым человеком, который пытался замаскировать тепло лемура своим собственным.
– Умно, но не слишком изобретательно.
А ему нужно было быть чертовски изобретательным, чтобы победить Опал Кобой. Привести обратно второго Артемиса было ловким трюком, но она все еще может поймать его.
– Меня однажды уже чуть не погубила моя самоуверенность – поняла она. –Больше подобное не повторится.
Шлем автоматически настроился на частоту переговорного устройства, установленного на Цессне, и Опал отправила Артемису небольшое сообщение.
– Я иду за лемуром, мальчишка, – сказала она, и импульс магии заставил затрепетать крылья ее костюма. – И в этот раз другого тебя, чтобы спасти тебя, рядом не будет.
Артемис не мог чувствовать или видеть множество лучей, которое пронизывало Цессну, но предполагал, что Опал использует тепловизор, встроенный в шлем, чтобы узнать, сколько теплокровных существ находится в самолете. Возможно, она также использует ренгтеновские лучи. Со стороны могло показаться, что он в самолете один, но попытка замаскировать сердцебиение Джей-джея своим собственным была весьма логичной, и эта уловка не смогла бы обмануть Опал, которая распознала бы второе сердцебиение. Когда пикси окончательно уверится в том, что ее приз ускользает от нее, как она могла может не последовать за ним
Артемис взял право руля, чтобы Опал была в области видимости камеры и остался удовлетворен, увидев, как из отверстий костюма Элфи расправляются крылья.
– Погоня началась.
Настало время сыграть роль наживки, притворившись, что он пытается уйти.
Артемис взял курс в сторону от поместья, направив самолет над глубоким, окрашенным в пурпур, морем, совершая трудные маневры, и был приятно удивлен тем, как самолет плавно набирает скорость. Аккумуляторы равномерно питали двигатели энергией, при этом не загрязняя атмосферу ни граммом углекислого газа.
Он посмотрел на камеру, установленную на хвосте самолета и не очень-то удивился, когда обнаружил летящую пикси на своем мониторе.
– Ее контроль над магией подавлен снотворным – предположил он. – Опал, возможно, едва хватило энергии, чтобы стартовать. Но вскоре действие дротика закончится, и крылья моего самолета вполне могут озариться молниями магического происхождения.

2009-12-26 в 23:34 

I get lonely easy. Damn it!!
Артемис повернул к югу, следуя изрезанной линии побережья. Шум и суета Дублинских высоток, смрад, источаемый трубами и рой гудящих вертолетов – вот что было на пути к распростершимся серым скалам, оттененным лезвием железной дороги, протянувшейся с севера на юг. Море обрушивалось на берег, пропуская через миллионы своих пальцев песок, гальку и глинистый сланец.
Рыбацкие лодки с пыхтением плыли от буя к бую, оставляя за собой пенный след, похожий на белую змею на поверхности моря. Матросы с помощью бугров вытаскивали из специальных горшков пойманных лобстеров. Свинцовые облака висели на уровне четырех тысяч метров, дождь зрел в их утробах.
– Тихий, мирный вечерок, если только никто не посмотрит в небо.
На такой высоте скрытую облачностью фигуру Опал можно было спутать с орлом.
Самолет Артемиса вел себя хорошо несколько долее, чем он на то надеялся. Ему удалось улететь на целых шестьдесят миль, и даже не претрепеть столкновения с Опал. Артемис позволил себе слабую надежду.
– Скоро, – думал он. – Подкрепления ЛеППРЕКОНа скоро будут здесь.
Затем его радио ожило.
–Артемис Где ты, Артемис
Дворецки. Его было еле слышно, и так было всегда, прежде чем выяснялась вся серьезность происходящего.
– Дворецки, мой друг. Есть хорошие новости
Телохранитель выдохнул в микрофон, пытаясь справиться с оцепенением.
– Они не отправятся за Цессной. Не ты их приоритетная цель.
– Номер Первый. – сказал Артемис. – Им нужно поскорее спрятать его под землей. Я понимаю.
– Да. Его и …
– Больше ничего не говори, старый друг, – резко оборвал его Артемис. – Опал нас тоже слышит.
– ЛеППРЕКОН прибыл, Артемис. Я хотел бы, чтобы ты повернул и летел назад.
– Нет. – кратко ответил Артемис. – Я не стану еще раз подвергать мою мать риску.
Артемис услышал странный скрипучий звук и догадался, что Дворецки только что согнул подставку микрофона.
– ОК. В таком случае в другом месте. Где-нибудь, где мы могли бы окопаться.
– Очень хорошо, я по-любому направляюсь на юг, почему бы не…
Артемис так и не окончил свои завуалированные подсказки, поскольку был оглушен всышкой белого шума. Еще некоторое время эхо от пронзительного звука раздавалось в его ушах, и на миг он позволил Цессне дрейфовать.
Не успел он восстановить управление над самолетом, как гулкий взрыв фюзеляжа опять вырвал летательный аппарат из его рук. Несколько красных огоньков мерцали на дисплее – проблема с солнечными панелями. По меньшей мере десять панелей пострадали от удара. Артемис потратил секунду, чтобы проверить заднюю камеру. Опал больше не преследовала его. Неудивительно.
Голос пикси порвал тишину радио, в нем слышалась резкая раздражительность и дьявольская решимость.
– Теперь я сильна, Мистер Умник, – сказал она. – Действие твоего яда прошло, он вышел из моего организма. Моя сила растет и я хочу еще больше.
Артемис не участвовал в разговоре. Все его навыки и быстрое мышление были нужны для пилотирования Цессны.
Опал еще раз ударила ,на этот раз по левому борту, колотя руками и предплечьями по солнечным панелям, ломая их как ребенок, который обламывает тонкий лед на поверхности бассейна, радостно молотя по нему своими кулачками. Крылья гудели, пытаясь сохранить темп. Самолет вздрагивал и не слушался управления, Артемису приходилось изо всех сил бороться со штурвалом.
– Она безумна, – думал Артемис. – Крайне безумна.
Еще он думал
– Эти панели уникальны. И она еще смеет называть себя ученым.
Опал скакала вдоль крыла, ударяя бронированной перчаткой по фюзеляжу. Все большее число панелей выходило из строя и небольшие, величиной с кулак, вмятины появлялись в поверхности корпуса из полимера над плечом Артемиса. Крошечные трещинки пошли по поверхности вмятин, и через них стал продувать ветер.
Голос Опал в микрофоне стал громче. – Приземляйся, Фаул. Приземляйся, и, может быть, я не вернусь в особняк, когда закончу с тобой. Приземляйся! Приземляйся!
Каждый следующий приказ приземляться подчеркивался ударом по кабине. Ветровое стекло обрушилось вовнутрь, осыпая Артемиса острыми крошками плексигласа.
– Приземляйся! Приземляйся!
– У тебя есть то, что ей нужно. – напомнил себе Артемис. – Значит, у тебя есть власть. Опал не может убить Джей-джея.
Ветер ревел в лицо Артемису, и показания приборов ничего не значили, пока Опал вывела их из строя с помощью электромагнитного поля костюма ЛеППРЕКОНа. Но у Артемиса все еще оставался шанс. Фаул знал, куда он может полететь.
Он опустил нос самолета, отклоняясь влево. Опал с легкостью повторила маневр, отрывая полоски материала, из которого был сделан фюзеляж. Она была разрушающей тенью в тусклом свете сумрака.
Артемис мог почувствовать запах моря.
– Он был слишком низко. Слишком скоро.
Еще больше индикаторов загорелись красным на панели управления. Подача энергии прекратилась. Аккумуляторы были повреждены. Альтиметр крутился как волчок и тревожно гудел.
Опал была на боковом окне. Артемис мог видеть ее крошечные зубы, скалившиеся на него. Она больше не говорила – она кричала. Но радио больше не работало. Возможно, как раз кстати.
Она наслаждается жизнью. – осознал он. – Веселло, весело, весело…
[She is having the time of her life, - he realized. - Fun, fun, fun – ориг. текст]
Артемис боролся с управлением. Неприятное хлопанье было сейчас самой меньшей проблемой, о которой ему следовало бы беспокоиться. Если Опал решит перерезать еще несколько кабелей, то он потеряет даже тот призрачый конроль над самолетом, который у него сейчас есть.
Не смотря на то, что сейчас было слишком рано, Артемис все же выпустил шасси. Если Опал повредит машину сейчас, шассси останется опущенным.
Они отвесно падали вниз, вдвоем. Воробей на спине орла. Опал ударила головой и пробилась своим бронированным шлемом через оконный плексиглас, все еще истошно вопя в шлеме, брызгая слюной на стекло шлема изнутри. Давая приказания, которые Артемис не мог слышать и не мог прочитать по губам – слишком уж быстро она говорила. Он видел, что ее глаза пылали красным от магии и из ее маниакального выражения лица было совершенно ясно, что все ниточки, соединявшие ее тело с рациональным мышлением, были оборваны.
Еще крики. Бормотание за забралом. Артемис сардонически усмехнулся, взглянув на радио, которое мертво темнело на своем месте.
Опал поймала его взгляд и подняла козырек, крича через окно, будучи слишком нетерпеливой, чтобы воспользоваться микрофоном шлема.
Отдай мне лемура, и я спасу тебя. – говорила она. Ее голос гипнотизировал. – У тебя мой…
Артемис не стал на нее смотреть, выхватил из-под кресла пистолет для пускания сигнальных ракет, и направил его ей в лицо.
– Ты не оставляешь мне иного выбора я буду стрелять. – сказал он, голос его был холодным и уверенным. Это была не угроза, это была констатация факта.
Опал поняла, что это правда, как только он закончил произносить эти слова, оттолкнулась от корпуса самолета и потянулась, чтобы опустить забрало, но сделала это недостаточно быстро, и Артемис смог попасть ей в шлем.
Опал по спиральной траектории стала удаляться от Цессны, оставляя за собой черный дым, красные искры роились вокруг ее головы подобно злым осам. Ее крылья врезались при ее столкновении с Цессной и не пережили удара. Осколки солнечных панелей мерцали звездочками и, выпадая из складок костюма Опал, оставляли след в виде перьев, которые крутились как пропеллеры вертолета и медленон спускались вниз. Аэроплан накренился на правый борт и стонал подобно раненному зверю.
– Мне нужно приземляться. Сейчас же.
Артемис не чувствовал вины за то, что он только что сделал. Сигнальная ракета не задержит Опал надолго – регенерация быстро ее восстановит. Магия уже чинила ее обожженную кожу. Самое большее, что Артемис мог для себя выгадать, – это отсрочку в несколько минут.
– Когда Опал вернется, она будет в запредельной ярости. Настоящий маньяк. Вожмоно, ее мышление будет затуманено.

2009-12-26 в 23:35 

I get lonely easy. Damn it!!
Артемис жестоко улыбнулся, и на момент почувствовал себя коварным как раньше, прежде чем Элфи и его собственная мать внушили ему все эти надоедливые нравственные нормы.
– Хорошо. Затуманенное мышление моего врага может дать мне преимущество, в котором я так нуждаюсь.
Артемис выровнял самолет настолько, насколько только смог, понижая скорость снижения. Ветер ревел ему в лицо, растягивая кожу до боли. Сложив руку козырьком и прикрывая глаза рукой, он снижался в туман, развеивавшийся вращающимся пропеллером.
Мыс Хук Хед возник из черноты моря прямо под ним, подобно стрелке серого шифера. Множество скопления огней мерцали на западе. Это была деревня Дункад, где Дворецки ожидал возвращения своего подопечного из Лимбо. Созданный с помощью магии залив, который однажды послужил прибежищем острову демонов Гибрас. Вся эта область была под активным мониторингом, и вторжение в нее заставит спектрометры ЛеППРЕКОНа взбеситься.
Темно-синее покрывало ночи быстро спадало на мир, и трудно было отличить твердую почву от мягкой. Артемис знал, что луга коврами устилали поверхность земли от Дункада до Хукхедского маяка, но мог видеть только узкую полоску изумрудной травы раз в пять секунд, когда она высвечивалась в лучах башни.
– Моя взлетно-посадочная полоса, – думал Артемис.
Он направил Цессну по наилучшей возможной траектории, снижаясь рывками, вызывающими позывы тошноты. Солнечные панели отрывались от носовой части и крыльев и тянулись вслед за самолетом мелкими обломками.
Об Опал все еще не было ни слуху, ни духу.
– Она идет за тобой. Будь в этом уверен.
С каждой вспышкой зеленого, твердая земля стремительно надвигалась, жаждая встречи с ним.
– Слишком быстро, – подумал Артемис. – Я снижаюсь слишком быстро. Я никогда не получу лицензию пилота, если буду летать так, как сейчас.
Он сжал челюсти держал их сомкнутыми. Приземление обещало быть жестким.
И таким оно и оказалось, хотя кости вроде остались целыми. Однако, так было лишь в первый раз. Во второй Артемиса кинуло вперед на панешь управления, и он услышал, как его левая ключица треснула. Ужасный звук, после которого желчь хлынула ему в горло.
– Боль пока что не пришла. Лишь дикий холод. Сейчас у меня будет болевой шок…
Колеса Цессны скользили по высокой траве, покрытой морскими брызгами, более скользкой, чем даже лед. Артемис нахмурился, но не из-за своих повреждений, а из-за того, что его судьба сейчас зависела от его удачливости; он потерял контроль над ситуацией. Опал прийдет за Джей-джеем и он должен приложить все усилия, дабы отвлечь ее.
Происходящее снаружи прервало размышления Артемиса. Переднее колесо натолкнулось на острый камень и полностью оторвалось. Несколько секунд оно катилось рядом с самолетом, но потом пропало в темноте.
Еще один удар – и Цессна упала на нос, пропеллер вспахивал землю. Снопы травы взлетали в воздух и комки грязи падали дождем через разбитое ветровое стекло.
Земля попала Артемису в рот, и он подумал – Не понимаю, что только Мульч находит в поедании земли. Суп из лобстеров куда как вкуснее.
Затем он вылез из самолета и, спотыкаясь, пошел в сторону каменистой береговой линии. Артемис не звал на помощь, а даже если бы и позвал, никто бы не ему не откликнулся. Скалы зловеще чернели и были пустынны. Сильно шумело море, дул крепкий ветер. Даже если луч маяка и выхватил фигуру падающего самолета из ночного неба, прошло бы еще много времени, прежде чем безоружные, ни о чем не подозревающие крестьяне пришли на помощь. А к тому времени было бы уже слишком поздно.
Артемис спотыкался, его левая рука висела плетью. Здоровой рукой он пригладил высовывающуюся из-под его куртки маленькую головку.
– Почти добрались, – проговорил он, тяжело дыша.
Два каменных выступа торчали из морских вод, подобно задним зубам из десен жующего табак человека. Тридцатиметровой высоты колонны из твердых скальных пород противостояли разрушительной силе ветра и волн. Местные жители назвали их “Монахини” из-за того, что те выглядели как сестры. Всюду свои обычаи.
Монахини были местной достопримечательностью, подвесные мосты протянулись над пропастью, разделявшей Меньшую Сестру и Мать-Настоятельницу. Дворецки однажды сказал Артемису, что потратил много бессоных ночей, сидя на втором камне с биноклем ночного видения, обозревая океан в поисках знаков, предвещающих появление Гибраса.
Артемис ступил на первый пролет моста. Тот закачался и слегка заскрипел под его ногами, но выдержал. Сквозь щели меж досок моста он мог разглядеть море, шумевшее далеко внизу, галька проступала через поверхность подобно грибам из глинистой почвы. На одном из нижних камней, в неловкой позе лежало тело несчастной собаки, как суровое напоминание о том, что может с вами случиться, если вы оступитесь, находясь на Монахинях.
– Я спешу, а впереди только тупик, – сказал он себе. – Как только я достигну второго камня, мне будет некуда идти – только вниз.
Но выбора не было. Быстрый взгляд через плечо подсказал ему, что Опал приближается. Ему даже не потребовались его солнцезащитные очки со встроенными в них фильтрами, чтобы разглядеть ее. У пикси не было достаточно магии, чтобы тратить ее на невидимость. Она, пошатываясь как зомби, прошла через луг, красное свечение магии освещало ее лицо изнутри шлема, ладони были сжаты в кулаки. Ее раскрытые крылья были изорваны в клочья. Она не смогла бы на них пролететь и пары метров. Только лишь сила Джей-джея могла сейчас спасти Опал. Он был ее последней надеждой на победу. Если она скоро не впрыснет себе его мозговую жидкость, то, вне всяких сомнений, вскоре на защиту животного, чья жизнь в опасности, прибудет ЛеППРЕКОН.
Артемис шел по мосту, стараясь не задевать ограждение своей болтающейся рукой. Странно, но хоть они и испытывал постоянную боль, она была, зато при каждом шаге его грудь пронзала раскаленная до бела молния агонии.
– Отвлечь ее еще ненадолго. Потом, несомненно, должна прибыть кавалерия. Крылатая, невидимая кавалерия. Они же его не бросят, правда
– Фаул! – услышал он крик сзади. Ближе, чем он ожидал. – Отдай мне обезьяну!
Голос пронизывали нотки магии. Не смотреть ей в глаза. Не позволять себя загипнотизировать.
– Обезьяну, ¬– подумал Артемис, ухмыляясь. – Ха-ха.
Он продвигался все дальше и дальше над пропастью. Чернота была над и под ним, звезды сверкали и в небе, и в море. Волны ревели как тигры. Голодные тигры.
Артемис, спотыкаясь, шел к первой Монахине. “Меньшой Сестре”. Ступать по обветшавшей плоской возвышенности было опасно. Его нога заскользила по поверхности, и он, кружась, проехал на противоположную сторону вершины, как танцор на балу с невидимой партнершей.
Он услышал, как Опал издала пронзительный крик ужаса. Смерть Джей-джея сейчас была бы для нее катастрофой, поскольку она бы застряла в этом времени, у нее на хвосте был бы весь ЛеППРЕКОН и не было бы сил.
Артемис не смотрел назад, хотя ему сильно этого хотелось. Он мог слышать Опал, клацающую зубами, с каждым вздохом изрыгавшую проклятия. Слова звучали почти комически, когда она произносила их своим детским голоском пикси.
Идти было некуда – только вперед. Артемис почти упал на второй пролет моста, заставив свое тело двигаться вдоль поручней, пока не оказался на “Матери-Настоятельнице”. Местные говорили, что если во время восхода солнца встать в правильном месте на побережье и слегка скосить глаза, то можно разобрать суровые черты на лице Матери-Настоятельницы.
Сейчас же скала просто дышала суровостью. Гнетущей и неумолимой. Она не простит ни один неверно сделанный шаг.
Артемис упал на колени, оказавшись на грибовидном выступе плато, прикрывая свой левый локоть правой ладонью.
– Скоро, очень скоро шок и боль пересилят меня. Но не сейчас, гений. Сфокусируйся.
Артемис глянул внутрь своей куртки. Внутри было пусто.
– Выпал, когда он был на Сестре. Ждет Опал.
Его догадки подтвердил неожиданно раздавшийся сзади вопль наслаждения. Артемис медленно повернулся, ожидая встретиться со своим врагом лицом к лицу. Казалось, он сражался с ней целую вечность.
Пикси стояла на самой верхушке камня, почти танцуя вокруг предмета своего восхищения. Артемис мог видеть маленькую неистовую фигурку, свешивавшуюся с края плато.
– Он у меня, – хихикала Опал. – Несмотря на всю свою гениальность. Несмотря на свой огромный мозг. Ты выронил его! Ты просто выронил его!
Артемис почувствовал, как боль залила его плечо. Через минуту будет еще хуже, он был в этом уверен.

2009-12-26 в 23:35 

I get lonely easy. Damn it!!
Опал проятнула обе руки навстречу своей награде.
– Он мой, – сказала она с благоговением, и Артемис мог поклясться, что услышал гул грома в отдалении. – Высшая магия теперь моя. Лемур у меня.
Артемис проговорил ясно, так, чтобы его слова можно было расслышать через расстояние, разделявшее их.
– Это не лемур, – сказал он, – это обезьяна.
Улыбка Опал замерла на ее лице, обнажая ее мелкие зубки, она схватила то, что, она думала, было Джей-джеем. Фигурка обмякла в ее руках.
– Игрушка – выдохнула она. – Это игрушка.
Триумф Артемиса был омрачен болью и измождением, напавшим на него. – Опал, познакомься с Профессором Приматом, игрушкой моего брата.
– Игрушка, – повторила Опал тупо. – Но там же было два бьющихся сердца. Я их видела.
– Гель реагирующий на микроволны, упакованный в пенопласт, – объяснил Артемис. – Все кончено, Опал. Джей-джей сейчас в Гавани. Тебе его не достать. Сдавайся, и мне не придется причинять тебе вред.
Черты лица Опал исказила ярость.
– Причинять вред мне Причинять вред мне! – Она швырнула игрушечную обезьяну на поверхность скалы и била ей до тех пор, пока ее внутренности не выпали наружу. Металлический голос зазвучал из динамика
– Этот день войдет в историю… Этот день… Этот день войдет в историю…
Опал взвизгнула, и красные искорки забурлили вокруг кончиков ее пальцев.
– Я не могу летать и стрелять молниями, но у меня достаточно магии, чтобы поджарить твои мозги.
Мечты Опал о высочайшей власти улетучились. На тот момент все, чего она хотела – это убить Артемиса Фаула. Она ступила на второй пролет, и убийство читалось в ее глазах.
Артемис устало встал, нашаривая что-то в своем кармане.
– Твоя броня должна спасти тебя, – сказал он Опал, его голос затих. – Это будет просто ужасно, но ЛеППРЕКОН тебя откопает.
Опал Рассмеялась – Еще один тактический прием. Блеф и двойной блеф. Но сейчас не время, Артемис.
– Не заставляй меня это делать, Опал, – взмолился Артемис. – Просто сядь и жди, пока прибудет ЛеППРЕКОН. И никто не пострадает.
– О, я думаю, кому-то все же придется пострадать, – сказала Опал.
Артемис достал из своего кармана модифицированный лазер, активировал луч наведения и навел его на основание Меньшой Сестры.
Что ты собираешься этим сделать Тебе потребуется сотня лет, чтобы пробить эту скалу.
– А я и не пытаюсь пробить ее, – сказал Артемис, сдвигая луча с места. – К тому же, это не скала.
Опал подняла руки вверх, искры вились вокруг ее пальцев, как колючая проволока.
– Пора кончать разговоры.
Лазерный луч Артемиса врезался глубоко в основание Сестры, пока не пробил внешнюю оболочку и не достиг кармана под ней, в котором накопился метан.
Меньшая Сестра на самом деле не была скалой. Это был седьмой кракен, которого привлек резонанс магии, исходившей от Гибраса. Артемис годами изучал его. Даже Жеребкинс не знал, что этот кракен был здесь.
Прогремел большой взрыв, колонна огня взметнулась в воздух на высоту пятнадцати метров. Внешняя оболочка под Опал сложилась, засосав ее в вихрь шрапнели.
Артемис услышал глухой звук ее ЛеППРЕКОНовской брони, изгибавшейся, чтобы смягчить удары.
– Броня Жеребкинса должна ее спасти.
Сам он распластался на поверхности своего камня, и дождь из камней, водорослей и даже рыб обрушился на его спину и ноги.
– Только удача поможет мне сейчас спастись. Одна лишь удача.
И удача спасла его. На плато рухнуло несколько обломков порядочного размера, но ни один из них не попал в Артемиса. Его накрыло градом мелких камней, и на теле остались сотни синяков и порезов, вдобавок к его повреждениям, но ни одна кость не была переломана.
Когда мир вокруг него перестал вибрировать, Артемис подполз к краю морской колонны и глянул в бурлящее внизу море. Пирамида из камней слегка дымилась в волнах на том месте, где раньше был кракен. Огромный зверь медленно уплывал, собираясь найти другой источник магии. Нигде не было следов Опал.
– ЛеППРЕКОН найдет ее.
Артемис перевернулся на спину и уставился на звезды. Он часто так делал, и взгляд вверх обычно заставлял его мечтать о том, как бы он мог добраться до планет, вращающихся вокруг этих светящихся булавочных головок, и что он встретит на этих планетах. Этим же вечером звезды просто заставляли его чувствовать себя крошечным и незначительным. Мир вокруг него был обширен и могуч, и, в конечном итоге, он проглотит его, даже саму память о нем. Он лежал на плато один, замерзший, ожидая чувства триумфа, которое, как он осознал, так никогда и не придет. Он заслышал крики крестьян, которые направлялись к нему через луг.
Элфи прибыла раньше крестьян, скользя, спустившись с севера, бесшумно приземлившись на морском камне.
– Ты можешь летать, – заметил Артемис так, как будто никогда этого раньше не видел.
– Я одолжила костюм у одного из телохранителей Номера Первого. Ну, я сказала “одолжила”, хоотя на самом деле мне пришлось …
– Как ты меня нашла – спросил Артемис, хотя уже начал догадываться.
– О, я увидела огромный взрыв и подумала, “Кто бы это мог быть”
– Хм, – сказал Артемис, – Похоже, мне не удалось остаться незамеченным.
– Ага, а еще я следовала за радиационным следом, который оставлял мой костюм. Я все еще следую за ним. – Элфи притронулась пальцем к смотровому стеклу своего шлема и сменила фильтр. – Опал завалена довольно-таки большой кучей камней. Команде спасателей потребуется время, чтобы откопать ее. Подобное частенько случается с туннельными гномами. Что ты с ней сделал
– Седьмой кракен, – объяснил Артемис. – Тот, которого потерял Жеребкинс, полагаю, потому что этот был цилиндрической, а не конической формы. Я увидел его со спутника слежения за погодой.
Элфи провела рукой по лбу Артемиса, – Типичный Артемис Фаул. Избитый в кровь, он и в таком состоянии готов читать лекции.
Искры магии сорвались с пальцев Элфи, укрывая Артемиса в кокон. Он успокоился и почувствовал себя в безопасности, подобно ребенку, закутанному в одеяло. Его боль ушла, а сломанная ключица сначала размягчилась, а потом застыла,но уже целой.
– Неплохой трюк, – сказал он, улыбаясь, его глаза сверкали.
– Я здесь до вторника, – заметила Элфи, возвращая улыбку. – Номер Первый заправил мои баки.
Артемис уставился на своего друга через красную дымку. – Мне жаль, что пришлось тебе лгать, Элфи. Это правда. Ты так много для меня сделала.
Элфи отвела глаза. – Может быть, ты принял неверное решение; может быть, мне следовало принять это решение самой. Мы из разным миров, Артемис. У нас всегда будут сомнения насчет друг друга. Давай просто продолжать жить, оставим прошлое в прошлом, – там, где ему следует быть.
Артемис кивнул. Дела шли так, как он на то надеялся, и гораздо лучше, чем он того заслуживал.
Элфи отстегнула шнурок от своего ремня, завязав его вокруг рук Артемиса. – А теперь, давай доставим тебя домой прежде, чем крестьяне соорудят подмостки.
– Хорошая идея, – пробубнил Артемис сонно, – таков был побочный эффект магического исцеления.
– Да, веришь ты в это или нет, некоторые люди изредка так и говорят.
– Изредка, – согласился Артемис, после чего его голова откинулась назад и он заснул.
Элфи изменила настройки своих крыльев, скорректировав их согласно увеличившемуся весу, после чего вместе со спящим Артемисом спрыгнула с края скалы, и полетела как можно ниже, пытаясь избежать фонарей местных жителей, лучи которых рыскали по ночному небу подобно прожекторам.
Жеребкинс настроился на частоту шлема Элфи, пока та была в полете.
– Седьмой кракен. Я догадывался. Конечно, у меня были подозрения… – он сделал паузу, – Должно быть, нам представился чудесный шанс стереть память Артемиса, – сказал он. – Это спасет нас от множества бед и несчастий в будущем.
– Жеребкинс! – сказала шокированная Элфи, – Мы не стираем память своих друзей. Артемис вернул нам Джей-джея. Кто знает, сколько еще лекарств находится в мозгах этого лемура.
– Я пошутил. Просто пошутил. И, знаешь что Нам даже не придется просить Джей-джея позволить нам взять у него немного мозговой жидкости. Номер Первый синтезировал ее, пока мы дожидались шаттла. Этот парень единственный в своем роде.

2009-12-26 в 23:36 

I get lonely easy. Damn it!!
– Кажется, мне все чаще и чаще приходится встречаться с такими, как он. Кстати, нужно бы послать за Опал команду спасателей.
– Они уже в пути. Думаю, тебе придется расхлебывать заварившуюся кашу, когда ты прибудешь сюда.
Элфи фыркнула, – Что новенького
Жеребкинс молчал, ожидая, пока Элфи расскажет ему подробности о своих приключениях. В конце концов, он не вытерпел.
– ОК, ты выиграла. Я сам тебя спрошу. Что случилось тогда, восемь лет назад Мой Бог, должно быть, был сплошной беспорядок.
Элфи почувстовала покалывание на губах, в тех местах, которыми она поцеловала Артемиса.
– Ничего. Ничего не случилось. Мы ушли, забрали лемура, и вернулись. Парочка глюков, но, очевидно, ничего, с чем мы не смогли бы справиться.
Жеребкинс не настаивал на подробностях. Элфи сможет рассказать ему, когда сможет обдумать случившееся.
– Уж не думаешь ли ты, что все может пройти по сценарию – ты идешь на работу, делаешь то, что нужно, и просто возвращаешься домой Никаких приключений.
Элфи смотрела на океан, мерцавший внизу, ощущая вес Артемиса Фаула на своих руках.
– Нет, – ответила она. – Я никогда так не думаю.





ГЛАВА 16: Команда парикмахеров.
Меньше, чем через час, они приземлились около поместья Фаулов. Артемис проснулся в тот момент, когда Элфи спрыгнула на гравий. Он был бодр и полон сил.
- Волшебство - замечательная штука, - сказал он, двигая левой рукой.
- Ты должен сдерживать себя, - язвительно заметила Элфи. - Как ни странно, но если бы я не попыталась вылечить твою мать, то Опал сама помогла бы ей выздороветь. Именно мое путешествие в прошлое дало Опал основание для ее плана, который она воплотила в будущем.
- Спящим ты мне нравишься больше, - добавила Элфи, сматывая трос пояса. – Моя голова меньше болит.
- Это все - парадокс времени. Если бы я ничего не сделал, то ничто не должно было произойти.
Малой коснулась шлема.
- Дай мне связаться с Жеребкинсом. Вы двое могли бы говорить одновременно.
Свет от уличных фонарей мягко падал на гравий, придавая камешкам блеск драгоценностей. Высокие вечнозеленые деревья покачивались от лёгкого ветерка, шелестя листьями. Как энты, существа из мира Толкиена.
Артемис смотрел, как Элфи подходила к главному входу.
«Если бы только, - думал он. Если только».
Номер Первый сидел на передней ступеньке, окруженный группой офицеров ЛеППРКОНа, которые были вооружены новейшим оборудованием, придуманным Жеребкинсом. Артемис знал, что его код ДНК был занесён в их оружие и все, что они должны были сделать, выбрать его из списка и тогда спасения не будет. Джей-джей свернувшийся вокруг короны из символов на голове демона, издалека напоминал охотничью кепку, и ему видимо было там очень удобно. Он встрепенулся, увидев Артемиса, и прыгнул в руки к мальчику. Дюжина винтовок сразу же подали звуковой сигнал, и Артемис догадался, что его код уже был выбран..
- Привет, маленький друг. Как тебе подарок?
Номер Первый ответил за лемура.
- Ему это очень нравится. Особенно теперь, когда больше никто не будет тыкать ему в голову всякие иглы.
Артемис кивнул.
- Вы клонировали мозговую жидкость. Я думал, что мог бы быть альтернативный выход. Где Доктор Шолк?
- Он потерял сознание, как только Опал отбыла. Дворецки оставил его в комнате для гостей.
- А Артемис младший?
- В действительности ты Артемис младший, - ответил Номер Первый. - Но я понял, о чем ты меня спрашиваешь. Твоё альтер-эго сам вернулся назад, в свое время. Я послал одного из капитанов и остался здесь как маяк. Я думал, что ты захочешь отправить его обратно как можно скорее, потому что твой отец и близнецы скоро будут дома.
Артемис пощекотал Джей-джея под подбородком.
- Это может добавить проблем.
Элфи была обеспокоена.
- Я знаю, что мы обещали не стирать ему память, но я особенно не взволнована, что есть Фаул, бегущий вокруг с волшебным знанием в его, сбившемся с правильного пути, сознании.
Артемис поднял бровь.
-Сбившейся с правильного пути? Прелестно.
- Эй, если взорвешься в припадке????? *я не понимаю, можно перевести по разному, но это может из-за глав 12-15*
- Эй, если откидная створка соответствует...
Бесенок побледнел, если конечно вы сможете себе это представить. Согнув хвост, он присел на него.
- Никто не обещал, что память не будут стирать, точнее никто не сказал мне.
Элфи уставилась на него.
- Значит ты стер ему память?
Номер Первый кивнул.
- И Шолку. Я также оставил немного гипнотической магии в глазных яблоках молодого Артемиса, таким образом Дворецки тоже всё забудет. Ничего с ними не произошло, только общая потеря памяти. Их сознание заполнит промежутки, придуманными воспоминаниями.
Элфи дрогнула.
- Ты оставил магию в его глазных яблоках. Это ужасно.
- Ужасно, но изобретательно, - сказал Артемис.
Эльфийка была удивлена.
- Ты не кажешься слишком возмущенным. Я уже жду долгую речь, ты закатываешь глаза, махая руками, начинаешь нести всякую чушь…
Артемис пожал плечами.
- Я знал, что это случится. Я не помнил ничего, значит, у меня, скорее всего, стерли память, поэтому мы победили.
- Ты всегда знал.
- Я не знал, какова будет цена этому.
Бесенок вздохнул.
- Получается, что я - обуза, как вы, люди, говорите?
- Абсолютно, - сказала Элфи, хлопнув его по плечу. - Теперь я чувствую себя намного лучше.
- На положительной стороне, я поддержал состояние твоих атомов. Твои атомы были не готовы к временному потоку. Я поражен, что ты все еще в одном теле. Я могу только вообразить, как трудно тебе было сконцентрироваться.
- Хорошо, ты поддержал мое тело, и я должен попросить еще одну вещь, - сказал Артемис. – Ты мне нужен, чтобы послать предупреждение в прошлое.
- Мне приказали не открывать снова туннель времени, но возможно мы можем повернуть назад еще одну вещь, - сказал Номер Первый.
Артемис кивнул.
- Это - то, что я думал. Когда и где?
- Элфи знает. Вы можете сделать это в Таре.
- Как ты оставил изумительный? {а как еще перевести? – «How do you spell stupendous» }- сказала Элфи, улыбаясь.
Артемис отстранился, вытягивая шею, чтобы посмотреть на переднее окно комнаты его родителей. Джей-джей подражал этому действию – он забрался на плечи Артемиса и задрал головку.
- Я почему-то боюсь подниматься…
Он заметил, что скручивает свои пальцы, и спрятал их в карманы пиджака.
- Что она, должно быть, закончила, все из-за моего вмешательства. Что она должна иметь.
- Не забывай нас, - вставил замечание Номер Первый.

2009-12-26 в 23:37 

I get lonely easy. Damn it!!
- Мы были погружены в жир животных. Ты понятия не имеешь, как это ужасно. Остатки магии в глазных яблоках - воплощение хорошего вкуса по сравнению с жиром животных.
- Я была превращена в подростка, - сказала Элфи, мигнув Артемису. – И была слабее.
Это вызвало улыбку на лице Артемиса.
- Странно, все это легкое чувство не заставляет меня чувствовать себя немного лучше. Оружие ДНК тоже не помогает.
Элфи показала жест команде ЛеППРКОНа, чтобы ей уступили место, затем немного наклонила голову, поскольку ей пришло сообщение.
- Рядом есть вертолет. Это твой отец. Они вернулись.

Номер Первый покачал пальцем.
- И это не просто формальное выражение. Мы действительно должны лететь. Я знаю, что люди используют то выражение, даже когда они не намереваются фактически лететь, только чтоб избежать неприятностей.
- Я понял это, Номер Первый, - сказал Артемис мягко.
Элфи подняла предплечье, и Джей-Джей скакнул на него.
- Ему будет безопаснее с нами.
- Я знаю.
Он повернулся к Элфи, встречая ее пристальный взгляд. Синие и ореховые глаза.
Она пристально глядела назад в течение секунды, затем активизировала ее крылья, поднимаясь невысоко от поверхности.
- В другой раз, - сказала она, и поцеловала его в щеку.
Он был в парадной двери раньше, чем Элфи позвала.
- Ты знаешь кое-что, Фаул? Ты сделал хорошее дело. Ради самого себя. Ты не получил ни пенни.
Артемис скорчил лицо.
- Я знаю. Я потрясен.
Он смотрел вниз на свои ступни, составляя содержательное замечание, но когда он снова поднял взгляд, улица была пуста.
- До свидания, мои друзья, - сказал он. - Заботьтесь о Джей-Джее.

Артемис слышал винт вертолета вдалеке, к тому времени, когда он дошел до спальни его матери. У него была идея, что сделать, но у него было чувство, что Артемис Старший не будет требовать деталей, как только он увидит Ангелину в хорошем здоровье.
Артемис сжимал пальцы, пробуждая в себе храбрость, затем вошел в спальню. Кровать была пуста. Его мать сидела у туалетного столика, расчесывая волосы.
- О дорогой Арти, - сказала она в ложном ужасе от ее отражения в зеркале. - Посмотри на меня. Мне срочно нужна команда парикмахеров, немедленно вызови их из Лондона.
- Ты прекрасно выглядишь, мама. Прекрасно. Замечательно.
Ангелина расчесывала свои длинные волосы расческой, украшенной жемчугом, она поблескивала с каждым взмахом.
- Я была в плохом состоянии в последнее время, да?
- Да. Ты была больна. Но сейчас тебе лучше.
Ангелина встала с пуфика, на котором сидела, и протянула руки.
- Иди ко мне, мой герой. Обними свою мать.
Артемис был счастлив сделать это, услышав ее последние слова. Мысль ударила его. Герой. Почему она называла его героем? Вообще, жертвы гипноза не помнят ничто из стертого. Но Дворецки помнил то, что Опал сделала ему; он даже описал это Артемису. У Шолка тоже была стерта память. А что с матерью?
Ангелина крепко его прижала.
- Арти, ты так много сделал. Ты рисковал всем.
Роторы были громки теперь, пугая окна. Его отец был дома.
- Я не сделал ничего особенного, мама. Это сделал бы любой сын.
Ангелина качала его голову, как в колыбели в своей руке. Он почувствовал слезы на ее щеке.
- Я знаю все, Арти. Все. То существо оставило мне ее воспоминания. Я пыталась бороться с ней, но она была слишком сильна.
- Какое существо, мама? Это была лихорадка. Это была просто галлюцинация – вот и все.
Ангелина держала его под рукой.
- Я была в больном аду мозга того эльфа, Артемис. И не смей мне лгать и говорить, что это не так. Я видела, что твои друзья почти умерли, чтобы помочь тебе. Я видела, как у Дворецки остановилось сердце. Я видела, что ты спас нас всех. А теперь посмотри мне в глаза и скажи, случалось ли такое.
Артемис нашел трудным встретить взгляд матери, и, когда он сделал, было невозможно лечь.
- Это произошло. Все это. И даже больше.
Ангелина нахмурилась.
- У тебя один глаз карий. Почему я не замечала это?
- Я гипнотизировал тебя, - сказал Артемис несчастно.
- И отца тоже?
- И его тоже.
Внизу послышался звук открытой двери. В холле были слышны шаги его отца, а затем на лестнице.
- Ты спас меня, Артемис, - сказала его мать поспешно. – Но у меня такое чувство, что весь твой гипноз в некотором роде помещал нас в эту ситуацию. Таким образом я хочу знать все. Все. Ты меня понимаешь?
Артемис кивнул. Он даже и не догадывался, как избежать этого. Он был в тупике, и единственный выход был полной честностью.
- Теперь мы дадим отцу и близнецам время, чтобы обнять меня и поцеловать, а потом мы поговорим. Это будет наша тайна. Понятно?
- Понятно.

Артемис сидел на кровати. Он снова чувствовал эти шесть лет, когда он был пойман хакающим школьные компьютеры, чтобы сделать испытательные вопросы немного более стимулирующими.
Его отец был на приземлении теперь. Артемис знал, что его секретная жизнь закончилась сегодня. Как только он останется с матерью наедине, ему придется ей все рассказать. Похищения, восстания, прогулки во времени, восстания гоблинов. Все.
«Абсолютная честность», - подумал он.
Артемис Фаул дрожал.

Несколько часов спустя, спальня хозяев была преобразована вихрем, известным как Беккет Фаул. На вечернем столе были коробки пиццы и картины, нарисованные пальцами томатной пастой на стене. Беккет одел одну из футболок отца, которую он опоясал вокруг талии. Он нарисовал тушью усы, и шрамы помадой и изображал битву с невидимым врагом, используя одну из старых протезных ног его отца как меч.
Артемис заканчивал его объяснение удивительного восстановления Ангелины.
- И затем я понял, что мама так или иначе больна Лихорадкой Перчаточника [Mother had somehow contracted Glover's Fever – исх. текст], которая обычно есть только на Мадагаскаре, таким образом, я нашел естественное лечение, о котором мне рассказали местными жителями и управлял этим. Помощь была непосредственна.
Бекетт заметил, что Артемис прекратил говорить и трагически вздохнул. Он поехал на воображаемой лошади поперек комнаты и тыкнул Майлса протезом отца.
- Хорошая история? - он спросил его близнеца.
Майлс спустился с кровати и наклонился к уху Бекетта.
- Артемис - простак, - уверял он.

2009-12-26 в 23:37 

I get lonely easy. Damn it!!
ЭПИЛОГ

Полуостров Крюк, Ирландия

Командор Подземной Полиции Труба Келп сам руководил Поисковой командой, которая откапывала Опал Кобой из щебня. Они надували неправильной формы воздушные пузыри над рабочей зоной, так они могли включать лазеры шаттла без опасения быть обнаруженными.
- Торопись, Фурти, - прокричал Труба в открытый проход. - У нас всего один час до восхода солнца. Давайте заберем эту мегаманьячку пикси оттуда назад в ее собственное время.
Им повезло, что в их команде работал гном. Обычно гномы чрезвычайно неохотно работали с властями, но этот согласился, пока его не заставляли работать ни в один из 190 с лишним праздников гномов, и если ЛЕПРЕКОН платил ему, как консультанту непомерную плату.
Но в такой ситуации, как эта, гномы неоценимы. Они могут работать со щебнем, как никто другой. Если вы хотите раскопать кого-нибудь живого, то только гномы могут это сделать. Все, в чем им нужно, это распустить свою бороду над поверхностью, и они могут сказать вам о том, что происходит под землей больше, чем любое количество сейсмического или геологического оборудования.
Сейчас Труба контролировал продвижение Фурти Пулчейна сквозь обломки кракена через передающую камеру его шлема. В фильтре ночного видения конечности гнома имели более бледный оттенок, чем обычно. Одна рука направляла наконечник флакона с укрепляющей пеной, покрывая стену тоннеля в опасных местах, а другая находилась под бородой, чтобы вправлять нижнюю челюсть.
-Хорошо, Командор,- сказал он, делая вид, что обиделся, - Я добрался до нужного места. Это чудо, что я остался жив. Этот тоннель столь же устойчив как карточный домик в урагане.
-Да, конечно, Фурти. Ты - феномен. Теперь вытащи её и давай выбирайся из-под земли. У меня есть капитан, которого я должен приучить к дисциплине.
-Держитесь за ваши желуди, Командор. Я - слышу маяк громко и ясно.
Труба тихо закипал. Возможно Элфи Малой была не единственной, кому надо было подтянуть дисциплину.
Он следил за сигналом с его шлема. Видел как Фурти убирал в сторону камни, сорняки и осколки раковин, покрывающие костюм Малой. Но здесь не было никакого костюма. Только шлем с его вспыхивающим передающим маяком.
-Я зря проделал весь этот путь до шлема?- сказал Фурти, расстроившись. -Нет здесь никакой пикси, только её запах.
Труба выпрямился.
- Ты уверен? Ты можешь быть не в том месте?»
Фурти фыркнул: - Да, я – около другого засыпанного шлема ЛЕППРЕКОНов. В месте я уверен.
Она ушла. Опал исчезла.
«Невозможно. Как она могла убежать?»
- Побила меня,- сказал Фурти. - Возможно она сбежала через естественный туннель. Эти пикси - скользкие маленькие существа. Я помню один случай, произошедший когда я был ребенком. Я и Керб, мой кузен, проникли в…
Труба не слушал его. Это было серьезно. Опал Кобой была на свободе. Он отправила видео запрос к Жеребкинсу на Полис-Плаза.
- Не говорите мне,- сказал кентавр, поглаживая рукой свое длинное лицо.
- Она ушла. Она оставила шлем, понимая, что маяк привлечет нас туда. Какие-нибудь еще важные части от ее костюма есть?
Жеребкинс проверил свой монитор. «Ничего. Это было ясно еще пять минут назад. Я думал, что это был сбой костюма».
Труба вздохнул. «Поднимай тревогу. Приоритет номер один. Я хочу утроенную охрану у нашей Кобой в Атлантиде. Это было бы так похоже на Опал - пытаться уничтожить себя».
Жеребкинс пошел на это. Один раз Опал Кобой почти сумела захватить власть над миром. Во второй раз, вероятно, взорвет целую галактику.
- И позвони Малой,- продолжал Командор Келп. - Сообщи капитану, что ее отпуск в выходные отменяется.


Родовое поместье Фаулов, почти восемь лет назад.
Артемис Фаул проснулся в собственной кровати, и на мгновение красные искры заплясали перед его глазами. Они искрились и гипнотизирующе мерцали перед тем, как исчезнуть.
Красные искры,- думал он.- Необычно. Я видел звезды прежде, но никогда искры.
Десятилетний мальчик потянулся, захватывая в горсти свое пуховое одеяло. Почему-то он чувствовал себя более довольным, чем обычно.
- Я чувствую себя счастливым и в безопасности, - Артемис сидел вытянувшись в струнку.- Счастливым? Я чувствую себя счастливым?
Он не мог чувствовать себя по-настоящему счастливым, так как его отец исчез, но этим утром его настроение граничило с весельем.
Возможно это была сделка с Экстинциолистами (Extinctionists). Моя первая значительная прибыль.
Нет, не то. Эта специфическая сделка оставила Артемису чувство неудовлетворенности. То есть, он не мог думать о ней и, вероятно, никогда не будет снова вспоминать о нескольких прошлых днях.
Так, что могло вызвать это чувство оптимизма? Это было что-то из сна. План. Новая схема, которая принесла бы достаточно прибыли, чтобы финансировать сто арктических экспедиций.
Да, это был он. Сон. О чем?
Это было вне досягаемости. Изображение, почти исчезающее. Лукавая улыбка появилась в углу его рта.
Феи. Что-то о феях.


Конец

     

~Устраняя самосознание~

главная